Два сердца столицы
Шрифт:
– Интересно, им нравится их новая жизнь. Обожаю собак, это лучшие существа, хорошо, что они живы, – размышляла вслух Юля, почесывая Бродяг за ухом.
Все районные собаки, завидев фигуру девушки или услышав её голос, мчались к ней навстречу, радостно виляя хвостами…
Несколько дней назад:
Добравшись без происшествий до аэропорта, вечер Юля провела как обычно, сидя на полу в ангаре, скрестив ноги, поедая кукурузные палочки и разглядывая свой автомобиль. За столько месяцев разлуки она, как истинный интроверт, соскучилась по нему. Стёпа лежал рядом и грыз косточку.
–
– Завтра надо ехать за успокоительными на медецинский склад. Панические атаки вернулись, – сказала она лежащему рядом Степе. Тот поднял на неё свои глаза и подошел поближе, положив голову ей на колени. Просидев еще несколько часов, дождавшись, когда ночь опустится на город, они вернулись в свой Боинг.
В эту ночь она снова плохо спала, её мучали приливы то жары, то холода, высокий пульс, паническая атака никак не отступала. После совершенного убийства девушка совсем не хотела покидать аэропорт, боясь встреч с охотниками. Каждую ночь её мучали кошмары, как Ворон поднимается с земли с ножом в спине и кричит: «Я найду тебя». Сценарий сна менялся, но фраза была неизменной.
Утром она сидела скрестив ноги на взлетно-посадочной полосе и смотрела на боинг, на фоне восходящего солнце, Стёпа лежал рядом. Состояние девушки были разбитое, она никак не могла выспаться и прийти в себя.
– Думаю именно так выглядит и ощущается посттравматический синдром. Убила я его, потому что он создал опасность для меня. Я защищалась! В условиях нынешней ситуации я все сделала правильно. Надо съездить на фармацевтический склад и найти таблетки атаракса, раньше мне их выписывали… Интересно, в городе можно увидеть зелёный луч восходящего солнца? – сказала она вслух, постоянно меняя темы своих размышлений…
Не далеко от аэропорта находится огромный фармацевтический ангар, там есть бинты, любые таблетки, шприцы, вообще все. Юля была там уже несколько раз, брала оттуда пластыри, спирт и обезболивающее, на всякий случай. В этот раз она оставила Степу в своем убежище, тот и сам не желал покидать их дом, видимо из-за пережитого стресса в последнюю вылазки…
Утро было серым, моросил дождь, но температура воздуха сохранялась в районе 15 градусов. В качестве средства самозащиты она взяла из мастерской молоток,надела на свои брюки пояс монтажника и повесила держатель для молотка, поверх топа нацепила оверсайз зиппер. Натянув на лицо балаклаву и посмотрев на свое отражение, вздохнула и сказала:
– Мир меняется, сказали бы мне два года назад, что я останусь единственной выжившей и ещё буду бороться за свою жизнь с какими-то костюмированными бойцами, ни за что бы не поверила. Да и кто бы поверил?!
– Она чмокнула лежащего на постели Степу и покинула частный борт «Борхан»…
Юля ехала на электрокаре, который нашла вблизи аэропорта, по трассе, ведущей к складу, следила за обстановкой по боковым зеркалам. Наверно, девушка ещё долго бы не выбиралась из своего укрытия, но она чувствовала, что ей срочно нужны эти таблетки. Ей нужно научиться выживать в новом мире, но на данный момент без помощи лекарств она не справлялась.
– Знаете в чем плюсы и минусы пережить апокалипсис? Плюсы-людей нет, минусы-их
– Если бы я не убила Ворона, он бы убил синеглазку, значит я спасла его. Выбора-то не было, все равно нужно было жертвовать чьей-то жизнью. Хотя этот синеглазка тоже очень подозрительный, – продолжала рассуждать она вслух.
Подъехав к складским помещениям и припарковав машину, девушка огляделась по сторонам, убеждаясь что никого нет. Она испытывала внутреннюю тревогу, у неё снова начался тремор рук и она натянула рукава зиппера на пальцы и подошла к двери. Дверь со скрипом открылась, девушка подождала, снова убеждаясь, что никого нет и никто её не слышал. Стояла тишина.
Она медленно передвигалась, рассматривая высокие стеллажи, заставленные коробками с лекарствами и перешагивала через опрокинутые вещи. Вдруг она услышала глухой скрип за стеллажом рядом с ней, Юля резко замерла, её рука автоматически потянулась к молотку. Она продолжила медленно двигаться вдоль стеллажа, как ей казалось, по звуку, кто-то с другой стороны тоже шел параллельно ей. Выйдя в проход, девушка замахнулась молотком, а на неё было наставлено оружие. Парень также как и она был в балаклаве. Он увидев девушку, резко стянул балаклаву.
– Тихо! Это я, – сказал он, опуская пистолет.
– Псих придуроШный, – сказала Юля и прошла мимо, пытаясь успокоиться и сбить свой зашкаливающий пульс.
– Я Егор, малыш, – парень засунул балаклаву в карман своего зиппера.
Юля спрятала молоток за спину и прошла вперед.
– Где твоя собачонка? – спросил парень и последовал за ней.
– Дома.
Поняв, что про свое укрытие она ему ничего не расскажет, он оглядел ее сверху вниз и сказал:
– Молоток хуйня. Тебе надо иметь при себе перцовый баллончик и уметь быстро бегать. Выбить из твоих рук молоток-секундное дело. Ты быстро бегаешь? – спросил он, облокатившись на угол стеллажа.
Юля напряглась и посмотрела на него, размышляя о том, что он псих:
– А ты? – спросила она.
– Лан, потом зачекаем твои навыки в беге, – пробурчал он, разглядывая коробку какого-то лекарства и возвращая её на место.
Девушка села на корточки и начала вытаскивать из ящика упаковки Атаракса. Парень пригляделся.
– Панички ебашат? – спросил он.
– Ага.
– После того как ты этого уебана прирезала? Малыш забей, ты все правильно сделала.
Юля взяла упаковок 50.
– Давай синеглазка, пока! – и направилась к выходу.
– Нам надо держаться вместе, – он схватил её за плечо и взглянул в глаза.
– Я люблю быть одна. А ты очень подозрительный, – девушка выхватила руку и покинула амбар. Парень прикусил губу.
Выйдя из помещение, она увидела, что Егор что-то ищет на нижних полках, а его ламба стоит за углом. Девушка взвесила все за и против и проглотив таблетку атаракса завернула за угол. Ключи от ламбы лежали внутри, она как можно тише открыла дверь и села за руль.