Двоедушник
Шрифт:
Антон резко обернулся – сообразил, что в комнате есть кто-то еще.
– Шаннка, конспиратор, чего не говоришь, что у нас гости?
Смутился, что ли? Зато отлепился, наконец, от своей табуретки.
– Да я вообще в магаз, – чирикнула та, – а вы пока это… общайтесь.
И скрылась за дверью. Антон и Ника остались наедине.
– Прости. Она иногда болтает не думая. – Ника не сразу поняла, что он извиняется за монолог подруги про ботинки. – Не очень-то у нас тут уютно, да? Ты проходи. Садись.
Единственным
Антон остался стоять рядом, и теперь ей приходилось смотреть на него, задрав голову.
– Я тебе свитер принесла, – вспомнила вдруг Ника уважительную причину своего здесь появления. – Мама его отстирала.
– Передавай ей спасибо. Она у тебя мировая.
– А еще… – Тут следовало технично перейти к истинной цели визита, но это, конечно, не получилось. – Она почему-то думает, что ты можешь узнать про похищенных девушек. И про Ксюшу.
Антон не удивился.
– Я видел листовки. Игни мог бы попробовать что-нибудь выяснить. Он так сказал.
– Но? – произнесла Ника и добавила в ответ на его вопросительный взгляд: – Есть ведь какое-то «но», верно?
– Вообще-то да. Одно его условие. Не уверен, что ты согласишься…
Ника сама не заметила, в какой именно момент перестала мысленно хмыкать в ответ на эти «он» и «у него». Привыкла, наверное. А может, острое желание помочь Ксюше сделало неважным все остальное. Правда, насчет помощи тоже еще бабушка надвое сказала. Но это все равно лучше, чем просто сидеть и ждать новостей от полиции и волонтеров.
– Какое именно условие?
– Он хочет, чтобы ты поехала с ним, – ответил Антон неохотно.
– Я? С ним? – не ожидая такое услышать, Ника опешила. – Но куда? Зачем?
– Так и думал, что откажешься… – проговорил он, хотя она пока что, вроде, не отказалась. – Этого он не уточнил. Но я догадываюсь. Игни собирается найти… э-э… свидетелей.
– Свидетелей не было, – твердо сказала Ника. Она знала это точно. Все знали.
Никто ничего не видел.
– Они есть, – настаивал Князев. – Просто не совсем обычные. И они не станут говорить с Игни. Зато с тобой, возможно, да.
– Пф-ф, – выдохнула Ника сквозь зубы. Вот и как к такому относиться? – В принципе, я не против, чтобы куда-то поехать и с кем-то там пообщаться. Если это действительно поможет Ксюше.
– Ника, я и сам толком не знаю… Но ничего другого предложить не могу.
Она собиралась еще раз заверить Антона в окончательности своего решения, однако сделать это помешал хлопок двери. Вернувшаяся Шанна радостно потрясала пакетом с продуктами, горя желанием немедленно устроить пир.
От приглашения присоединиться Ника отказалась.
– Город совсем не изменился, – делилась за ужином мама. Из Черневского Труда она
Никакую Таню Казакову Ника, конечно, не помнила. Но мама так увлеченно о ней рассказывала, что уточнять не хотелось. Перечислив многочисленные Танечкины достоинства, вспомнила наконец о более важном:
– А что насчет Ксюши? Есть новости? Ох, беда-то какая… Надо ее родителям позвонить. Сейчас уже, наверное, поздно…
Ника не успела ответить. В дверь постучали. Именно постучали – звонок давным-давно не работал.
Мать взглянула на дочь:
– Ты кого-то ждешь?
– Н-нет…
Ангелина Власовна пошла открывать. Ника осталась за столом и прислушивалась к разговору в прихожей.
– Здравствуй. К Вере? – спросила мама, как показалось Нике, напряженно. Еще и назвала ее этим дурацким именем. Сколько раз из-за этого ссорились.
– К вам. Покажите мне те места, где пропали девушки, – ответил пришедший.
Узнала голос. Еще бы не узнать.
– Ты и сам можешь выяснить, – не то вопрос, не то утверждение.
– Но не так быстро.
– Ну, проходи… – предложила мама. – Игни, верно ведь?
Игни. Ника почувствовала холод в груди. Она согласилась искать свидетелей похищения вместе с ним, но не думала, что это случится так скоро. Да еще ночью.
С Игни… Или Антоном. Хотя, вообще-то, какая разница?
А потом он зашел в кухню, и она сама себе ответила.
Похож. Даже очень. Но не точная копия.
Вообще, если не присматриваться – а Ника мгновенно отвернулась, – то можно спутать. Или в темноте, как тогда, на кладбище. Но если всмотреться (этим она занялась уже потом, когда убедилась, что он на нее не смотрит), то и волосы другие, и нос, и линия скул.
Похожи в целом, но разные в частности. Бывает же…
А высокий какой – можно сказать, высоченный. Наверняка на целую голову выше нее. Хотя, Антон, наверное, такого же роста, но в случае с Игни эта разница воспринималась иначе. Более ощутимо.
Теоретически Ника знала, что люди, страдающие раздвоением личности, способны перевоплощаться до неузнаваемости. И дело вовсе не в том, чтобы сменить старые джинсы на черные кожаные брюки, а пуховик – на байкерскую куртку с заклепками.
Даже не в умении управлять мотоциклом только по ночам.