Две башни
Шрифт:
Фродо поднял голову, потом встал. Отчаяние не ослабело в нем, но немощь отпустила. Он даже мрачно улыбнулся при мысли о том, что все равно должен выполнить свою задачу и ему безразлично, узнают ли об этом Арагорн, Элронд, Галадриэль, Гэндальф или кто — нибудь еще. Он взял посох и тут заметил, что сквозь пальцы другой руки прибивается сияние. Тогда он бережно спрятал фиал на груди, прижав к сердцу. Отвернувшись от чуть светящегося во тьме Минас Моргула, он приготовился идти дальше.
Когда ворота крепости открылись, Горлум, видно, уполз куда — то в темноту. Теперь
— Глупые, глупые, — повторял он как заведенный. — Скорее! Опасность не прошла, нет. Скорее!
Они молча двинулись вслед за ним по узкому карнизу. Обоим был не по душе этот путь, но он был недолог.
Тропа обогнула еще один скальный выступ и неожиданно нырнула в какую — то щель. Это была первая лестница, о которой говорил Горлум. В полной темноте несколькими футами выше светились только его глаза.
— Осторожно! — прошептал он. — Ступеньки. Много ступенек. Осторожно!
Фродо с Сэмом сначала обрадовались, чувствуя стены справа и слева, по лестница была крутая, почти отвесная, и, карабкаясь по ней все выше и выше, они ощущали позади гибельную глубину. Ступеньки были узкие, разной высоты, стершиеся и скользкие по краям, а то и вовсе полуразрушенные. Хоббитам приходилось крепко хвататься руками за верхние из них и через силу переставлять болевшие ноги. А лестница уходила все глубже в толщу отвесной скалы.
Наконец сверху сверкнули глаза Горлума.
— Готово! — прошептал он. — Первая лестница вся. Славные хоббиты, поднялись так высоко, очень славные. Еще несколько ступенек — и конец, да!
Хоббиты с трудом взобрались на последнюю ступеньку, чувствуя, как головы кружатся от усталости. Темный коридор впереди продолжал подниматься, хотя и не так круто. Ступенек больше не было.
Однако Горлум не дал им особенно рассиживаться.
— Есть еще одна лестница, — сказал он. — Очень длинная. Отдохнем, когда дойдем до верха. Не здесь.
Сэм ахнул.
— Как ты говоришь? Еще длиннее этой?
— Длиннее, да. Но не такая трудная. Это была Прямая лестница, теперь будет Витая.
— А потом?
— Увидим, — тихо ответил Горлум. — Да, да, посмотрим…
— Кажется, ты что — то говорил о подземном ходе, — продолжал допытываться Сэм. — Нужно пройти подземный ход или что — то там такое?
— Да, да, подземный ход, — поспешно ответил Горлум, — но вы отдохнете, перед тем как войти. А когда выйдете, то будете у вершины. Очень близко, если пройти, да!
Фродо вздрогнул. Пот заливал глаза, а из темного прохода тянуло ледяным ветерком, долетавшим сюда словно с каких — то невидимых снежных вершин.
— Ну, пойдемте, — сказал он, вставая. — Нечего нам сидеть здесь.
Коридор был и вправду очень длинным. Навстречу все время дуло. Горы словно пытались остановить их мертвенным дыханием, сдуть во мрак внизу. Вдруг стена справа кончилась. Они вышли из прохода. В темноте едва угадывались черные бесформенные громады и глубокие серые тени, но под нависшими тучами иногда вспыхивали тускло — красные отблески, и в их неверном свете они различали впереди, справа и слева высокие утесы,
Горлум вел их вплотную к утесу. Тропа больше не поднималась, но стала очень неровной. Идти приходилось медленно. Сколько часов прошло с тех пор, как они вступили в долину Моргула, ни Сэм, ни Фродо не могли сказать. Ночь казалась бесконечной.
Потом впереди встала новая стена и открылась новая лестница, и опять начался мучительный подъем. Теперь лестница вилась снаружи по склону горы. В одном месте она прижималась к самому краю пропасти, и Фродо, взглянув туда, увидел далеко внизу долину Моргула. Там, во мраке, червяком извивалась светящаяся дорога от мертвой крепости к безымянному перевалу. Он поспешно отвернулся.
Бесконечные повороты наконец вывели их на новый уровень. Теперь они находились на седловине, между вершинами Хмурых Гор. Хоббиты смутно различали вздымающиеся вершины, а под ними — проломы и провалы чернее самой ночи. Снега прошлых зим таились меж не знающих солнца камней, точили и грызли их. Красный отсвет в небе усилился; но непонятно было, рассвет ли настает в этой юдоли теней, или становится ярче зарево над Горгоратской равниной. Фродо взглянул вверх. Далеко впереди, словно венчая этот жуткий путь, на багровом небе четко выделялись два черных утеса. На каждом высилось по каменному рогу.
Он остановился, чтобы присмотреться внимательнее. Левый рог был высокий и тонкий, в нем горел красный огонек, а может, дальнее зарево просвечивало сквозь какое — то отверстие. Теперь он различил, что это не просто утес, а черная башня. Он тронул Сэма за рукав:
— Смотри!
— Мне это не нравится, — немедленно отозвался Сэм, — так, значит, твой тайный вход все — таки охраняется? — гневно обратился он к Горлуму. — И ты знал об этом все время?
— Все дороги здесь охраняются, да, — равнодушно ответил Горлум. — Надо попробовать. Может, здесь охраны меньше. Может, они все ушли на войну, все может быть!
— Да, может быть, — проворчал Сэм, — но это же так далеко! И еще подземный ход… Нет, на сегодня хватит, надо отдыхать, Фродо. Не знаю, день сейчас или ночь, но мы идем уже много часов.
— Да, нужно отдохнуть, — тотчас согласился Фродо. — Найдем какой — нибудь закуток потише. Следующий переход будет трудным, — он чувствовал, что самое главное сейчас — преодолеть это последнее препятствие, и тогда он сможет совершить задуманное. По крайней мере так ему казалось в этот мрачный час усталости у ворот страшной крепости Кирит Унгол.
Они нашли расщелину, защищенную от ветра, и устроились там. Фродо с Сэмом поглубже, Горлум поближе к выходу. Надо было поесть. Они понимали, что это последняя трапеза перед спуском в Неназываемую Страну, может быть вообще последняя совместная трапеза. Угощение было очень скудным. Кое — что еще оставалось от припасов Фарамира, ну и, конечно, лепешки. Пить не стали, только смочили пересохший рот.
— С водой — то плохо, — сказал Сэм. — Но ведь кто — то живет там, так, поди, и пьют они, а?