Две правды
Шрифт:
Все посмотрели на него и засмеялись. Северу изогнул бровь и посмотрел на Невилла.
— Мистер Лонгботтом, вы забыли, что я и есть шпион? — поинтересовался Северус у него.
— Ну вы же бывший шпион, директор, — очень невнятно ответил Невилл. — Может, кто-то решил подпортить вам репутацию, — задумчиво сообщил он.
— Моя репутация, Мистер Лонгботтом, и так попорчена, куда еще, — уточнил Северус. — И откуда, интересно, ему известны такие подробности, что он умудрился пустить этот слух по всей школе? — поинтересовался он.
—
— Что ты имеешь в виду, Альбус? — спросил Северус его.
— То, что вы, директор, не закрываете двери в свою спальню, — ответила за него Гермиона. — Это, конечно, дело каждого, но я не раз была свидетелем ваших слегка неприличных стонов, которые доносились из ваших покоев, когда я заходила к вам в кабинет передать документы, — сообщила она.
— И я, крестный! — согласился Драко с Гермионой.
— Отец, может, стоит начать с этого, а потом будет видно, — уточнил Гарри.
— Вы решили меня еще и поучать, сами-то нет, чтобы уйти или заблокировать дверь, стояли и слушали, — возмутился он.
— А почему бы и не послушать, когда так эмоции и такая страсть? — тихо прошептал Альбус.
— Это ты, Альбус! Это твоих рук дело! — заорал Северус. — Как же я раньше не догадался!
— Мальчик мой! Ну, я так радовался тому, что ты наконец обрел счастье, что не мог не поделиться, — виновато ответил Альбус.
— Я себя сожгу! — фыркнул Северус.
Все разошлись после чаепития. Я подошла к Северусу и села на край стола.
— Это, конечно, хорошо, что мы разобрались с этим происшествием, но Алекс до сих пор дуется на тебя. Может, ты поговорил бы с ним, — сообщила я Северусу.
— Я завтра варю новое зелье, думаю, ему будет очень интересно поприсутствовать при этом, — ответил мне Северус.
— Как тут еще могут строить заговоры, если кругом портреты? — возмутилась я и посмотрела по сторонам, где висели портреты.
— Ну, портреты не везде. В моем кабинете, да на лестницах, — сообщил Северус.
— Хорошо, что мы здесь хоть любовью не занимались, — уточнила я ему.
Позади нас раздался голос Дамблдора:
— Еще как занимались, — ухмыльнулся.
Я посмотрела на Северуса и вспомнила тот вечер, когда я вломилась к нему и стала выяснять отношения из-за Драко, и как мы на столе занялись любовью.
— Я точно сожгу тебя, Альбус! — в бешенстве заорал Северус.
— Знаешь, я иногда думаю, что я незамужняя, — внезапно сказала я ему.
— Что ты говоришь, женщина? — возразил Северус. — Ты моя жена!
— Да? Ты уверен? — поинтересовалась я. — А вот я не уверена. Ты всегда ведешь себя отстраненно, даже когда мы наедине. Может, тебе так удобно и ты привык скрывать свои чувства и эмоции, но я думала, что хоть чуть-чуть тебя изменила. Но, видать, ты неисправим!
— Анри, что ты хочешь от меня? — злился Северус.
— А ты чего хочешь? — поинтересовалась я ему
— У меня все есть, есть ты, есть сыновья, есть любимая работа! Я на большее и не рассчитываю, — ответил Северус.
— А ты не думал, что твоей жене, мало того, что ты просто рядом? — сообщила я ему. — Она хочет чувствовать твое внимание, твою заботу.
— Тебя что-то не устраивает? — возразил он.
— Северус, когда я была беременна, ты пылинки с меня сдувал. Ты проявлял заботу и не боялся проявлять ее при посторонних. А что сейчас? — сказала я. — Ты обходишь меня иногда стороной, мы целый день даже не видимся.
— У нас есть для этого ночь, Анри, — рычал Северус.
— О, только не говори опять это! — возмутилась я и слезла со стола. — Ты не понимаешь, что я хочу любить тебя не только ночами. Хочу утром целовать тебе за завтраком. Встречаясь с тобой в коридорах, не просто проходить мимо, а прижать в темный угол и целовать до безумия. Вечерами присесть тебе на колено и любоваться игрой Алекса, — я даже не верила, что ему высказала.
Северус встал из-за стола.
— Что ты сейчас сказала? — переспросила он и подошел ко мне.
— Я хочу чувствовать твою любовь не только ночью, Северус, — взорвалась я.
— Нет, другое, ты сказала, что хочешь любить меня, — уточнил он. — Ты никогда мне не говорила, что любишь меня.
Я смотрела на него, он на меня. Моя грудь часто стала подниматься от волнения.
Я и вправду за все это время, что мы были вместе, ни разу ему не сказала, как я его люблю, что чувствую к нему, да он и не просил. Ведь он видел, как я отношусь к нему, как отдаюсь, как млею под ним. Разве этого было мало? Наверное, он хотел большего, слышать эти слова и видеть мои глаза, когда я ему об этом говорю. Может, пришло время уже сказать ему, как сильно я его люблю?
Северус подошел еще ближе и взял меня за руку. Я посмотрела сначала на его руку, потом на него. Он поднес мою ладонь к своим губам и поцеловал ее.
— Северус… — неуверенно начала я. — Я… — я задумалась. — Северус, — собралась я с мыслями, — ты единственный мужчина, который смог меня приручить. Ты тот, с кем мне хорошо и спокойно, конечно, за исключением тех моментов, когда ты не в духе. Я никому так не отдавалась и никому не хотела так отдаться, как тебе. Ты мой воздух, ты моя жизнь, мое счастье. Ты даришь мне то, что никто просто не мог подарить, — закончила я.
Северус все это время смотрел на меня и не отпускал мою ладонь от своих губ.
— И? — спросил он и изогнул бровь.
— И я хочу, чтобы ты не прятал свои чувства ко мне и прекратил сдерживать себя, — сменила тему я специально.
— И это все, чего тебе не хватает? — усмехнулся он.
— Да, — ответила я.
— Иди ко мне, счастье мое! — позвал он меня, обнял рукой и притянул к себе. — Я попробую быть более внимательным к тебе и не забывать прижимать тебя в углах школы, — ухмыльнулся он.