Два–в–одном (полностью)
Шрифт:
Недоуменно подняв взгляд, наткнулась на улыбку. Холодную, злую и даже какую-то предвкушающую, что ли?
В груди все оборвалось — никто меня не ждал. На глаза от боли навернулись слезы. Изо всех сил сдерживая рев, подскочила с пола и рванула к окну. Солнышко в лучших своих традициях последовал за мной, в который раз ушибив пальцы.
Дальше,
Грязь обсыпалась, когда крылья развернулись за спиной, подхватывая тело и унося его ввысь. Из-за спины донеслось недоуменное:
— Лин?
Иди ты… в Бездну! Ветер высек слезы из глаз, выбирать дорогу было совершенно невозможно, да и не нужно. Какая разница, куда лететь? Все равно вернуться не получается.
— Лин!!! — голос рявкнул практически над ухом, а перед носом мелькнуло чужое крыло. Я дернулась и от неловкого взмаха в плечо стрельнуло болью. Ну да, резкие физические нагрузки не самое полезное дело при освоении нового тела.
И чего ему неймется?!
— Оставь меня в покое! — если бы еще не слезы, было бы вообще хорошо. Но снижаться пришлось — левое плечо с каждым взмахом болело все сильнее.
Земля ударила по пяткам и лететь бы мне носом вперед, но…
— Лин, Великий Ветер, Лин! — перед глазами возникло плечо, обтянутое довольно запыленной курткой, а ребра стиснули так, что вместо гневного вопля получился только слабый и невнятный писк.
Кроме того сложно говорить вообще, если тебя лицом впечатывают в одежду. Тут и дышать-то получается с трудом. Про попытки высвободиться вообще молчу, так, слабое подергивание. Даже крылья не помогли, их просто сверху накрыли, так что мои трепыхания вряд ли вообще заметили.
На щеку упала капля, за ней — вторая. Третья… это что, дождь пошел? Остатки прежней связи словно зажили собственной жизнью и рванули уда-то вперед. Навстречу им словно выпрыгнул клубок темноты и по нервам ударил бешеный коктейль эмоций. Мозги взяли выходной и
— Воздуха… — наконец удалось прохрипеть мне. Сердиться уже не получалось. А если учесть, что сама вцепилась в него как клещ, то верить в мое плохое настроение — тоже. Но щека до сих пор горит, так что будет извиняться долго и цветисто!
Кажется, меня услышали, поскольку объятия немного ослабли, но не настолько, чтоб можно было сделать что-то кроме вдоха. Рэй молчал и шумно дышал в волосы. Да и я как-то не собиралась говорить хоть что-то, пока не успокою сердце и нервы.
М-да уж, денек выдался на редкость тяжелым. Столько всего и сразу…
— Прости, — пальцы осторожно погладили залитую румянцем щеку. Ну, вообще-то у меня обе горели, но воздержимся от излишних подробностей.
Кажется, соображалка у меня только-только включилась, поскольку выдала вполне логичную гипотезу. Тело чье — Киар. А она была врагом, так что ребята и отреагировали соответственно. Ну а то, что у некоторых от радости мозги заклинило, и они не представились в первую очередь — то кто же им доктор?
— Это ты меня прости, я сразу должна была сказать… — на большее меня не хватило, горло опять сдавил спазм. Ну кто бы знал, что окажусь такой чувствительной.
— Да мы оба хороши, — кажется, он улыбается. Причем совсем не так, как до этого в Храме. Бр-р-р-р, как вспомню, так вздрогну. Не дай боже такое еще раз увидеть.
— Угу, думаем явно не головой, а другой частью тела, — похоже, наконец-то отпустило. Поскольку смогла, наконец, поднять голову и посмотреть ему в лицо. Светлые дорожки на запыленной коже заставили сердце тревожно сжаться — как только он меня еще терпит? Не думаю, что кто-то еще настолько выбивал из колеи этого темного. — Я вернулась.
— Я рад, — он сгреб меня в охапку и поцеловал. Как там в рекламе говорится — и пусть весь мир подождет?..