Двойные стандарты
Шрифт:
Шеф так гаркнул на парня, что я вжалась в кресло.
— Но это не в моей компетенции искать поставщиков, расхваливаться перед клиентами, заниматься пиаром фирмы. Это менеджеры обязаны проводить выезды по необходимости. А это что? Принимать участие в конференции? Эрнест Харитонович, это перебор. У меня куча неотложных дел.
— Переложим их на Ангелину Владимировну. Она отчасти занимается той же писаниной, — я даже подпрыгнула от неожиданности. Значит… вот так пренебрежительно. Я тоже скоро
Так вот к чему разговор идёт. Эрнест хочет, чтобы я официально занималась работой заместителя? А зачем? Я ведь точно не успею.
— Но она же…
— Думаешь, не справится?
Пусть только рот откроет, я расскажу сразу же и в подробностях, как помощницей по неопытности выполняла за него задания, возложенные на меня Яросовичем. Или сам Антон просил, как бы между прочим, чтобы Ирину не затрагивать, что-то подсчитать, сравнить, ввести-вывести данные.
Я предупредительно сощурилась и взглянула на бедного зама.
— Как же ей со всем управиться?
— Значит так! Либо пиши прямо сейчас, что она должна делать, либо…
— Я понял. Сам все сделаю. Время не ждёт. Я могу идти?
— Свободен! — зло выплюнул шеф.
Дверь за Антоном закрылась с громким хлопком. За что такие наезды?
— Леночка, принеси, пожалуйста, что-нибудь попить, — совершенно спокойным голосом вежливо попросил шеф.
Через две минуты зашла Леночка с двумя стаканами воды, чашечкой кофе и кружкой чая.
— Благодарю. Для всех я занят.
— Как скажете, Эрнест Харитонович, — и тихонечко прикрыла за собой массивную дверь.
— Как ты любишь. Зеленый молочный.
Да откуда же ему это известно?!
Мы с шефом одновременно друг на друга посмотрели.
— Что скажешь?
— Что это сейчас было?
— Что конкретно тебя удивляет?
— Зачем вы перекладываете на меня его обязанности?
— Потому что он свою работу делает отвратительно.
— Ну так увольте его. Разве не этим вы грозите каждому встречному-поперечному? — в голос стали проникать нотки раздражения.
— Не груби. Я слов на ветер не бросаю. Если и угрожаю, значит на то есть причины. Тебе ведь подобного не говорил.
— Что за бред насчёт конференции? Какого она уровня? Он должен выступить с докладом?
— Как много у тебя вопросов. Выступать он не будет. Но у нас с тобой тоже куч дел.
— Я вся внимание.
— У нас так же по плану конференция. По тематике «программирование, системное администрирование и внедрение новейших технологий».
Как это все далеко от меня. Скукотища.
— Какие преследуем цели?
— Во-первых идеи. Во вторых специалисты. Мы ведь по результатам выступлений должны взять на работу разработчиков одного из проектов.
Ого! Как
— Мы спонсоры?
— Нет. Мы своеобразный приз. Нельзя разбрасываться толковыми людьми.
— Мне кажется, в подобном вопросе я мало что смогу вам посоветовать.
— Ты присутствуешь.
— Зачем? У меня, правда, много работы.
— Придётся справляться. Тем более, что я предоставил тебя способы решения проблемы. Удаленка. Помощники. Кстати, их устроил аванс?
— Устроил. Сердечно Вам благодарны. Эрнест Харитонович, я совершенно не разбираюсь в программировании, только время потеряю. Можно ведь более рационально его использовать. Да и скучно мне на таких сборищах…
— Ну да, это ведь тебе не под музыку весь вечер вертеться с первым попавшимся товарищем.
Глава 29
Я даже опешила от подобного замечания. Как он смеет тыкать меня носом, как провинившегося котёнка? Что за ерунда?
— Вы ведь сами оставили меня одну на полвечера. В окружении полсотни мегер, которые желали повыдёргивать мне волосы. Только потому, что все были уверены, что я ваша подстилка! — это при том, что у него девушка есть! Кажется, я сейчас сорвусь. И наговорю лишнего.
Заметила, что глаза его недобро потемнели. И голову чуть повернул в сторону, не сводя с меня взгляда.
— Я не думаю, что весь зал наблюдал за нами. И поверь, в женщинах я крайне избирателен. Подстилок у меня не бывает.
Блиииин! Геля, а ну замолчи, не твоё это дело!
— Ну да, конечно. На виду у всех облобызали меня назло своей подружке, а потом бросили на целый час стенку подпирать в одиночестве и ушли решать свои межгалактические проблемы, — битву с самой собой я, кажется, проиграла. — И как я после этого выглядела? Я, между прочим, ничего плохого не сделала и, вообще, с Вами не просилась! — голос мой с каждой секундой становился все громче и громче.
— И почему вы делаете мне замечание! Вы! Да на Вас, Эрнест Харитонович, каждая женщина в зале висла, как обезьяна на лиане!
— Подойди, пожалуйста.
— Ещё чего. Вам надо, Вы и подходите! — обиженно фыркнула в ответ и отвернулась для пущей убедительности.
Сбоку послышалось какое-то шуршание. А над ухом раздался уверенный тихий голос:
— Во-первых, я хочу чтобы ты четко понимала. Если я кого-то и, как ты выразилась, лобызаю, делаю это только по своему собственному желанию, а не назло кому-либо.
Тут достопочтимое руководство, развернув стул, подхватило меня на руки и, задрав юбку, усадило прямо на стол. Я даже пикнуть не успела. Затем, глядя прямо в мои глаза, продолжил: