Дверь в...
Шрифт:
Он вздохнул в ответ на мой шокированный вид.
– Я жил в этом доме с рождения, и я полицейский. Неужели ты веришь, что какие-то тайны могли укрыться от меня?
Эдвард рядом со мной нервно рассмеялся, но заткнулся, когда Чарли кинул на него убийственный взгляд.
– Значит, ты оттуда? – грозно бросил он, а затем посмотрел на меня точно так же свирепо. – Вы оба?
Его взгляд зацепился
– Так вот, я хочу знать, какого черта ты взломал дверь, для тебя не предназначенную? – прогремел Чарли, снова обрушивая гнев на Эдварда.
– Это не он, папа, - вмешалась я тихим голосом, опуская глаза. – Это я сделала…
– Изабелла, ты?.. – Чарли застонал, всплескивая руками. – Зачем?! – Он встал и прошелся по гостиной до окна и обратно. Медленно наступал рассвет, первые лучи солнца уже появились на востоке.
– Мне было любопытно, - созналась я, не было смысла скрывать что-либо и дальше. – И я не поверила в серьезность завещания, мне все это казалось сказочками и старыми бабушкиными предрассудками. Я думала, просто взгляну, чтобы убедиться в своей правоте… Все казалось чистой фантастикой, но, увидев своими глазами, я поверила. Позже я повесила замок с твердым намерением соблюдать правила…
– Но я тоже оказался любопытным… - спокойно добавил Эдвард. – Я не знал, куда попал, просто дверь была открыта…
– Мы просто… разговаривали, мы же не знали, что это происходит только раз в году, - мямлила я, не поднимая глаз. – Эдвард совсем не был похож на то, что описывала бабушка! А потом дверь закрылась, и он…
– И я застрял, - Эдвард нежно погладил мою ладонь, потому что я сгорбилась от вины и сильно нервничала, вынужденная оправдываться перед отцом.
– Ты понимаешь, что ты сделала? – проворчал он. – Столько времени потрачено напрасно! Не просто так завещание передавалось из поколения в поколение. О проходе все давно забыли, а теперь ты снова открыла его … - он поперхнулся, но все же закончил: - Чудовищам.
– Они не чудовища! – возмутилась я, чуть не сказав «я» при этом. – К тому же, в нашем мире, папа, этих чудовищ и без двери навалом! Просто ни ты, ни я, ни бабушка этого не знали!
– Мистер Свон, - вставил Эдвард. – Я уверяю вас, никто больше не узнает о проходе, мы сохраним тайну… И вы ошибаетесь насчет нас, все не настолько ужасно.
Я тут же вспомнила об Эммете и Джаспере, разгуливающим в форкском лесу, и чувство вины стало подавляющим.
– «Все не настолько ужасно»?! – передразнил Чарли, сделав пару шагов и грозно нависая над Эдвардом. Я и моргнуть не успела, как он уже схватил моего любимого за грудки. – Тогда что ты сделал с моей дочерью?! – загрохотал он, пытаясь оторвать его от дивана. Ситуация в мгновение ока стала критической. Чарли задыхался и пыхтел, багровел от гнева, Эдвард, ухватившись за диван, не позволял себя поднять, а я, вскочив, умоляла папу прекратить бессмысленное избиение, хватала его за руки, но боялась применить силу, чтобы не навредить ему.
– Папа, не надо, пожалуйста… - страшнее
Наконец, папа выпустил Эдварда, стряхнул мои руки и упал в кресло напротив, тяжело дыша и потирая лоб. На несколько минут воцарилось глубокое молчание. Я вцепилась Эдварду в руку, невероятно благодарная, что он не позволил инстинктам взять над ним верх и начать защищаться. Вампир тут же притянул меня к себе в объятия. Мне требовалась его поддержка, я никак не ожидала, что этот разговор, призванный улучшить папино состояние после потери, обернется против меня самой. Я чувствовала огромную вину перед ним и перед бабушкой, которая доверила мне тайну, но в то же самое время мне казалось, что ситуация несколько преувеличена, и выход обязательно найдется.
– Итак, - папа первым прервал молчание, немного успокоившись, - ты мне скажешь, кто ты? – он смотрел только на Эдварда.
– Папа, это тебе не нужно знать, - испуганно предупредила я, ведь в нашем мире были свои законы для осведомленных людей.
Чарли полностью проигнорировал мое замечание, продолжая пристально смотреть на Эдварда, и тогда тот ответил:
– Вампир.
– Вампир, – повторил Чарли, его глаза расширились, и он грязно выругался.
– Наш мир противоположен вашему, мистер Свон, - продолжал Эдвард забивать гвозди в крышку гроба Чарли, хотя тот и без этой информации знал слишком много. – Только вампиры, почти нет людей.
– Ты сделал мою дочь вампиром… - кажется, папа услышал только то, что услышать захотел. На его лице проступила боль, а голос охрип. Я думала, он испугается, приготовилась к истерике, но, кажется, тертого полицейского так просто не удивишь, и он переживал не за себя и свою жизнь, а за мое благополучие. Даже если я превратилась в то самое чудовище…
– Это был единственный выход, сэр, - объяснил Эдвард. – Мы полюбили друг друга. Причина, по которой мы сегодня здесь, это условие Беллы, что для брака требуется ваше благословение. У нас такой традиции нет, но…
– Никакого благословения не будет! – отрезал Чарли, и Эдвард замолчал.
– Вообще-то, был еще один выход, - вставила я, не удержавшись. – Ты мог бы остаться здесь.
– Я проявил слабость, - признал Эдвард, и в его золотистых глазах, обращенных на меня, заплескалась нежность. – Не захотел смотреть, как ты стареешь…
– Моя дочь не будет стареть? – удивился Чарли, его голос стал чуть более оживленным от этой новости. Их взгляды с Эдвардом пересеклись.
– Никогда, сэр, - поклялся мой вампир, погладив мою руку. – Она бессмертна.
– Ну, это… - брови Чарли поднялись, и он скептически закончил, - несколько меняет дело…
Мы снова замолчали. Папа выглядел задумчивым, и меня тяготило незнание.
– О чем ты думаешь, пап? – прошептала я мучительно.