Две грани нейробука
Шрифт:
Айрин с трудом подавила стон. Придет без нее и обязательно ляпнет лишнее. Что тогда случится - даже подумать страшно.
– Мы будем иногда заходить вместе, - пообещала она, вытаскивая Джантора из комнаты.
– Айрин, подожди, - окликнул ее дядя. Сурово оглядел.
– Ты что-то от меня скрываешь. Вы оба. Не может человек выучиться так боксировать, глядя хоть на чемпионов, хоть на кого угодно еще. Очень странный парень. Кто он и откуда? Где этот Веббервиль?
Она набрала воздуха, собираясь ответить,
– Он издалека, понимаешь. Очень издалека. И там совсем другая жизнь, не как у нас. Да, он странный. Мы ему тоже кажемся странными, - Айрин улыбнулась и попыталась уйти.
Но дядя остановил ее.
– Все в порядке?
– он заглянул ей в глаза.
– Если что не так...
– Все нормально, правда. Джантор хороший, он меня не обидит. Я потом обязательно все расскажу. А сейчас просто поверь мне.
Секунду дядя держал ее, наконец кивнул.
– После всех этих тренировок у тебя еще остались силы?
– спросила Айрин по дороге к дому.
Секунд десять Джантор шагал молча.
– Уровень молочной кислоты превышает норму на 56 процентов, запас глюкозы ниже на 64 процента, креатинфосфата на 47. Мгновенная сила ниже максимальной на 37 процентов, запас выносливости снижен до 82-х. Ориентировочное время восстановления до полноцен...
– Джантор, перестань, - оборвала она его излияния.
– Зачем мне твои проценты? Почему ты никогда не скажешь по-человечески?
– Я и говорю, - ничуть не смущаясь, ответил он.
– Даю точные показатели функционального состояния организма. А-а, ты, наверное, имела в виду эти ваши оценки типа устал - не устал, да?
– Джантор с недоумением взглянул на нее.
– Они по сути своей неинформативны, ибо отражают лишь субъективное ощущение человека. В то время как биохимические параметры...
– Все, перестань, - снова перебила его Айрин. Сам Джантор ей нравился, но эти его киберские заскоки просто бесят.
Они вернулись в квартиру.
– Сними футболку, - попросила она.
Какой же он красивый. Айрин положила руки ему на грудь. Без единого волоска гладкая кожа. И в мышцах такая сила. Ее сердце забилось сильнее.
– Что ты хочешь?
– спросил Джантор.
– Подарить тебе самое лучшее из всех возможных удовольствий, - пообещала она, притягивая его к себе.
* * *
Секс и в самом деле оказался восхитительным. По-своему он столь же потрясающ, как головокружительные прыжки и полеты, пусть сами ощущения другие. Но очень приятные. Впервые Джантор обнаружил здесь нечто хорошее, чего в ФИОМСе нет.
Интересно, почему? Ведь раньше секс был единственным способом оплодотворения. И люди наверняка знали, что он доставляет удовольствие.
– Ну, что скажешь?
– спросила лежащая рядом Айрин.
– Это просто чудесно. Когда я сделаю нейроклип и покажу остальным, все будут в восторге.
– Что значит - покажешь?
– насторожилась Айрин.
– Ты где-то спрятал камеру?
– она с тревогой огляделась.
– У меня нейробук. Он способен как проецировать изображение напрямую в мозг, так и записывать все, попадающее в поле зрения.
– Прекрати!
– девушка отпрянула и зачем-то натянула до подбородка одеяло.
– Ты что, записал меня...- на секунду она сбилась, - записал без одежды?
– Не только. Нейробук регистрирует все ощущения. Твой вид, твой запах, вкус твоих губ. Все. И может воспроизвести для другого человека.
Секунд десять Айрин смотрела широко распахнутыми глазами. В них читалось удивление, недоверие, и, как показалось Джантору, ужас.
– Прекрати!
– снова выкрикнула она.
– Ты, ты... Ты грязный извращенец. Вы все там извращенцы. Ты не должен никому это показывать. Слышишь, никому.
– Но почему? Ведь это так приятно, и...
– Я убью тебя, - перебила его девушка.
– Если ты хоть кому-то покажешь, что у нас было, я тебя прикончу.
Голос ее звучал необычайно резко. И Джантор понял - она говорит серьезно.
– Хорошо, хорошо. Я просто...
– Никому!
– снова повторила Айрин.
– Ты не должен никому показывать. Это только между нами. Ты и я, больше никого, понял?
– Ладно, я понял. Извини, если чем-то тебя обидел, я правда ненарочно. Просто у вас тут все так странно. Поверь, я никогда не хотел сделать тебе ничего дурного, только хорошее.
– Знаю.
Улыбнувшись, она снова придвинулась ближе, обняла его. Джантор чувствовал ее дыхание, нежную мягкую кожу, волнующие изгибы ее бедер. Чудесная девушка.
– Это ведь лучше, чем твой нейрокайф?
– Нет.
В первую секунду Айрин напряглась, потом снова отпрянула.
– Что значит - нет?
Секс удивительно приятен. Но нейрокайф - это нейрокайф. Он стоит над всеми прочими удовольствиями, и любое другое ему заведомо проигрывает.
– Ты серьезно? Хочешь сказать, твоя проклятая машина лучше, чем я?
– на глазах девушки почему-то выступили слезы.
– Ну причем тут лучше-хуже. Ты замечательная, и секс мне очень понравился. Но сексуальное удовольствие составляет лишь часть общей зоны наслаждения мозга. А электроды нейробука охватывают ее целиком. Вживленный компьютер одновременно стимулирует все возможные удовольствия. Нейрокайф - это вершина доступного человеку наслаждения. Превзойти его в принципе невозможно.
Она смотрела молча, но по щекам все сильнее катились слезы.
– Послушай, Айрин, не надо расстраиваться...