Двенадцать
Шрифт:
– Замах – вдох, бросок – выдох. – Я повторяла эти слова при каждом броске ножа. Это было действительно важно.
– Особое внимание следует уделить отработке цепкого, но не напряженного взгляда и психической устойчивости на протяжении всей серии бросков и каждого в отдельности, посредством чего ты создаешь четкую конструкцию единого целого: тело–нож–мишень. Мысль должна опережать действие. За мгновение до схода ножа с руки, необходимо «увидеть», а точнее, почувствовать результат броска, даже «услышать» звук входящего в мишень ножа,
Спустя пару месяцев я первый раз попала в мишень. Восторг, который я испытала при попадании в цель передать невозможно. Он переполнял меня. Так же, как после первого долгожданного поцелуя с любимым человеком. Горячее тепло разлилось по всему телу – ощущения неимоверные. Первая мысль, которая пришла мне в голову, сразу после этого удачного броска, была: «Я это сделала!».
И именно тогда, я ясно представила перед собой, как Мария Филимонова попадает в самое сердце Сергея Орлова. Настанет час, когда я буду в нем – его сердце, обязательно буду. Там мое место.
Ян был хорошим тренером. Ему было около двадцати пяти лет. Высокий худощавый крашенный блондин с выбритыми висками, несколькими татуировками на теле и серьгами в ушах. Довольно эпатажно выглядел для профи в таком виде спорта. Хотя, его внешность сочеталась с метанием: такая же холодная, как и сталь ножа. Глаза у него были небесного цвета и взгляд такой – сфокусированный. За его холодной маской явно что-то скрывалось. Но я старалась не акцентировать на этом внимание, а направить его на достижение успеха в довольно-таки нелегком деле.
О том, что я занималась метанием ножей, дома у меня никто не знал, даже Сергей. Иногда он приезжал за мной в школу без Алисы. Но всякий раз я отказывалась с ним ехать. В последний раз это его очень разозлило, и, вдарив по газам, он сорвался с места и больше не приезжал. Меня радовала его реакция. Значит, я была ему небезразлична.
После пяти месяцев занятий я достигла определенных успехов. Хватало и одного занятия, чтобы выпустить пар и нормализовать эмоциональное состояние.
В один день меня дома ждал сюрприз. Казалось, этот «сюрприз», даже поджидал, когда я почти реабилитируюсь душевно, чтобы нанести мне новый, на сей раз более мощный и сокрушительный удар.
Конечно, потеря Лира – это одно из самых болезненных моментов. Вместе с ним я будто простилась с прошлой жизнью – тем отрезком времени, когда я встретила Сергея, и последующими годами, проведенными рядом.
– Машенька пришла! Привет, милая! – В дверях меня встретила бабушка. Она была немного обеспокоена и не очень рада. Конечно, мне она была рада, но не гостям, которые сидели в гостиной. Войдя, я увидела Сергея и Алису, которая прижималась к нему всем телом, а завидев меня, взяла его за руку и переплела их пальцы. Бабушка любила Сергея, но не Алису. Поэтому, их приход к нам несколько огорчил ее.
– Привет, Маша! – сказал Сергей,
– Привет, Сережа! – Я первый раз за все время назвала его имя в краткой форме. Он заметил, задержав на мне взгляд, а потом отвернулся.
– Привет! – подала голос Алиса, одетая на мой взгляд слишком вульгарно.
Короткое красное платье, которое чуть-чуть прикрывало ее округлые бедра, глубокий вырез декольте, красная помада – это, конечно, красивое сочетание, но неумеренное и неуместное.
– Привет! – ответила я, собираясь направиться в комнату, но меня остановил голос Сергея:
– Подожди! У нас новость.
Я повернулась к ним. Сердце почему-то сделало кульбит, а в висках застучало. Ладони вспотели, и по всему телу пробежала дрожь.
– У нас с Алисой свадьба через месяц, и мы приглашаем тебя, Валентина Дмитриевича и Ларису Елисеевну на наше торжество.
А вот и мое фиаско.
Я молчала. И через несколько секунд ответила:
– Я подумаю о вашем приглашении. Я не так давно потеряла свою любимую собаку…
– Прошел уже год, – иронично заметила Алиса.
– И что? Для меня это большая потеря.
– Нельзя так долго замыкаться в себе. Пора начать жить и выходить в люди, а не сидеть, как серая мышь в четырех стенах!
– Ты никто, чтобы указывать, что мне делать!
– Сереж, ты слышишь, как она со мной разговаривает?
Сергей молчал, и устало потирал виски.
«Неужели он за меня не вступится?», – думала я в тот момент.
– На себя смотри, как ты разговариваешь!
Ситуация начала выводить меня из себя. Хотелось, что-то запустить о стену, желательно – Алису.
– Маш… – начал было Сергей. Я посмотрела на него удивленно, а Алиса ухмыльнулась.
– Что Маша, Сергей?! Знаешь что? – Я взглянула на них, подавив порыв гнева и сказала то, что считала самым уместным: – Пошел вон из дома моего отца вместе со своей невестой!
Теперь он смотрел на меня удивленно, не веря своим ушам.
– Я сказала, пошел вон! – процеживала я каждое слово, а обида становилась все сильнее. До дрожи в руках.
– Маш, давай поговорим… – Сергей не отступал.
– О чем говорить с маленькой глупой девочкой? – Было видно, что Алису все раздражало так же, как и меня.
Бабушка не лезла в наш разговор. А вместе со мной ждала, что ответит Сергей.
– Алиса! – прикрикнул Сергей и снова глянул на меня, разрываясь между мной и Алисой. Он одернул ее, сказав лишь имя, а мне было этого мало.
– Вот видишь, Сергей, никакая я тебе не сестренка. За сестренку заступаются и закрывают рот любому, кто посмел ее оскорбить. – Я не стала ждать, что он ответит, и взбежала вверх по лестнице, скрываясь в своей комнате.
Он побежал за мной и начал стучать в закрытую дверь. Просил прощения, извинялся за Алису, говорил, что я ему близкий человек. Я ничего не отвечала.