Шрифт:
Annotation
Любителям сверхъестественного… Хочешь быть новым дьяволом? А придётся!
Браен Д'Пои
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Эпилог
Браен Д'Пои
ДЬЯВОЛ ПОНЕВОЛЕ
В глаза ударил яркий красный свет. Значит надо спешить. Словно на автопилоте я двинулся вперед. Полоса белая, полоса чёрная, снова белая и опять чёрная… «Зебра». Мимо пробежал человек. За ним еще двое. Взгляд автоматически устремился им вслед. Метрах в десяти от пешеходного перехода уже собиралась толпа зевак вокруг молодого парня в чёрном джинсовом костюме. Человек лежал на спине в медленно расползающемся красном пятне. На бледном лице застыла улыбка облегчения. В остекленевших глазах наверняка отражалось голубое небо с неторопливо проплывающими облаками. Я невольно улыбнулся и тоже взглянул вверх. Всё было затянуто серой пеленой. Странно, я был абсолютно уверен, что светит яркое утреннее солнце. Длинные чёткие тени вокруг доказывали правоту ощущений. Машинально я посмотрел на свои старенькие электронные часы. «Монтаны» утверждали, что уже без пяти восемь утра. А ведь опаздываю. Ускорив шаг, я чуть было не столкнулся с девушкой, наблюдавшей картину за моей спиной с другой стороны дороги.
— Извините, не подскажете который час? — Вырвалось у меня.
Девушка медленно и неуверенно перевела взгляд, будто искала меня глазами и никак не могла найти. Наконец сфокусировавшись, она удивленно подняла брови и открыла рот, собираясь уже что-то сказать, как вдруг замерла в нерешительности. Мне показалось, что она вот-вот улыбнется. К сожалению этого не произошло. Вновь взглянув на несчастного, окружённого толпой зевак, она нахмурилась. Легкий порыв ветра разметал её каштановые волосы. Еле заметный вздох, и на её прекрасном лице (странно, что только сейчас я понял, она действительно прекрасна) воцарилось спокойствие.
— Без пяти восемь, — сказала она мелодичным голосом, даже не взглянув при этом на часы.
Нотки металла я уловил мгновенно. Холодно поблагодарив за столь бесценную информацию, я быстрым шагом направился по дороге. Пару минут я шел, ни о чем не думая. Лишь асфальт перед глазами да иногда люди, прущие напролом, только и успевай отскакивать.
Наконец я дошел до развилки. Теперь или направо, или налево. Пришлось посмотреть по сторонам. Местность была до боли знакомой, каждый кустик, каждое деревце. Заблудиться невозможно. И, тем не менее, я стоял в нерешительности. Куда теперь? Куда я вообще иду? На автопилоте взглянул на свои «монтаны». По-прежнему без пяти восемь. Стоят, хоть и электронные. Впрочем, с моими часами чего только не происходило. Невесело вздохнув, я вновь поднял глаза вверх. Там стало ещё серей. Не так как обычно, когда всё затянуто облаками. Сейчас это выглядело так, словно на определенной высоте растянули огромный плакат на всё небо. Не хватало лишь номера телефона и кричащей надписи: «ЗДЕСЬ МОГЛА БЫТЬ ВАША РЕКЛАМА».
Никто из прохожих не обращал внимания на такое необычное атмосферное явление. А меня оно стало всё больше беспокоить. Казалось кромка неба медленно, но неустанно приближалась к земле. И момент, когда она соприкоснётся с верхушками деревьев, уже не за горами.
Вокруг становилось темнее и холоднее. Если второе ещё можно было списать на время года (листопад наводил на определенные мысли, но вот поздняя стоит осень или ранняя… мне это почему-то было неизвестно), то первое не укладывалось в моё представление общей картины мира. Тревога нарастала неумолимо.
Повернул налево и направился в парк. По пути решил собраться с мыслями.
На соседней скамейке сидели две молодые мамы с колясками и о чём-то весело болтали. Не смотря на то, что вокруг уже начинались настоящие сумерки, а пепельные небеса практически касались верхушек деревьев, они постоянно щурились и закрывали ладонями глаза, будто их слепило солнце. Впрочем, за ними хорошо различались почти чёрные тени. Я почему-то тень не отбрасывал. На меня они не обратили ни какого внимания. Даже после того как я их окликнул. Повторный оклик также не возымел никаких результатов. По спине пробежали мурашки. Очень нехорошее предчувствие заставило, чуть ли не дрожать от озноба.
Послышался хруст ломающихся веток. Я подскочил как ужаленный и с ужасом посмотрел вверх. Грязное тёмное небо опустилось до макушек деревьев и стало жадно их поглощать. Издали раздался скрежет пополам с грохотом. За деревьями было видно, как громадный пресс в мелкую пыль дробит крыши многоэтажных домов. От ближайшего тополя с хрустом оторвалась ветвь толщиной с мою ногу и, заглушив мой крик, рухнула, похоронив под собой коляску одной из молодых мам. Та даже бровью не повела, продолжала смеяться, словно не мир сошёл с ума, а она сама тронулась. Её подруга тоже отличалась редкостным хладнокровием и просто пододвинула коляску к себе поближе, от обломков ветки подальше.
От видневшегося за парком здания оставалось не больше шести этажей, когда я вышел из оцепенения. Что было сил, я прыгнул к веселящимся девушкам, пытаясь спасти их от падавшего тополя. Вопль боли вырвался у меня из груди, когда на моих уже мокрых от слёз глазах соседнюю скамейку накрыл потрескавшийся ствол. Сбросив с плеча удержавшую меня от прыжка руку, я повернулся и встретился глазами с незнакомцем. Высокий, крепкий мужчина лет сорока с чёрными собранными в небольшой хвост на затылке волосами и бледной, никогда не знавшей загара кожей демонстрировал мне загадочную улыбку Моны Лизы и коварный взгляд Мефестофеля. Руки он держал в карманах чёрных брюк (интересно, чем же тогда он меня остановил?), убрав за спину полы чёрного же кожаного пиджака так, чтобы мне было отчётливо видна серебряная бляшка его ремня того же цвета, на которой был изображён череп человека с неправдоподобно длинными клыками в верхней челюсти. Разительным контрастом с таким имиджем не застёгнутая на две пуговицы белоснежная рубашка открывала среднего размера золотой крестик с цепочкой на груди.
— Ох, Димка, ну и заставил ты меня поволноваться, — устало вздохнул он. — Ну, пошли уже. Ах, да! Я — Влад.
Машинально пожав его руку, я отскочил. Не то чтобы я его испугался, когда вокруг рушится мир, такие типы уже не внушают опасения. Скорей это было на уровне инстинктов.
— Да перестань, разве не видишь, надо спешить. Давай за мной! — Он развернулся и зашагал из парка в направлении пешеходного перехода. Подавив инстинкт самосохранения, я отправился за ним.
Казалось, его не волновали ни падающие стволы деревьев, ни щепки, норовившие попасть в глаза. Даже падающие вокруг трупики птиц оставались без внимания. Я же шарахался из стороны в сторону вскрикивая и испуганно мотая головой, тщетно пытаясь увернуться от осколков рушащегося мира. Когда мы вышли из парка, у меня вырвался вздох облегчения.