Две грани нейробука
Шрифт:
Снова шагнув к нему, девушка опять ударила его в грудь и тут же отскочила. Будто всерьез полагала, что Джантор захочет ее убить.
Он покачал головой.
– Ты говоришь ерунду. Твои удары не наносят мне серьезного вреда. Когда мы, к примеру, играем в хоккей, там силовые приемы гораздо мощнее. Недавно я даже сотрясение мозга получил. Но мы же не убиваем друг друга.
Несколько секунд Айрин смотрела на него, закусив губу. Снова приблизилась.
– А если я ударю тебя еще сильнее?
– Зачем?
– Чтобы тебе стало больно.
– Не сумеешь. Нейробук подавит
На лице Айрин отразилось легкое разочарование. Осторожно протянув руку, она двумя пальцами ухватила кожу на его предплечье и сильно сжала. Нейробук высветил предупреждение о появлении болевых импульсов. Когда девушка разжала пальцы, на коже остались две глубокие отметины ее ногтей.
– Наверное, ты и в самом деле кибер. Только неправильный.
– Неправильный? Но почему? Я никого не убиваю. Это же просто безумная дикость. Скорее как раз они неправильные.
Айрин опустила глаза.
– Не бойся, я не причиню тебе вреда, обещаю. Ты ведь меня теперь не боишься?
Она снова оглядела Джантора.
– Не знаю. Ты странный. Не такой, как все. Как другие киберы. Не знаю, - Айрин вздохнула и помотала головой.
– Во всяком случае, я боюсь тебя не так сильно, как их.
Жаль, что она до сих пор боится. Хотя, если тех киберов она боится уже давно, в ее мозгу выработались сильные ассоциативные связи. Нужно время, чтобы человек с нейробуком перестал вызывать страх.
– Идем в машину. Нам ведь надо ехать в Оклахома-Сити, - он улыбнулся.
И Айрин ответила. Пусть робкой, неуверенной, но все-таки улыбкой. Уже лучше.
– А с вашими киберами я поговорю.
– Нет!
– воскликнула девушка.
– Не надо. Они убьют тебя.
Опять это "убьют". Такое ощущение, что здесь не цивилизованное общество, а звериная стая.
– Но почему? Я не собираюсь делать им ничего плохого, просто поговорить. Объяснить, что они поступают неправильно.
– Бесполезно, - Айрин помотала головой.
– Они не станут говорить, а убьют тебя. Они убивают других киберов. Ну, то есть не всех, конечно. А из тех штатов, с которыми враждуют, - торопливо заговорила она.
– То есть, не совсем враждуют. Иногда с теми, с кем враждуют, тоже идет торговля. Но только через людей. Которые без нейробуков. А если поймают киберов из вражеских штатов, их убьют. В общем, я плохо понимаю эти ваши киберские отношения. То есть они ведут какой-то бизнес, торговлю. Но если в Оклахоме найдут чужого кибера, его арестуют и могут убить, - девушка схватила его за руку.
– А я, - она опустила глаза, - я не хочу, чтобы тебя убили.
Слова Айрин его сильно озадачили. И не только тем, что местные обладатели нейробуков зачем-то друг друга убивают.
– Другие штаты? А разве кроме Оклахомы есть еще?
Девушка с удивлением подняла глаза.
– Конечно. 38 штатов. Плюс несколько на юго-востоке. Там правят черные и нет киберов. Правда, белых туда тоже не пускают. Еще есть северные территории. Там мало людей, и киберов почти нет. Неужели ты не знаешь?
Джантор промолчал. Он действительно ничего не знал о землях вне ФИОМСа. Проклятье,
Направился к машине, пытаясь переварить услышанное. Если в Оклахоме, по ее словам, почти три миллиона, то сколько же тогда всего?
– Говорят по-разному, - пожала плечами девушка.
– Вроде получается больше ста миллионов. Может, 150.
150 миллионов людей! Живущих совсем рядом, и о которых в ФИОМСе совсем ничего не знают.
Они сели в машину, и какое-то время ехали молча. Слишком много поразительных новостей. Целый мир. За границами ФИОМСа лежал огромный мир, населенный множеством людей. Странных людей. Которые зачем-то друг друга убивают. Ненавидят. И почему нейробук есть не у каждого? Ведь с ним гораздо удобнее. Столько возможностей.
– Киберы держат их только для своих, - объяснила Айрин.
– Говорят, где-то можно вживить за деньги. Очень большие деньги. Миллионы долларов.
Опять деньги. Похоже, здесь они очень важны. Понять бы еще - чем?
Они проехали небольшой город, на дороге стали появляться другие машины, за окном мелькали фермы. Джантор не успевал все разглядеть, но не беспокоился - нейробук все запишет, а изучить можно потом. У Айрин же подобной возможности нет. Как и многих других. Так неправильно. Когда он вернется в ФИОМС, добьется, чтобы ей вживили нейробук. Без всяких денег.
Джантор посмотрел на девушку. Поймав его взгляд, Айрин смущенно улыбнулась.
– Скажи, ты и правда не испытываешь ко мне...
– она сбилась на полуслове.
– Ну в общем, ненависти, или презрения. Не думаешь, что ты выше меня, и все такое.
– Я выше тебя. Сантиметров на 5. Ты разве не заметила?
– Да я не о росте. А в том смысле, что ты со своим компьютером можешь делать разные вещи. Гордишься этим, и считаешь, что ты лучше, а я хуже.
– Но почему ты хуже? Да, нейробук действительно расширяет способности человека в самых разных областях. Так ведь в этом и заключается предназначение любой техники. Взять хотя бы автомобиль. На нем человек движется гораздо быстрее, чем пешеход. Но если второй сядет в машину, он тоже поедет быстро. Это свойство не человека, а техники. Инженеры имеют право гордиться, что разработали отличный автомобиль, или гонщик, приехавший к финишу первым. Но как водитель может гордиться, что движется быстрее пешехода? Ведь его заслуги тут нет.
– Некоторые гордятся, - несколько растерянно ответила Айрин.
Дома вдоль дороги попадались все чаще. А впереди Джантор разглядел невероятно высокие здания.
– Это что, небоскребы?
Посмотрев на него, девушка рассмеялась.
– Что, удивлен? Может, у нас нет бесплатной еды и компьютеров в головах, - упомянув последние, Айрин снова нахмурилась, - но небоскребы есть. И немало. Ты, наверное, в таком живешь?
– Нет, конечно. У нас их всего несколько штук. В Лос-Анджелесе, там весь старый центр города - один гигантский музей. Раньше было много, но сейчас демонтировали. Они же нерациональны. Требуют слишком больших затрат как при строительстве, так и в эксплуатации. Почему вы до сих пор их используете?