Двенадцать башен

Юй Ли

Сваты не стали ничего говорить, ибо понимали, что старый Вэй прав. Извинившись за причиненное беспокойство, они откланялись и вернулись к Пэю передать ему ответ. Отец посоветовал сыну выбросить из головы мысль об этой женитьбе, но сын стоял на своем.

— Либо женюсь на девице Вэй, либо приму обет безбрачия и умру холостяком. Причем раньше отпущенного мне срока. Год или полтора подожду. Если же они не согласятся, добровольно приму смерть, чтобы искупить перед девушкой свою вину.

Родители Пэя впали в отчаяние. Отец умолял сватов любыми средствами уладить свадебное дело. Сваты снова отправились к Вэю, но он послал вместо себя жену, которая набросилась на сватов с бранью.

— Уж если кто и стремится к корысти, — кричала госпожа Вэй, — так это обычно семья невесты, бедные женихи,

как известно, не в почете. В любой повести или пьеске можно увидеть, что нарушает слово обычно женская сторона, а мужская соблюдает достоинство. У нас же все получилось наоборот. Будто их сын единственная в мире драгоценность, а наша дочка — бросовый товар. На самом же деле все наоборот! Их отпрыск хоть и женился на богатой, с императором они пока не породнились, а вот за мою «никудышную дочку» сватаются не только цзюйжэни, но и цзиньши. Ни один из них ей не подошел — кто по возрасту, кто по наружности. А уж от таких, как ваш Пэй, нет отбоя. Передайте ему, чтобы забыл про весенние грезы и пустые мечтанья! — Свою речь женщина пересыпала бранью, не стесняясь в выражениях. Словом, она устроила представление на славу, как некогда старуха Ван [245] , ругавшая своих кур. Пристыженные сваты едва унесли ноги и посоветовали Пэю отказаться от этого бесполезного дела.

245

Старуха Ван —персонаж комической пьески, славилась острым языком.

Молодой человек был убит горем. «Неужели все рухнуло?! — думал он. — Какая досада! А ведь я не только видел ее и знаю по имени, я был с нею помолвлен! Ее родители непреклонны и своего решения, судя по всему, не изменят. Интересно, а что она сама думает? Каковы ее чувства? Ее родители — люди недалекие, к тому же их обуяла злоба. Что способны они понять? Ну, а девица ведь разумная, учится, книги читает, значит, должна была постичь незыблемую для женщины истину — следовать за избранником до конца дней своих! Мы были с ней когда-то помолвлены, значит, дали обет супружеской верности. Не может она выйти замуж за другого, только за меня. Надо все хорошенько о ней разузнать. Может быть, в их доме есть какая-нибудь женщина, которой можно сделать подношение и выведать настроение девицы. Если она не сразу даст согласие, попробую склонить ее к этому разговорами о долге и верности. А согласится, родители не помеха. Только бы получилось! Как говорится: «И из пепла вдруг вырывается пламя!» Бывают же счастливые случайности!»

Молодой человек вышел из дома с намерением выяснить о девице Вэй все, что возможно. Вскоре он узнал, что поблизости от ее дома живет некая мамаша Юй, прослывшая наставницей по всякому женскому рукомеслу. Оказалось, что женщина учила и девицу Вэй, и ее служанку с детских лет и, само собой, вхожа в их дом. Муж этой женщины был прислужником в местном училище. Молодой человек хорошо его знал, потому что прибегал к его помощи, когда держал экзамены на ученую степень сюцая.

Теперь можно было считать, что дело с женитьбой на треть улажено. Прислужник получил богатые дары, большая часть которых предназначалась мамаше Юй. Вручая подарки, Пэй рассказал о своих страданиях, когда ему пришлось жениться в первый раз, и о своем горячем желании сочетаться браком с девицей Вэй, а также попросил тетушку Юй поговорить с девицей, но тайком от ее родителей.

— Девица эта высоких добродетелей и легкомысленных речей слушать не станет. Да я и сказать ей не решусь такое! — промолвила тетушка Юй в ответ на просьбу Пэя. — Другое дело «верность и долг». Об этом она охотно поговорит.

Молодой человек несказанно обрадовался. Он решил домой не идти, а подождать где-нибудь поблизости, пока тетушка Юй не принесет ему ответ. Ждать пришлось долго.

Тем временем тетушка отправилась в дом Вэев и, поговорив с девицей о разных пустяках, слово в слово рассказала девушке все, что сказал Пэй. Цель была достигнута — разговор девушку заинтересовал.

— Вы ошибаетесь, матушка! — промолвила девушка. — Не спорю, понятие «верность и долг» неразделимы, но добродетель женщины целиком

зависит от верности мужчины! Если же мужчина проявляет неверность, вряд ли справедливо требовать от женщины соблюдения долга. Раз Пэй, как он говорит, собирался на мне жениться, почему нарушил он прежний союз? Зачем, польстившись на богатство, отвергнул нас, бедняков, и теперь твердит, что раскаивается в содеянном. Нет! Человек он ненадежный, неверный, а коли так, нечего говорить о том, что было. Все его слова насквозь лживы. И не стоит он того, чтобы вы, такая почтенная женщина, за него хлопотали!

— Да ведь женился он не по собственной воле, родители заставили, а потому часть вины ему можно простить!

— Конечно, он не мог идти против воли родителей, — отвечала девица. — Но существуют еще установления Неба, перед которым все равны. Почему же одни должны их неукоснительно соблюдать, а другим дозволено нарушать их? Вам, конечно, известно, что такое «четыре достоинства и три послушания» [246] . Это правила поведения только для женщин, мужчин они не касаются. А сейчас получилось так, что мужчина почему-то обязан выполнить родительскую волю, а я, женщина, должна ее нарушить, чтобы выполнить свой долг перед мужчиной, которому так и не стала женой. Вздор это все!

246

«Четыре достоинства и три послушания» —средневековый кодекс поведения женщины в семье и в обществе. Три послушания: подчиняться отцу до замужества, потом мужу, после смерти мужа — сыну. Четыре достоинства: добродетельные поступки, достойные речи, скромный облик, хорошее поведение дома.

— В брачных делах надобно следовать велениям судьбы, а не придерживаться старых правил. Ведь Пэй хотел на тебе жениться, но, поддавшись злой воле, изменил своему слову и женился на Фэн. Все это так! Теперь он овдовел. А ты до сих пор еще не просватана и по-прежнему живешь в девичьих покоях. Это значит, что Пэя судьба связала с тобой, а не с девицей Фэн. К тому же должна сказать тебе, милая, что молодой человек на редкость красив, пожалуй, первый красавец в Линьани. То же твердит и мой муженек. Ты, кажется, знаешь его, он прислужник в училище. Кто-кто, а он хорошо разбирается в этих сюцаях! Думаешь, я уговариваю тебя с корыстной целью, чтобы получить дары? Нет, я о твоем счастье забочусь!

— Судьба неотделима от души, от того, что в ней таится. И если, к примеру, мне сейчас что-то не по душе, не судьба нам быть вместе. Заставлять себя бессмысленно! Все в жизни имеет свою определенность и меру: знатность и сирость, богатство и бедность. Нельзя домогаться их силой, надо внимать воле небес и слушать советы родителей.

Девица была непреклонна, и тетушка Юй не стала ей перечить, даже похвалила.

Вернувшись к Пэю, который ждал тетушку у ворот ее дома, женщина провела его в комнату и поведала о своем разговоре с девицей.

— Пожалуй, со свадьбой ничего не получится, — сказала тетушка. — Брак — дело серьезное, и нарушать данное слово нельзя! Надо было думать об атом раньше.

Пэй впал в уныние, но после некоторого раздумья сказал:

— Пусть так! Но есть у меня к тебе еще одна просьба, ее следует сохранить в тайне. Может, что-нибудь и получится. Не хочет идти за меня госпожа, пусть не идет, я отступлюсь. Однако слыхал я, что у них в доме живет служанка Нэнхун, девица, которая в красоте ничуть не уступает хозяйке. Раз не суждено мне соединиться с девицей Вэй, попытаюсь вкусить «аромат мэйхуа». Прошу тебя, поговори с хозяином. Пусть отдаст за меня служанку, дабы не порвалась нить, свитая раньше. Так я сдержал бы свое слово и в то же время избавился от пустых надежд. А господин Вэй прослыл бы человеком твердой воли. Отказался, мол, выдать дочь за недостойного жениха, пристыдил и отдал за него служанку. Что ты на это скажешь? Если же он и на этот раз заупрямится, постарайся поведать о моих тайных намерениях самой Нэнхун. Скажи, что я видел ее однажды у озера и потерял голову. Заставь ее поверить в мои честные намерения, придумай что-нибудь, дабы мы соединились, как птицы луань и хуан. Ах, как было бы это прекрасно!