Двое в барабане
Шрифт:
Фадеев думал так же: "Хватит нытья и говорильни. Время не ждет".
Сталин перечитывал послание Ивана IV Андрею Курбскому: "Апостол сказал: к одним будьте милостивы, отличая их, других же страхом спасайте, исторгая из огня".
Мысль о спасении страхом запомнилась. Не губить, а спасать страхом. В этом была суть.
Споря с Курбским, царь, как и товарищ Сталин, обращался к истории: "Даже во времена благочестивейших царей можно встретить много случаев жесточайших наказаний.
Царь всегда должен действовать одинаково независимо
Почти каждую фразу послания отмечал карандашом.
"Царь страшен не для благих, а для зла..."
"Он не напрасно меч носит - для устрашения злодеев и одобрения добродетельных".
Дважды подчеркнул: "Насколько у нас хватает сил стремиться к твердым решениям и, опершись ногами в прочное основание, стоим неколебимо".
Сталин знал: не только с беглым князем объяснялся царь - к потомкам обращался за пониманием. В романовской России не нашлось ему места на памятнике в честь тысячелетия державы в Новгороде-Великом. Анафеме предали государя, собирателя земли Русской. Только большевики его оценили по заслугам.
Товарищ Сталин надеялся на лучшую судьбу и благодарность потомков.
Он никогда ничему не удивлялся, не разводил руками. Знал все наперед. Его уверенность убеждала миллионы. Невысокий пожилой человек с добрым крестьянским лицом не спеша поднимался на трибуну и освещал массам путь волшебным фонарем разума.
Волны сильного магнетизма исходили от его слов в зал, вызывая у каждого холодок в животе. "...Внутренние враги нашей революции являются агентурой капиталистов всех стран..."
Фадеев не жалел ладоней, аплодируя сталинским словам: "...Марксист-скую мысль надо все время подкреплять...", "...Пока существует империализм, все будет повторяться заново: "правые", "левые"".
Он приветствовал тезис Сталина: "Значит, не убаюкивать надо партию, а развивать в ней бдительность, не усыплять ее, а держать в состоянии боевой готовности, не разоружать, а вооружать, не демобилизировать, а держать ее в состоянии мобилизации..."
Товарищ Сталин соглашался с Лассалем: "Партия укрепляется тем, что очищает себя".
Фадеев - со Сталиным: "Страна погибнет, потому что вы не умеете распознавать врагов".
Директиву о применении пыток Сталин дал лично. Объяснение вождя Фадеева убедило: "Фашизм поднял голову в Европе. Гестаповцы истязают коммунистов. Поэтому миндальничать с врагами народа - преступно. Пусть повертятся, как кефаль на сковородке".
Тогда, в конце тридцатых, Фадеев однозначно верил в революционную справедливость. Повторяя за Сталиным: "Если человека посадили, значит что-то было".
Высказывания вождя проясняли облачный горизонт истории. Это были для Фадеева пророчества ясновидца: "Что значит построить социализм? Это значит преодолеть своими силами свою собственную советскую буржуазию".
Когда Фадееву говорили о пытках, он отвечал убежденно: "Зато у нас нет частной собственности на средства производства".
Изгнать
Как знаток Библии товарищ Сталин знал, что не Бог создал человека во грехе. Это были происки дьявола. Только большевики взялись вернуть мир к шестому дню сотворения и изгнать купцов из храма. Он в принципе соглашался с мнением Генриха Манна: "Черни просто хочется пограбить, обогатиться; хочется пошуметь, покуражиться, хочется убивать!"
Это был, разумеется, не марксистский, но любопытный взгляд.
Еще в 1921 году закоперщик московских событий 1905 года Леонид Красин утверждал с трибуны X партконференции, что девяносто процентов коммунистов вступило в партию, чтобы хапать, и Сталин знал, что Красин прав. Жизнь подтвердила правоту Лошади (дореволюционная кличка Красина).
Уже через девять лет после Октябрьского переворота председатель ВЦИК Авель Енукидзе не стеснялся заявлять, что живет лучше, чем жили цари.
Когда Сталину случайно довелось увидеть, как Авель втирает в мочки больших ушей заграничные духи, он засомневался в победе социализма больше, чем в восемнадцатом году при обороне Царицына. Если пролетарский писатель Горький не отказывался от особняков в Москве и Крыму, от любимых цветов из Ниццы и папирос из Египта, то что можно было говорить о партийных выдвиженцах.
У Ворошилова Контрольная Партийная Комиссия при ЦК обнаружила растрату государственных денег на сумму в 700 тысяч рублей; "всесоюзный староста" Калинин не сумел отчитаться за 185 тысяч... У других вождей тоже "текло не только по усам".
Как и Петр I, не сдерживаясь, хватая соратников за усы и бороды, Сталин кричал почти дискантом: "Новоявленные бояре забыли, как в сопливом детстве пасли коров и пахали на помещика. Забыли, сволочи, как гнули спины в смрадных цехах заводов и фабрик. А став наркомами, научились воровать. Паучье племя, испугались возмездия..."
После ареста своего генерального комиссара госбезопасности Генриха Ягоды с брезгливостью просматривал список изъятых у него вещей. Он, сумевший переиграть Троцкого, разобравшийся в философии Гегеля, становился в тупик перед полученным перечнем: брюк разных - 29 пар; гимнастерок коверкотовых 32 штуки; костюмов заграничных - 22 штуки; сапог шевровых, хромовых, ботинок - 42 пары, носков - 112 пар...
Особо отметил мерзость: 3904 порнографических снимка и "искусственный резиновый половой член".
Непроизвольно Сталин сопоставил два понятия: член ЦК ВКП(б), каким являлся арестованный, и резиновый член. Неужели умный Бухарин не понимал, куда он толкает советскую власть, выдвинув кулацкий лозунг: "Обогащайтесь!" Сталину докладывали о количестве чемоданов, с которыми возвращались из загранкомандировок красные спецы. Нахапав барахла, они не понимали, что продают партбилеты дьяволу, превращаясь в пособников империалистов.
Когда он узнал, что увенчанный им всеми возможными регалиями герой-полярник за государственный счет углубил канал Москва-Волга у своей дачи, - перестал приглашать в Кремль.