Две блондинки
Шрифт:
Я проверила свою мишень. Руди лежал в отключке, хотя и не надолго. Если эльфы были такими же крепкими как фейри, он придет в норму через полчаса. Я схватила полотенце с микроволновки, протерла пистолет и бросила его на стол. Не знаю зачем - мне просто нужно было от него избавиться.
– Мы должны выбираться отсюда, - сказала я Пэм, и она бросила окровавленные уши. Медленно и неторопливо, она вытерла руки об обивку кресла. Уши лежали на столе и выглядели как не очень качественно сделанные пластилиновые ракушки с красными
Ой! Руди почти приподнялся на локтях, пытаясь дотянуться до нас. Я пнула его ногой по лицу изо всех сил и он упал. Пэм начало трясти, но я снова обхватила ее рукой и она приняла устойчивое положение.
– Я о нем позаботилась, - сказала Пэм, делая ударение на "позаботилась". Она улыбнулась мне. Капельки крови попали на ее розовую шелковую блузку, и я велела ей снова застегнуть пальто. Я крепко его подпоясала.
– Это было весело, - сказала она простодушно.
– Я рада, что ты хорошо провела время, - проворчала я, - поскольку я специально для тебя все это спланировала.
Мы вышли из офиса в коридор и закрыли за собой дверь. Если бы мы только могли добраться до машины... Ирокез уставился на нас со своего стула, стоящего возле заднего входа.
Затем дверь открылась, и вошли два копа.
А ведь все шло так хорошо.
Пульсирующий шум музыки и звуконепроницаемость офиса скрыли звуки выстрелов. Я знала это, потому что ни один из служащих не пошел проверить, кто стрелял. Итак, этих парней никто не вызывал; к тому же, они скорее всего друзья боссов, потому что зашли с черного входа.
Я пыталась думать и думать быстро. Мой мозг был немного перегружен (например, стрельбой в эльфа или зрелищем того, как парень теряет лицо, ну или что-то ещё). Единственное, в чем я была уверена, - я не хотела попасть в тюрьму. Эти два копа может быть даже не имеют здесь полномочий, но мы все равно не должны привлекать их внимание.
Небрежно кивнув Ирокезу, они остановились поговорить с невысокой фигуристой стриптизершей в платиновом парике, тем самым закрывая нам выход. Если мы развернемся и попытаемся выйти через главный вход, то привлечем еще большее внимание, подумала я.
– Ой, - сказала Пэм весело.
– Что теперь, мой самоуверенный друг?
– Вы, девочки, готовы к просмотру?
– позвал Ирокез, и копы обернулись на нас, прежде чем возобновить разговор. Ирокез указал на надпись "ТАНЦОВЩИЦАМ СЮДА".
Я сказала:
– Конечно, мы готовы, сладкий! Мы идем туда и одеваем костюмы?
Он кивнул, и его ирокез качнулся. Пэм захихикала. Я никогда не слышала от нее такого смеха.
– Конечно, большинство девочек не утруждают себя костюмами, - сказал Ирокез, осклабившись.
– Я думаю, ты скоро поймешь, что мы не такие, как большинство, - сказала я, чертовски игриво.
Он был заинтересован.
–
– Мы всегда вместе, - сказала я.
– Улавливаешь, о чем я?
– О, да, - ответил он, переводя взгляд с совершенно пьяной Пэм на меня.
– Что ж, идите переоденьтесь. Сегодня у нас зрители. Они проголосуют после вашего выступления. Вы можете получить постоянную работу.
О... брр. Я знала, что Пэм была заляпана кровью. Вампиры всегда это чувствуют. Пока мы проходили мимо Ирокеза по узкому коридору, я не смела встретиться с ним глазами.
Я направила моего пьяного вампирского друга в обозначенную комнату. Это было совсем не трудно. В комнате беспорядочно стояло около двадцати складных стульев, и шесть из них были заняты женщинами, ожидающими своей очереди. Я сделала вывод, что остальные уже закончили выступление и ушли. Ни ширмы для переодевания, ни столика для макияжа, ни вешалок, ни даже крючков для одежды, только зеркало в полный рост, закрепленное на стене - вот и все, что там было. Я была просто очарована.
Конкурсантки все были блондинками: по крайне мере они пытались ими стать так или иначе. Они взглянули на нас и отвернулись. Одно лицо выглядело смутно знакомым.
Я подвела Пэм к стулу. Она тяжело на него опустилась. На ее лице все еще виднелся лихорадочный румянец, но во всяком случае красные пятна тускнели. Сейчас она была больше похожа на обычного вампира, и меньше на вишнево-ванильное мороженное. Кстати о красных пятнах. Я быстро поплевала на платок и потерла капельки крови на блузке Пэм. Мне очень повезло; быстрый взгляд в зеркало на стене подтвердил, что я не перепачкалась в крови.
– Ладно, гений, что будем делать теперь?
– спросила я себя вслух.
Пэм сказала:
– Я, я... спрошу у нее. У нее есть два дополнительных костюма.
Она кивнула по направлению к женщине, которая показалась мне знакомой.
Пэм была до странности уверена в том, что у кандидатки в танцовщицы (которая, как я поняла, была вампиром) находится в ее огромной сумке.
– Пэм, ты отлично там справилась, - прошептала я.
– Ты тоже. Ты такая миленькая, - сказала она.
– Не удивительно, что Эрик тебя любит.
Я выглянула в хол. Копы все еще были там и все еще болтали с пышногрудой стриптизершей. Дерьмо.
Пэм осторожно встала и подошла к вампирше, которая сидела в одиночестве, выглядя скучающей. У нее были требуемого оттенка светлые волосы (как и у единственной афро-американской конкурсантки, кстати) и гигантские сиськи. Я полагала, что она на пару десятилетий старше Пэм. Она была худощавой, с угрюмым выражением на лице, как у человека, который привык, чтобы его баловали. На ней был желтый топ от купальника и в мелкую складку желтая с серым юбка. Интерпретация образа "озорной школьницы". Где же я ее видела до этого?