Двадцать лет спустя

RebaWilliams

Гарри рассмеялся.

– Нет, Хуан, я всегда был верным мужем, и моя вторая половина вскоре присоединиться к нам. Можно нам столик на троих, где-нибудь в тихом уголке; нам о многом надо поговорить?

– Нууу, вы же знаете, если вы когда-нибудь решите стать не верным мужем, я всегда в вашем распоряжении, - проворковал Хуан.

– Ммм, малыш, ты же знаешь, горячие латинские любовники не в моем вкусе, - сказал Гарри, флиртуя, - Но, если я изменю решение, ты будешь первым, кому я позвоню… Не могли бы мы сейчас сесть?

– Вы не можете винить меня в том, что попытался; сюда, сеньор Эванс, сеньорита.
–

Хуан проводил Гермиону и Гарри к столику, отодвинул стул для Гермионы, подал им меню и ушел.

– Боже, Гарри, думаю, ты мог бы заполучить себе этого парня, если бы захотел. Он так флиртовал, и ты был не многим лучше, - прокомментировала Гермиона.

– О, Хуан знает, что со мной можно спокойно флиртовать, он хороший парень. Я помог ему пару лет назад, когда наркоторговцы колледжа хотели сделать из его ресторана наркопритон. Мы частенько сюда приходим.

Рядом раздался приятный баритон:

– Всегда герой, не так ли, Гарри? И ты снова флиртовал с Хуаном?

Лицо Гарри осветилось счастливой улыбкой, какую Гермиона никогда раньше не видела. Он встал поприветствовать мужчину:

– Пол, ты же знаешь, что, именно флиртуя, я нашел тебя.
– Гарри повернулся к Гермионе, держа Пола за руку.
– Пол, хочу познакомить тебя с моим дорогим другом, профессором Гермионой Грейнджер, - Пол протянул в приветствии руку.
– Миона, позволь познакомить тебя с доктором Полом Роджерсом… моим мужем.

Челюсть Гермионы отвалилась, глаза стали широкими, как блюдца, она закрыла рот, снова открыла его, но из него не издалось ни звука.

Гарри издал гортанный смех:

– Пол, я знаю Миону почти 27 лет и знаю точно, что это, возможно, единственный случай, когда она потеряла дар речи. Миона, можешь хоть что-нибудь сказать … все равно, что… ммм… ты в порядке? Сделай глубокий вдох, все хорошо.

Гермиона снова закрыла рот, пару раз моргнула и сказала:

– Я… хммм… эээ… хммм… Простите… Мерлин… Приятно познакомиться с вами, доктор Роджерс, простите меня; я просто удивилась… Гарри, ты должен был хоть что-нибудь сказать, как-то подготовить меня, и я тогда не выглядела бы как идиотка.

– Все в порядке, профессор Грейнджер, уверен, что вы знаете, насколько Гарри любит доставлять людям неприятности, и, пожалуйста, зовите меня Пол.
– Он сел рядом с Гарри и поцеловал его в щеку.

– О да, я прекрасно помню, во сколько неприятностей втягивал меня Гарри в замке, и, пожалуйста, зовите меня Миона. Итак, Гарри, как давно ты знаешь, что ты гей?

– С пятого курса.

– Что? Не может быть!

– Миона, подумай, со сколькими девчонками я встречался? За семь лет в Хогвардсе - сколько?

– Ну, на четвертом курсе ты пригласил Парвати на бал, - мудро заметила Гермиона.

– Да. Я пригласил ее на бал, я был вынужден пригласить хоть кого-то, а ты и Джинни были уже заняты, кроме того, мы станцевали один танец, и затем я провел остаток вечера с Роном, в саду. СЛЕДУЮЩАЯ.

– Чу… Ты приглашал сначала ее на бал на четвертом курсе, и ты встречался с ней на пятом, вы даже поцеловались однажды.

– Один поцелуй и одно свидание, оба отвратительны. Вообще-то, возможно, даже перед этим я знал, что гей, но когда был с Чу, я, наконец, уверился, что не могу быть с женщинами.

– О, Гарри, почему ты ничего не сказал, ты же знаешь, что

в волшебном мире к гомосексуальности нормально относятся, мы были твоими друзьями, мы бы в любом случае любили бы тебя.

– Миона, ты же знаешь, что у меня не было личной жизни, я был на обложке каждого выпуска Ведьменного Еженедельника, я бы просто не пережил, если бы моя физиономия появилась еще и на обложке Мужчины мага. И я представляю себе заголовки в Пророке: «Гарри Поттер, Мальчик-который выжил-чтобы-трахать-других-мальчиков». Это бы отразилось на каждом парне с нашего факультета, я и так уже достаточно приносил им проблем. И мы оба знаем: гей я или нет, но от меня все равно ожидали, что я найду симпатичную ведьму, женюсь и заведу детей… затем заведу любовниц. Миона, мы оба выросли в маггловском мире, где такое просто не должно случаться. Брак священен, это не инструмент для увеличения популяции магов. Даже если бы я на это согласился, у ребенка Гарри Поттера никогда не было бы нормальной жизни, а я не мог этого допустить. Кроме того, я сейчас счастлив, и только это имеет значение.

– Да, Гарри, я рада видеть тебя счастливым, это было так редко, когда ты был в школе. Итак, Пол, как ты познакомился с Гарри?
– Гермиона с улыбкой повернулась к Полу.

– Я работал ассистентом учителя, когда писал докторскую диссертацию по социологии, а Гарри был в колледже, мы стали друзьями. Я защитился, он поступил в полицейскую академию, мы стали любовниками, и 6 лет назад Техас разрешил однополые браки, мы поженились одними из первых.
– Пол взял руку Гарри и поднес ее к губам, целуя его обручальное кольцо.

Гарри наклонился к Полу и нежно поцеловал его в губы.

– Я бы сделал это снова даже не задумываясь, я люблю тебя, - сказал он тихо. Но Гермиона услышала нежные слова.

– Вы двое замечательно смотритесь вместе, и я вижу, насколько вы влюблены, я счастлива за вас обоих.
– Глаза Гермионы наполнились слезами.

– Спасибо, Миона, это много значит для меня. Итак, расскажи о себе. Ты сказала, что вы с Роном так и не поженились, можно узнать, что произошло?

– Вечеринка по случаю твоего двадцатипятилетия.

– Что… нет, нет, нет, не обвиняй меня, пожалуйста. Я буду чувствовать себя виноватым до конца моей жизни, - взмолился Гарри.

– О, Мерлин, нет, я не виню тебя, я виню Рона. После того как ты ушел с вечеринки, Невилл, Дин и Симус тоже ушли, а Рон остался. Когда я проснулась утром, то отправила тебе сову, а затем решила, что Рону наверняка не помешает зелье от головной боли. Я через камин добралась до его квартиры и обнаружила очень голого Рона с очень голой Сьюзан Боунс вместе в постели, им совершенно не требовалось зелье против головной боли, но срочно нужно было противозачаточное зелье. Я ушла, и никогда не оглядывалась назад. Через два месяца они поженились, и шесть месяцев спустя у них родился Билиус. Он переходит сейчас на второй курс в Хогвардсе вместе со своей сестрой Молли, которая идет на первый. Дома есть еще трое. Все рыжие, конечно. Джинни и я все еще дружим. И я по-прежнему поддерживаю связь с Молли и Артуром. Они все любят Сьюзан, но, думаю, они разочарованы, что мы с Роном так никогда и не стали парой. Фред даже предложил жениться на мне, когда узнал, что я беременна Чадом. Но я не могла просить его растить чужого ребенка.