Двадцатые
Шрифт:
Десять лет тому назад партия и Советская власть послали меня привести Астрофизический институт в христианский вид. Я попал туда как в стан врагов. Единственным, на кого я мог положиться, был Ю. В. Филиппов, но основное я провел один. В этом институте получали зарплату В. В. Стратонов, высланный в 1922 г., и В. А. Костицын (невозвращенец). Руководители института (В. Г. Фесенков и другие) затаили против меня злобу с тех пор. Я горд, что они меня клюют. Я считаю, что я правильно выполнил свою работу.
Интересно, когда
А тем, кому не спится,
Открою по секрету
Один удивительный факт:
Вот я считаю звезды,
А звездам счета нету!
И это действительно так!
Смотрите в телескопы
И тоже открывайте
Иные миры и края.
Но только надо, чтобы
Хорошая погода
Была на планете
Земля.
Хотя вряд ли смотрел.
Думаю, времени у него не было.
Он шел к своей цели с грацией носорога, и к концу года у Вартана Тиграновича появились заботы посерьезнее.
В 1931 г. было создано организационное бюро во главе с астрономом В. Т. Тер-Оганезовым для создания единого астрономического общества РСФСР.
Задумка мелкого беса была проста, как все гениальное – зачем нам так много астрономических обществ? От них только суета и беспорядок. Все общества – и любительские, и профессиональные - должны слиться в одно, которое и объединит всех астрономов и геодезистов республики.
Вскоре в журнале «Мироведение» была опубликована Декларация организационного бюро Астрономо-геодезического общества РСФСР (АГОР). Оно призывало «… всех астрономов и геодезистов объединиться в едином Астрономо-геодезическом обществе РСФСР». Впрочем, уже в 1932 году встал вопрос о создании не Всероссийского, а Всесоюзного общества. 1 августа 1932 года был утвержден Устав Всесоюзного астрономо-геодезического общества (ВАГО). Именно так называлась существующая и сегодня организация, одним из главных создателей которой стал наш герой.
За этим последовал Первый Всесоюзный астрономо-геодезический съезд – впервые в истории в одном зале собрались практически все виднейшие астрономы страны.
Во главе оргкомитета по созыву съезда стоял…
Да.
В.Т. Тер-Оганезов.
Съезд прошел с большим успехом, вот только возглавлять всесоюзную организацию Вартану Тиграновичу не дали – некрасиво ставить во главе академиков человека, в активе которого всего две полуученические статьи четвертьвековой давности.
Поэтому первым председателем Всесоюзного астрономо-геодезического общества стал известный советский астроном, профессор А. А. Михайлов, а заместителями председателя были избраны В. Т. Тер-Оганезов и А. С. Чеботарев.
А если учесть, что серьезный ученый Александр Александрович Михайлов деятельностью ВАГО не очень интересовался и де-факто всем рулил Тер-Оганезов, то можно констатировать – мой герой
Он был ведущим членом всех крупных астрономических организаций и редактором второго по важности астрономического журнала в стране.
Более того — когда пришел 1937 год, мелкий бес сам назначил себя ведущим проводником линии партии в астрономии и свирепствовал как никто.
Начиная с 1936 года Вартан Тигранович участвовал в работе нескольких комиссий, направленных Академией наук для расследования «нездоровой» ситуации в Пулковской обсерватории. И стал единственным членом этих комиссий, последовательно настаивавшим на жестких мерах в отношении сотрудников обсерватории. В выражениях не стеснялся, в своей статье в «Мироведении» с говорящим названием «За искоренение до конца вредительства на астрономическом фронте» излагал все примерно в следующих выражениях:
Органами Наркомвнудела в советских астрономических учреждениях обнаружена шайка врагов народа, которая в течение ряда лет совершала свое темное дело. Эти враги, помимо прочего, старались сделать все, чтобы попытаться подорвать престиж советской астрономии и воспрепятствовать успешному ее движению. Для примера можно остановиться на одном из этих вредителей. Что он из себя представлял? Это бывший эсер, который прикинулся сторонником советской власти, который внешне на словах старался показать свое «примирение» с ней, но который часто не выдерживал и обнажал свои волчьи клыки.
Всего в Пулково было арестовано более 30 человек. Многие из них, в том числе и обладатель «волчьих клыков», директор обсерватории Герасимович были расстреляны.
Показательно, что в этой же статье Тер-Оганезов не только заклеймил репрессированных пулковцев, но еще и заложил всех тех, кто пытался смягчить их участь:
«… любопытно отметить, что до сих пор еще неизвестно, какой точки зрения придерживается Академия Наук относительно ясного и безоговорочного содержания выводов упомянутой комиссии по обследованию обсерватории. Известно только, что некий проект резолюции по этому вопросу непременным секретарем Академии Н. П. Горбуновым был передан на редактирование председателю комиссии В. Г. Фесенкову, который лично за свой страх и риск его значительно «смягчил», выкинув из него острые формулировки и политические обвинения. Но и в этом политически выхолощенном виде резолюция оказалась «пропавшей грамотой».
«Непременный секретарь Горбунов» – напомню – это тот самый «опасный очкарик», бывший личный секретарь Ленина, под чьим патронажем они с Артемьевым трудились на ниве управления наукой в 1918 году.
Горбунов был арестован через несколько месяцев после выхода статьи, в конце 1937 г., и умер в заключении.
Академик Фесенков, по его признанию, каждый день ждал ареста. Но обошлось – отделался снятием с поста председателя Астрономического совета АН СССР и освобождением от обязанностей директора Государственного астрономического института им. Штернберга.