Дверь в будущее
Шрифт:
На лице женщины появилось выражение, словно ей только что дали пощёчину, но Эйприл даже не убрала ладонь с дверной ручки.
– Где твой опекун?
– У меня его нет, – сказала Эйприл, хотя это было не совсем так. Раньше фондом Винтерборнов, который был учреждён их семьёй, управляла Иззи. Девочка догадывалась, что теперь, когда главой фонда стал Габриэль, то и опекунство над детьми формально перешло к нему. Но, откровенно говоря, большую часть времени Эйприл чувствовала, что это она за него отвечает. И это началось задолго до того,
Женщина обдумала слова Эйприл и взялась за крошечный карандашик, который висел у неё на шее на серебристой цепочке. Как свисток.
– Я ищу Габриэля Винтерборна, – пояснила женщина, и Эйприл рассмеялась.
– Леди, вы такая не первая.
Впрочем, она была самой старой из всех. Но девочка мудро оставила свои наблюдения при себе.
Когда женщина начала что-то писать на планшете с зажимом, нашёптывая слова себе под нос, её карандашик чудесным образом стал казаться ещё меньше.
– Разрешает детям открывать дверь незнакомцам, – она взглянула на Эйприл и добавила: – Без присмотра! – и в придачу подчеркнула эти слова два раза.
– Понимаете, он сейчас завтракает, – беспомощно сказала Эйприл. – И он сегодня злой. А ещё у нас кончился кофе, поэтому он стал ещё злее, но если хотите, вы можете сказать мне, что…
– Эйприл, иди сюда! – раздался из кухни резкий голос, а женщина снова схватилась за свой карандашик и написала: «Демонстрирует неспособность управлять гневом…»
– Кто вы… – начала Эйприл, но не договорила. Ей это было не нужно. Потому что девочка провела десять долгих лет, сменяя приюты, приёмные дома и другие места, ни одно из которых не было её родным домом, и сейчас в её голове раздался тревожный звоночек. На этот раз причиной был не дым. И не дверь. Это был совершенно другой сигнал тревоги.
И тут, впервые за всё время, женщина улыбнулась. Хотя это не была искренняя улыбка. Она скорее походила на ухмылку, которая говорила: «Попались!» Женщина достала из сумочки визитку, сунула её Эйприл и, отодвинув девочку в сторону, вошла в особняк.
Эйприл не хотелось опускать взгляд. Ей не хотелось читать слова на визитке. Конечно, девочку никто не заставлял, но Эйприл всё равно это сделала.
«Служба защиты детей. Глэдис Питтс, старший агент».
Эйприл слишком давно не имела дел с системой опеки. Она расслабилась и стала неосторожной. Похоже, её радар на социальных работников вышел из строя, потому что, когда Эйприл начала паниковать, женщина уже была внутри и шагала по коридору.
– О нет. Мисс Питтс! Стойте. Погодите. Здравствуйте. Меня зовут Эйприл. – Девочка трусцой бросилась за ней, пытаясь догнать, но женщина зашла уже слишком далеко в коридор и теперь была на полпути к кухне. И тут… о нет. Раздались крики.
– Мне нравится ваш карандашик! – Эйприл попыталась отвлечь гостью, нагоняя её.
К сожалению, крики
– Может, подождёте здесь, пока я не приведу Габ… то есть, мистера Винтерборна? Этот особняк такой большой. Он бы не хотел, чтобы вы заблудились. Нет. Он встретится с вами… в библиотеке. Да. В библиотеке. Я провожу вас туда, а потом найду его, и…
Она не ожидала, что женщина остановится. И развернётся. И снова улыбнётся Эйприл своей неискренней улыбкой.
– О, похоже, я могу найти его сама, – сказала мисс Питтс и толкнула кухонную дверь. Та распахнулась, открывая комнату, которая мало чем напоминала кухню, покинутую Эйприл всего пару минут назад.
«Сэйдимат» номер двадцать, похоже, всё-таки вышел из-под контроля. Миксер быстро работал. Слишком быстро. По кухне, как шрапнель, летали брызги теста. В воздух взметнулось облако муки, и Эйприл закашлялась, оказавшись внутри.
Бекон на плите брызгал салом. Вайолет бегала кругами в новом сарафане, который был ей велик по меньшей мере на пять размеров. Весь пол покрывали кусочки испорченного торта, под потолком клубился дым, и запах на кухне ясно говорил, что завтрак закончился ужасно, ужасно неправильно.
А затем полетели яйца.
Габриэль кричал на Сэйди, Сэйди кричала на Колина, а Тим крикнул:
– Вайолет! – и оттащил её с пути шального яйца, которое летело прямо ей в голову.
Благодаря быстрой реакции Тима оно разминулось с Вайолет и полетело дальше. В пункт своего конечного назначения. Как маленькая белая ракета, прямо в…
Шмяк!
Габриэль, наконец, дотянулся до розетки и вытащил вилку «Сэйдимата». Тим отключил плиту, и бекон на ней перестал гореть.
Но кусочки скорлупы уже запутались у женщины в волосах.
Яркий яичный желток сползал ей на глаза.
Все, застыв, смотрели на неё, а Вайолет произнесла:
– Надо добавить яйца в список покупок.
3
Инспекция
Эйприл считала, что теоретически всё могло быть и хуже.
Всё-таки здесь не случился настоящий пожар – всего лишь незначительный взрыв торта, который даже не вышел за пределы духовки. Конечно, все до единого обитатели дома Винтерборнов (возможно, за исключением Эйприл) выглядели так, словно устроили сражение едой. И еда победила. Но никто не истекал кровью. Если не учитывать руку Габриэля, никто даже не пострадал.
Секунду все просто стояли на кухне, наполнявшейся прохладным свежим воздухом с ароматом жжёной муки, ожидая, пока что-нибудь ещё перевернётся или полетит, сломается или загорится. Тем временем дым рассеялся, и Эйприл наконец-то представился случай сказать:
– Габ… эм… мистер Винтерборн. У нас гость. Это мисс Питтс.
– Эйприл…
– Она из службы защиты детей, – многозначительно добавила девочка. Она даже подмигнула. Но в целом Эйприл оставалось только молиться, чтобы Габриэль понял её намёк.