Два вида истины
Шрифт:
Затем он подошел к холодильнику в поисках пива. Но его не было, и то, что он наклонился, чтобы заглянуть в дальние недра ящика, ничего не изменило.
Он выпрямился и посмотрел на бутылку бурбона, стоявшую на холодильнике. Он решил отказаться, хотя ему не помешало бы чем-нибудь охладиться. Однако, увидев бутылку, он подумал, что должен отдать то, что осталось от драгоценной марки, Эдгару в благодарность за его предупреждение о полете на самолете над морем Солтон.
— Папа?
— Да. Извини.
Он вышел в гостиную, чтобы рассказать эту историю. В мире не было человека, которому Босх доверял
— Прости, — сказал он. — Может быть, тебе не нужно было знать все это.
— Нет, нужно, — сказала она. — Не могу поверить, что ты добровольно согласился на это. Тебе так повезло. А если бы тебя убили те парни. Я бы осталась совсем одна.
— Мне жаль. Наверное, я подумал, что с тобой все будет в порядке. Ты сильная. Ты теперь сама по себе. Я знаю, что у тебя есть соседки по комнате, но ты независима. Я подумал…
— Большое спасибо, папа.
— Слушай, мне жаль. Но я хотел поймать этих парней. То, что сделал тот парень – сын – это было благородно. Когда все это всплывет, люди, наверное, скажут, что он был глупым и наивным и не знал, что делает. Но они не узнают правды. Он поступил благородно. А такого благородства в мире больше нет. Люди лгут, президент лжет, корпорации лгут и обманывают. Мир уродлив, и немногие люди готовы противостоять ему. Я не хотел, чтобы то, что сделал этот парень, прошло без… я не хотел, чтобы это сошло им с рук, я думаю.
— Я понимаю. Просто подумай обо мне в следующий раз, хорошо? Ты — все, что у меня есть.
— Хорошо. Я буду. Ты тоже все, что у меня есть.
— А теперь расскажи мне другую историю. О том, что сегодня в газете.
Она протянула Босху визитную карточку Дэвида Рэмси, оставленную у входной двери. Это напомнило Босху, что он не прочитал полную версию статьи в "Таймс". Теперь он рассказал ей о деле Даниэль Скайлер и о том, как Престон Бордерс пытался избежать смертной казни и подставить Босха, который, якобы, подбросил ему улики. Обсуждение этой статьи шло до тех пор, пока она не почувствовала нехватку времени, ведь ей нужно было ехать обратно в округ Ориндж. Она уже решила заехать за ужином по дороге, а не готовить его на скорую руку.
Она еще раз крепко обняла Босха, и он проводил ее до машины.
— Папа, я хочу приехать на слушание в среду, — сказала она.
Обычно Босх не любил, когда она ходила на слушания по его делам. Но в этом случае все будет по-другому, потому что он будет чувствовать себя как на суде. Ему пригодилась бы любая моральная поддержка.
— Как насчет Империал-Бич? — спросил он.
— Я просто вернусь пораньше, — сказала она. — Я сяду на поезд.
Она достала свой телефон из заднего кармана и открыла приложение.
— Что ты делаешь?
— Это приложение Metrolink. Ты все время говоришь, что поедешь на поезде, чтобы увидеть меня. Ты должен установить приложение. Есть поезд в шесть тридцать, на который я могла бы сесть, он прибывает на Юнион Стейшн в восемь
— Ты уверена?
— Да, там прямо написано…
— Нет, я имею в виду, что ты приедешь.
— Конечно. Я хочу быть рядом с тобой.
Босх снова обнял ее.
— Хорошо, я напишу тебе подробности. Думаю, суд начнется не раньше десяти. Может, мы позавтракаем до этого — если только мне не нужно будет встретиться с твоим дядей.
— Хорошо. Как скажешь.
— Что ты собираешься взять на ужин?
— Я хочу взять у Занку и привезти еду оттуда, но тогда моя машина будет пахнуть чесноком около месяца.
— Может оно того стоит.
"Zankou Chicken" — это местная сеть армянских ресторанов быстрого питания, которая на протяжении многих лет была для них любимым источником еды на вынос.
— Пока, папа.
Он оставался на обочине, пока не увидел, как ее машина сделала поворот и исчезла на холме. Вернувшись в дом, он посмотрел на визитную карточку, которую она оставила на столе, и подумал, не позвонить ли Рэмси, чтобы прояснить ситуацию. Он решил не делать этого. Рэмси не был его противником, и лучше было бы не использовать газету, чтобы сообщить своим настоящим противникам, что их ждет. Репортер "Таймс", несомненно, будет в суде в среду и тогда узнает всю историю. Босху оставалось только терпеть три дня под сенью газетной статьи, окутавшей его жизнь.
Босх открыл телефон и, наведя справки в Интернете, чтобы узнать номер, позвонил в тюрьму Ван Найс и попросил позвать контролера. Он представился и сказал, что хочет договориться о беседе с заключенной на женском ярусе.
— Это может подождать? — спросил офицер. — Сейчас вечер воскресенья, и у меня нет людей, чтобы сидеть в комнате для допросов.
— Это двойное убийство, — сказал Босх. — Мне нужно поговорить с ней.
— Хорошо, как ее зовут?
— Элизабет Клейбург.
Босх услышал, как он вводит его в компьютер.
— Нет, — сказал офицер. — У нас ее нет.
— Извините, я имел в виду Клейтон, — сказал Босх. — Элизабет Клейтон.
Еще один набор текста.
— У нас ее тоже нет, — сказал офицер. — Она вышла из тюрьмы пару часов назад.
Босх знал, что это означает, что ее отпустили под подписку о невыезде.
— Подождите минутку, — сказал он. — Вы ее отпустили?
— Без вариантов, — сказал офицер. — Протокол о вместимости. Ненасильственное правонарушение.
Тюремная система округа была переполнена, и ненасильственных преступников регулярно освобождали досрочно от незначительных сроков заключения или выпускали без внесения залога. Элизабет Клейтон, очевидно, попала в последнюю категорию и была освобождена через день, прежде чем ее успели поместить в отделение реабилитации наркоманов.
— Минуточку, разве она не была в детоксикации? — спросил Босх. — Теперь вы досрочно освобождаете ее из детоксикации?
— У меня нет данных о том, что она была в детоксикации, — сказал офицер. — В любом случае, у них в детоксе очередь. Извините, детектив.
Босх сдержал свое разочарование и уже собирался поблагодарить офицера и повесить трубку. Затем он подумал о другом.
— Не могли бы вы ввести еще одно имя, чтобы проверить, есть ли он у вас?
— Дайте его мне.
— Мужчина, белый, фамилия Броуди. Имени у меня нет.