Два выхода
Шрифт:
То, что произошло в начале около Арки, стало забываться, и уже многие, если посматривали в сторону Дантэ, не опускали глаз, а лишь презрительно фыркали и кривились.
А парню всё было по всем параметрам. Он наслаждался музыкой, хотя постепенно она становилась слишком модной, разговорами с Каем и более адекватными друзьями-знакомыми, и даже один раз станцевал. Но затем друга стали отзывать то к одним, то к другим, постепенно оттесняя человека от русала.
А так как на виду у всех не хотелось стоять в одиночестве, а клятва другу, не дававшая покинуть праздник, ещё действовала, Дантэ
***
Звуки нескольких рокочущих мотоциклов заставили парня вздрогнуть и нервно сжать стакан. Глаза так крепко зажмурились, что кажется, будто вокруг появляются белые пятна.
— Успокойся, — шептал себе Дантэ, стараясь тем самым успокоить своё бьющееся нервными рывками сердце. — Спокойно… Не только у него есть мотоцикл, но и почти у всех представителей молодёжи этого городка. Да, и если это он…, ну, и что? Мы друг другу ничего не обещали, только… поговорили… и всё.
Так, пытаясь себя успокоить, человек погрузился в какой-то лёгкий транс, да и музыка заглушила стук его сердца и другие ненужные звуки. Казалось, что вокруг парня стал создаваться вакуум, который огораживал от внешнего раздражителя. Вот только всё пошло насмарку, когда пятеро представителей разных рас вошли на танцевальную площадку.
Вампир Элькор Сальвадорэ, дракон Михей Ирвинг, сирен Инди Эйромэ, эльф Тиратеэль Имарисэнтор и дроу Хас Яронт. Все эти парни тут же привлекли внимание как альф, так и омег. В особенности омег, которые тут же постарались повернуться и встать в выгодной позе, улыбнуться, стрельнуть глазками и даже что-то прощебетать так, чтобы их услышали эти пятеро.
Да, прибывшие альфы были как на подбор — статные красивые представители своих рас, великолепные фигуры, яркие характеры и незабываемый исходящий от них набор запахов, который сводил с ума всех омег. И эти красавцы пользовались своей неотразимостью по полной программе.
Сам же Дантэ видел только двух парней — вампира и дракона. Он же и заметил, как вампир внимательно осматривается, явно ища Кая.
Хватило нескольких секунд, как Дантэ, так и вампиру, чтобы заметить, где находился русал. Тот стоял рядом с несколькими омежками и о чём-то разговаривал с ними, но почувствовав пытливый взгляд, осмотрелся. Радостная улыбка озарила лицо русала, и тот, извинившись, поспешил к альфам.
Сердечно обняв и поцеловав Элькора и Михея, русал, мягко улыбнувшись остальным прибывшим, кивнул в сторону танцующих и что-то заговорщически шепнул. Парни в ответ разразились хохотом и растворились в толпе.
Благодаря тому, что его не видели, Дантэ жадно и с грустью посматривал на того, кто сейчас так заразительно улыбается и прижимает к себе лазурное доброе чудо. Тёмные длинные волосы заколоты ажурным гребнем, глаза из-за света стали насыщено тёмно-красными. Безупречные красивые черты лица без растительности, меж бровей расположился маленький рубин, дорогая одежда — несомненно, всё это привлекало к вампиру любой взгляд.
Так же взгляд перекочевал и на другого парня — дракона, который нехотя рассматривал толпу своими желтыми глазами, успевая отвечать собеседнику и кривить в усмешке свои красивые губы. Среди всей этой молодёжи он казался
Не прошло и нескольких минут, как Кая вновь позвали, и тот, извинившись, ушёл, оставив альф стоять одних.
Шепча что-то друг другу, они неспешной походкой отправились бродить по освещённым дорожкам, а затем — в сторону стола с закусками.
Сердце трепетно забилось, а откуда-то появившийся вечерний ветерок принёс с собой как запахи других гостей, так и парней.
Имбирь, белый шоколад, дикий мёд — эти ароматы принадлежали лишь только им двоим. Они всегда были «попутчиками» этих парней, и как будто специально дразнили обаняние Дантэ, заставляя быть растерянным и неуверенным в некоторых решениях.
Из-за того, что он смог уловить эти запахи, парня прошиб озноб, и появилась нервозность.
«Что же это с ним происходит?» — мелькнула мысль, хотя смутная догадка всё же неуловимо витала над другими ответами и вопросами, но из-за чего-то временно не давалась пониманию.
Вампир, сверкнув своими красными глазами, зашептал что-то на ухо дракону, а затем вынул маленькую открытку, которую дарят лишь в День Святого Валенсия.
Дантэ невольно встрепенулся, пальцы сжались в кулаки, и он быстро и прерывисто задышал. Его душили гнев и нервозность. В основном, из-за того, КАК этот вампир достаёт сей предмет, КАК показывает его и при этом смеётся.
«Как он смеет? Ведь говорил, что не покажет, что его просто на смех поднимут. Так почему же? Решил посмеяться? Над собой или надо мной?» — мысли быстрым потоком рвутся вскачь, и их непосильным трудом приходилось удерживать на месте.
Михей в это время быстро просматривает злосчастную открытку, подаренную вампиру человеком, заодно втягивая запах, что ещё сохранился. То же самое проделывает и Элькор.
Взгляды бордовых и жёлтых глаз встречаются с тёмно-серыми глазами. Всё, кажется, замирает и остальное уже не видно и не слышно. Лишь они втроём.
Парни синхронно делают шаг в сторону Дантэ, который, как зверёк, на миг застывает на месте, затем — стремительный разворот, и он исчезает в тенях деревьев парка.
Страх придаёт ускорение, а также надежда на то, что за массивной дверью дома они его не достанут и он сможет скрыться от этих альф, которые сейчас его преследуют.
Из-за того, что в парке, а затем в саду, было темно, парню пришлось пробираться через кусты и низкие ветви деревьев, что тормозили его продвижение.
Дорога появилась внезапно.
Человек споткнулся, но успел удержаться на ногах и вновь побежать, продолжая чувствовать, что за ним следуют по пятам двое альф.
Вот уже появился вблизи двухэтажный жёлто-белый дом, вот несколько широких ступеней и массивная дверь, освещённая с разных сторон, как маяк надежды.
Трясущие пальцы находят в верхнем кармане ключ, он сразу же входит в замочную скважину, и Дантэ юркнул в приоткрытую щель двери, чтобы тут же закрыть её на все щеколды и замки.
Прислонившись к чуть прохладной поверхности лбом, парень старается унять дрожь во всём теле, а заодно удержаться на ватных ногах.