Двор чудес
Шрифт:
Я изумленно моргаю, и постепенно до меня доходит смысл ее слов.
– Что? Нет, мы пришли не за этим. Нам нужна ваша помощь.
Последние слова я произношу с запинкой.
Баронесса Кордей наклоняет голову.
– Вы просите нашей помощи в вопросе, не связанном со смертью?
– Да.
Глаза баронессы чуть заметно расширяются, и она убирает руки с колен; ее пальцы сжимаются, и она всматривается в меня так пристально, что кажется, будто она видит меня насквозь.
– Простите мое заблуждение. Я предположила, что вам нужна
В ее спокойных, продуманных словах ясно слышится угроза. Она откидывается на спинку стула, устраивается поудобнее.
– И чем же мы можем быть вам полезны?
Наверное, мы уже практически мертвы, нам уже не будет хуже, если я сейчас скажу ей правду.
– Мадам, я Черная Кошка из гильдии Воров.
Она смотрит на меня.
– Я ищу гильдию, которая взяла бы к себе Этти.
От волнения я начинаю изъясняться сумбурно.
– Кто такая Этти? – спрашивает Кордей.
– Это я! – Этти поднимает голову и стряхивает с лица золотистые кудри.
Кордей переводит взгляд на Этти и молча осматривает ее.
– Очень красивая.
Этти краснеет.
– Спасибо.
Кордей приподнимает бровь и снова обращает свое внимание ко мне.
– Барон Воров не отметит ее своей меткой, – продолжаю я.
– А я думала, Томасис всегда рад новым подопечным.
Кордей пробегает большим пальцем по кончикам остальных, будто проверяя, насколько они остры.
Я качаю головой.
– Он ее не возьмет, потому что ее хочет Тигр.
В комнате повисает тишина. Торговцам смертью нет равных в молчании. Они могут даже применять его в качестве оружия.
– Воры не возьмут ее, но ты думаешь, что возьму я? – спрашивает Кордей, и в ее голосе слышится изумление.
– Н-нет, – отвечаю я, запинаясь. – Я бы никогда… Честно говоря, я ищу Мертвого барона. Только он может взять ее, невзирая на интересы Тигра. Но я слышала, что его место за Высоким столом пустует, и в тени улиц не видно его Призраков.
Я и сама понимаю, как глупо это звучит, но уже начала говорить и не собираюсь останавливаться, пока меня не остановят.
– Я знаю, что вы с Мертвым бароном старые союзники, слышала рассказы.
– Какие рассказы?
– Когда вы были ребенком, Мертвый барон спас вас и привел к Торговцам смертью.
– Подойди сюда, дитя.
В ту же секунду ко мне подскакивает Монпарнас, железной хваткой берет меня за плечо и поднимает на ноги. Я подхожу к Кордей, оставив Этти позади.
– Ты собираешься просить Мертвого барона, барона Двора чудес, оскорбить Тигра, наградив своей отметкой его чадо? – спрашивает она.
– А ты знаешь, что случилось с последним бароном, осмелившимся встать на пути у Тигра? – вмешивается кто-то.
Поворачиваюсь к камину, скрытому в дальнем конце комнаты: перед ним сидит полная темнокожая женщина, закутанная в бесцветные
Ее лицо мне хорошо знакомо, потому что во время собраний Двора чудес она обычно сидит за Высоким столом баронов. Теперь она, как сова, внимательно смотрит на меня сквозь большие очки, скрывающие пол-лица. Вид у нее не особо устрашающий, но внешность обманчива, потому что это – Гайятри Комаид, баронесса гильдии Хранителей знаний, мать Пера, хранительница секретов, главный ревизор Двора чудес.
Я сбита с толку тем, что она оказалась здесь, в гильдии Убийц, но все же стараюсь не хмуриться. Я отвлекаюсь на нее и не замечаю, как Кордей кивает Монпарнасу.
В ужасе обернувшись, я вижу, что он поднял Этти на ноги и приставил к ее щеке острое лезвие. От страха ее глаза расширились, лезвие кинжала прижато к ее нежной коже.
– Прошу вас! – кричу я.
– А ты смелая, Черная Кошка из гильдии Воров, – говорит Кордей, ее лицо выражает абсолютное спокойствие. – И за это я бесплатно дам тебе один совет, – она снова переводит взгляд на Этти, – исполосуй ножом это милое личико, и, может быть, тогда Тигр перестанет на нее смотреть.
– Пожалуйста, не надо! – умоляю я.
– Сомневаюсь, что теперь Тигра сможет остановить даже физический недостаток. Ты же знаешь, каким он бывает, когда хочет что-то заполучить, – возражает Кол-Бланш.
– Да, он и правда не любит оскорблений, – соглашается Кордей.
Она бросает на Монпарнаса только один взгляд. Не успеваю я и глазом моргнуть, как он отпускает Этти и убирает от нее кинжал. Этти шумно, со всхлипом выдыхает.
Я не смею даже подойти к ней. Стараюсь следить за тем, чтобы мои руки не дрожали, пытаюсь смотреть Кордей прямо в глаза; кажется, будто она что-то прикидывает в уме, глядя на меня. Надеюсь только, что не размер гроба.
– Ты очень маленькая.
Я киваю.
– И ты Кошка.
– Да, мадам.
– Наверное, ты очень хорошо умеешь пробираться в разные неприступные места.
Она бросает взгляд в сторону камина, ищет глазами Комаид.
– Нина может пробраться куда угодно, – вставляет Этти из-за моей спины. – Однажды она залезла в Тюильри!
Я готова стукнуть себя за то, что рассказывала ей о своих подвигах, но ведь Этти так любит слушать истории…
Кордей с удивлением смотрит на Этти.
– Правда? Это очень хорошо, потому что все остальные потерпели неудачу.
Я хмурюсь. В чем они потерпели неудачу?
Кордей встречается взглядом с Комаид; они о чем-то переговариваются без слов.
– Кошка говорит правду. Только один барон настолько безумен, чтобы оскорблять Тигра, – произносит Комаид. – Только Орсо.
Мертвый барон.
Кордей согласно кивает.
– Так что, Кошечка, ты не напрасно ищешь встречи с ним.
Она делает знак Монпарнасу; один взмах ножа, и веревки спадают с наших запястий.