Дверь
Шрифт:
– Ты не дрейфь, у меня дома где-то в ящике стола точно такая же валяется. Я ее тебе отдам, – предложила я.
– Правда? Похожая, или точно такая?
– Мне кажется, что они одинаковые.
– Хорошо. Поменяемся. Нет. Эту я тоже заберу как сувенир, – согласился Тоник.
Пиксель тихонько усмехнулся, забрасывая рюкзак на спину.
В принципе нам недалеко было идти, с километр, или два, не дальше. Но я все-равно нервничала. Из-за Тоника, он стал какой-то неправильный. Чем темнее небо, тем страннее Тоник. Нюхает воздух, головой вертит, глаза прищуривает. На себя непохожий. Он стал как охотничий пес при
На макушке холма, Тоник вдруг замер. Встал как вкопанный, приложил палец к губам, а потом жестом приказал нам не двигаться.
Мы послушались и замерли, даже Пиксель спорить не стал.
И правда – веточка хрустнула.
Мы привычно шмякнулись на песок. Солнце еще не успело полностью закатиться, но него в облака уже поднималась луна, неяркая и угрюмая.
Кто-то шел прямо на нас. Спокойным медленным шагом. Песок похрустывал у него под ногами. Редкое бряканье доказывало, что в поклаже имеются металлические предметы. Шаги становились все ближе и ближе.
Вот засада, куда теперь бежать?
Луне надоело прятаться за облаками и она осветила все вокруг так ярко, что нас точно можно заметить. Небо выглядело странно – половина багровая от заката, другая – белая от луны.
– Стой! – мужской голос был однозначно зловещим.
Окрик не имел к нам никакого отношения. Наперерез невидимому для нас спутнику, прямо из-за пушистых сосен, что росли перед нами, возникла высокая фигура в черном плаще. Спиной к нам. Несмотря на очевидное затишье, живописно разодранный плащ развивался как при сильном ветре. Эффектно, играя складками, но не хлопая по ногам.
– Ты ко мне обращаешься? – удивление того, кого хотел остановить черный, было спокойным без фальши.
– К тебе. И ты знаешь, зачем я тебя искал.
Пиксель на локтях отполз к стволу ближнего дерева. Мы последовали его примеру, стараясь не шуметь. До чего у молодой сосны снизу стволик тощий, толком не спрятаться.
– Я не знаю. Может, сам мне скажешь – для чего ты стоишь на моем пути?
Мне показалось, что теперь его голос звучал неискренне. Но без испуга.
– Тебе нравится изображать недоумка? Или ты и в самом деле такой? Хорошо. Слушай. Я требую тебе отдать мне ее. Ты знаешь, что она досталась тебе не по праву, – черный плащ теперь метался, как во время шторма.
– Не по праву? Ты шутишь? Она моя. Все видели, как я ее получил. Меня признали лучшим и достойным.
– Кто лучший? Ты – лучший? Я сильнее. Я обладаю многими знаниями. Мне нет равных! А ты – ученик старого безмозглого дурака. Который сегодня опозорился, добывая твою шляпу.
– Не смей оскорблять моего учителя! – ну вот, спокойствия как не бывало.
Все как всегда. Сейчас слово за слово. Драться начнут. Хотя нет, они же маги. Будут искрить молниями, превращаться фиг знает во что. Только этого нам еще не хватало! Это не наш
– Она не сделает тебя властелином мира! Ты же глуп. Ты не сможешь ей правильно распорядиться, – взвыл черный.
– Я смотрю, ты так был уверен в победе, что сделал себе поддельную волшебную палочку, – от насмешки черный колдун заскрипел зубами и взмахом направил что-то типа указки на соседнюю сосну – та взорвалась, превратившись в дым.
– Вот она – сила! Тебе жизни не хватит, чтобы такому научиться!
Судя по всему, в его руках что угодно могло стать оружием. Но бывший владелец зеленой шляпы не думал сдаваться. И я поверила, что он умеет что-то гораздо волшебнее штучек черного колдуна.
– Прекратим разговор. Я уйду. А ты останешься. И в следующий раз она достанется кому-то другому, – предложил он.
– Что? Ты предлагаешь мне ждать удачи сто лет? – хохот был не менее зловещий, чем все сказанное ранее черным колдуном.
Я бы не удивилась, если бы его психованный плащ не превратился в крылья, как у летучей мыши и он бы взмыл в небо, чтоб атаковать врага сверху. Успев мельком рассмотреть второго собеседника я не удивилась простоте его одежды. Он выглядел как какой-то Лель из Снегурочки. Рядом с таким невольно ожидаешь увидеть пару овечек, а в руках жалейку или букет васильков.
Пиксель не успел вскочить, как раздался противный писк, от которого заныли даже глаза. Потом – вспышка и ненормальная тишина. Мне даже показалось, что перепонки барабанные лопнули. Провела рукой по уху, но крови не было. С глазами тоже творилось что-то непонятное, то темно, то все мутное как студень. Что же там, в эпицентре происходит, если даже нам так плохо?
Когда я смогла нормально слышать и видеть, Пиксель уже сидел на плечах черного колдуна и молотил его по башке синими ластами. Толку мало, но выглядело офигенно страшно. Колдун зашатался и упал на четвереньки, заодно уронив Пикселя. Тоник подскочил и как даст злодею ногой по жопе. А колдун стряхнул Пикселя и ударил Тоника в живот какой-то фигней типа указки.
Визг был зверский.
– А что мужик так орет? – растерялся Пиксель.
Тоник пожал плечами. Он говорить не мог – за живот держался. Колдун выбросил руку с указкой и ткнул Тоника в коленку. И снова завизжал. Явно от боли. Тонику если и было больно, то совсем чуть-чуть.
Пикселю эти упражнения моментально надоели и он со всей силы вмазал колдуну в челюсть. Отобрал указку и разломал ее пополам. Прозвучал хлопок и облачко кислого светящегося зеленого дыма взметнулось в небо. Посмотрев на обломки, Пиксель отбросил их в разные стороны. Подобрал ласты, хотел было добавить колдуну по ушам, но передумал.
В небе над нами дым образовал облачко, которое медленно поднималось в небо. Ярче света луны, похожее на баранку.
Зная правило номер один – не лезть в драку, я решила что теперь и мне можно подойти поближе. Молодого мага, которому досталась волшебная кость Гаспаровых предков, не было совсем. Немного горелого песка, местами спекшегося в черное стекло, и запах такой мерзкий. Я наклонилась – буквально в шаге валялась увесистая сумка и рядом с ней – простая холщевая котомка. И почему я не удивилась, вытащив из нее проклятую кость? Заодно проверила и сумку. Там оказался старый закопченный котелок и еще какая-то хозяйственная утварь, пригодная для путешествий.