Два Ричарда

Кривенец Алина Вадимовна

У входа в агентство три голубые ели. На Рождество и Новый год мы украшали их легкими стеклянными шарами, имбирными пряниками и ярко-желтыми гирляндами. Я решила, что в моей компании Рождество и Новый год всегда будут праздниками особенными, поэтому сделала традицию: каждый год сотрудники дарят друг другу подарки и пишут записки с благодарностями. Это делало наш коллектив дружным, а менеджеров – счастливыми.

Три года назад я впервые переступила порог этого здания. Вход был между булочной и страховой компанией. О моем турагентстве еще не знал никто. О том, что я собираюсь открыть туристическое агентство, не знали даже родные. Они бы отговаривали. Тогда только от меня самой зависело: сделать решающий шаг или нет. На банковском счету – всего десять тысяч, восемь из которых я сразу вложила в ремонт офиса. Это был риск. Большой риск и вопрос везения. Мне по-крупному повезло. Уже в первый месяц запуска агентства я заключила самостоятельно

больше десяти сделок. На второй месяц появились первые сотрудники: сексуальная Силия и мастер продаж Джесси. Каждый делал свое дело, а количество клиентов росло. Уже через полгода в моей команде было десять человек. Я гордилась каждым и обучала лично каждого. Мне было важно, чтобы они так же, как и я, горели тем, чем занимаются. Мой огонь зажегся во время свадебного путешествия в Париж. Муж купил тур и с гордостью вручил мне на пятый день после нашей помолвки. Это был его первый и последний подарок, если не считать двух букетов цветов: один на мое двадцатисемилетие и второй – в день нашей свадьбы. Париж покорил, проник в мой мозг, душу и сердце. Гуляя улочками этого круассанного города, мне казалось, что нет прекраснее места на земле. Все было каким-то необычным, романтичным, пропитанным историей от брусчатки – до стен серого и шоколадного цвета. С тех пор я начала думать об открытии собственного туристического агентства, чтобы дарить людям радость, которую испытала сама за пять дней, проведенных в Париже. Многие говорят: «Париж – это серость. Ничего интересного». И таким людям мне хочется ответить: «Откройте глаза шире! А лучше – откройте душу». Именно в закрытости души вся проблема. Сначала я думала об открытии собственного турагентства. Спустя полгода мои мысли перешли в настоящую зависимость. Я начала изучать туристический бизнес изнутри и снаружи. Посетила более двадцати агентств в качестве любопытного туриста и всякий раз отмечала для себя нюансы каждого их них. Где-то был шикарный интерьер. Где-то поили клиентов шампанским и угощали пышными профитролями, а где-то менеджеры влюбляли в себя и свои рассказы о стране с первой встречи. Мой муж ничего не хотел слышать об открытии турагентства. Он смеялся. Считал эту идею абсолютным бредом и просил перестать думать о собственном бизнесе. Он считал, что бизнес – дело рук мужчины, но никак не женщины. Если бы он сейчас переступил порог моего агентства, забрал бы свои слова обратно. Но он ничего не знает о моем агентстве.

Paradise. Над дверью весела табличка с названием агентства. Название придумала я. Да, обычное. Да, до оскомы банальное. Такое простое и неоригинальное. Но для меня важно было другое – высокий уровень сервиса, который я и мои сотрудники сможем предложить каждому, кто переступит этот порог. У нас было удачное расположении на одной из центральных улиц и это сыграло решающую роль. Наши клиенты не всегда могут вспомнить название агентства, но они никогда не забывают имена менеджеров, которые помогли им организовать путешествие мечты. Они всегда знали, что Джессика – лучший менеджер по подбору туров в Европу, а Силия – это шикарный бюст и лучшие туры в Азию. И так с каждым из менеджеров, которые стали частью моей туристической семьи.

Я любила приходить в офис первой. Могла подолгу рассматривать туристические буклеты на своем столе (и ничего, что лежат здесь уже месяц и смотрю на них каждый день). Нравилось разглядывать стены, где висела огромная карта мира, а в ней – разноцветные шпильки указывали географию нашей работы. Мы практически охватили весь мир! И осознание одной лишь этой мысли давало ощущение гордости за себя и свою команду.

Мой кабинет в самом конце. Прозрачные стеклянные стены позволяли быть всегда открытой и доступной для каждого менеджера. Я хотела видеть, как растет мое агентство и как улыбаются клиенты, когда, приходя к нам, получают то, что хотели. Я сбросила туфли и мягко провалилась в кожаное кресло. Туфли на шпильке – это эффектно, но не практично. Именно поэтому, находясь за рабочим столом, они всегда лежали рядом.

– Рич, – я набрала Ричарда, забросила голые стопы на стол и сказала шепотом, будто в пустом офисе кто-то мог меня услышать. – Я хочу тебя, Рич.

– Эми, терпение, – он улыбался. – Сегодня вечером будет все, как ты захочешь.

– Ричард, – я начинала сердиться.

– Да?

– Но ты не ответил, что тоже хочешь меня!

– Эми, – он протянул мое имя, как часто это делал, когда считал, что я говорю глупости. – Эми, если я этого не сказал, это не значит, что я тебя не хочу.

– Ладно, Рич. Ладно. До вечера. – Я первая прекратила разговор.

Обида. Я обижалась на Ричарда, хотя прекрасно понимала, что – да! Конечно! Он хочет меня сильно, но просто не говорит об этом так откровенно, как я. Он обычно сдержан в своих эмоциях и высказываниях. Я никогда не слышала от него: «дорогая», «любимая». Никогда. И это опять возвращало меня к мысли, что наши

с ним отношения – это никакие, на самом деле, не отношения. Это самое обычное общение по интересам, приправленное приятным сексом. У меня никогда не возникало мысли выйти за него замуж. Я даже боялась, что он может сделать предложение. Маловероятно. Но вдруг? Мне все время казалось, что есть два варианта: или найдется другой, но именно мой мужчина, или я останусь одна, о чем не буду жалеть ни минуты, так как нахожусь в полной гармонии с собой. Первый вариант мне нравился больше.

Щелкнул замок. Я быстро вскочила на босые стопы, мгновенно перевернула пальцами ног шпильки, «прыгнула» в них и вышла из кабинета. Это был Алекс, один из новых перспективных сотрудников.

– Алекс? Ты почему так рано? Рабочий день начнется через полтора часа.

– Я знал, что вы здесь, Эми.

– Да, но рабочий день….

Он не дал мне договорить.

– Я хочу начинать рабочий день так же рано, как и вы. Мне это нравится.

Он подошел к своему столу, сбросил с плеча сумку, взялся обеими руками за спинку стула и молча смотрел на меня. Так длилось несколько секунд. И это было впервые, чтобы кто-либо из сотрудников пришел так рано. Но все знали, что я часто прихожу в это время.

– Алекс. Что? – меня смущал этот взгляд и одновременно вызывал умиление. Я улыбалась.

– Ничего, Эми. – Он был серьезным, а во взгляде читалась решительность сделать что-то большее, но одновременно что-то останавливало.

– Алекс, вы как-то странно на меня смотрите. С вами все в порядке? Если хотите мне что-то сказать или что-то беспокоит в работе – говорите. Вы же знаете, я всегда открыта к общению.

– Кофе будете? – он резко схватил темно-синюю чашку на столе и отправился на кухню. Наша кухня также находилась за прозрачной стенкой. Он делал кофе и продолжал смотреть на меня.

– Алекс, это уже слишком. – Мое прежнее умиление исчезло. – Если вы захотите поговорить – у себя. Резкий разворот немного «занес» меня в сторону. Пошатнулась.

Я успела ударить шпильками об пол дважды.

– Стойте, Эми!

– Да? – милое молодое лицо Алекса было искажено страхом и неуверенностью.

– Вы мне нравитесь, Эми.

Нерешительный мальчик-подросток мгновенно превратился в уверенного мужчину, гордого тем, что решился на важный, как ему казалось, шаг.

– Алекс, – я снова улыбалась. – Вам сколько лет, напомните?

– Двадцать пять. – Он сделал большой глоток кофе, как делают глоток виски для храбрости.

– Мне тридцать два, Алекс. – Я улыбалась, как улыбается заботливая мать, объясняя своему ребенку что-то важное с искренней неподдельной любовью.

– И что? Это как-то может повлиять на то, что вы мне нравитесь? Нет, Эми. Вы – особенная.

– Выбрось эти мысли из головы, Алекс.

Четыре удара шпильками – и дверь в мой кабинет захлопнулась. Я чувствовала себя как-то неловко. Сейчас хотелось, чтобы стены кабинета были не прозрачными и не обнажали мои эмоции. Села в кресло, повернула его лицом к окну и наблюдала за прохожими. Их становилась все больше и больше. 7:45. Чувствовала, как на моей спине остановился взгляд. Неуверенный и полон решимости одновременно. Смеялась, и чтобы этот Алекс не увидел моего смеха, подставила спину под его пронзающий взгляд. Переключилась на мысли о Ричарде. Сегодня я снова буду с мужчиной, который знает о жизни примерно столько же, сколько и я. А ведь хочу быть с мужчиной, который знает больше. Гораздо больше.

Начало рабочего дня в турагентстве похоже на пробуждение роя ос после долгой зимы. Сперва – кофе и немного болтовни. Я знаю, меня любят обсудить. Прямо сейчас сквозь прозрачные стеклянные стены я видела три пары глаз на себе. Они смеялись, а в перерывах между колкими фразами глотали остывший кофе и снова бросали острые взгляды в мою сторону. Иногда казалось, что все это я сама себе придумала. Никто не обсуждал меня, никто не смотрел и не смеялся. А потом вспоминала, как услышала случайно разговор Силии и Крис. Это был последний час работы. Я ушла раньше, но вернулась за зонтом. Остановилась у порога и застыла в изумлении. Силия говорила о том, какая же я правильная и скучная, и что именно поэтому мой муж бросил меня. А ведь они не знали, что ушла от него я. Крис соглашалась и добавила, что это турагентство открыто за деньги какого-то любовника, и что просто так разведенной и скучной девушке не построить бизнес. Не знаю почему, но это меня не удивило и не обидело. В чем-то они были правы. Да, действительно, я часто казалась даже сама себе скучной и уж точно была слишком правильной. После подслушанного разговора кое-что изменилось. Три раза я приходила на работу в мини-юбке и была довольна собой. А еще через две недели после этого разговора я познакомилась с Ричардом. Теперь у меня есть мужчина, мысль о браке с которым заставляет меня волноваться. Теперь у меня есть большое желание совершать глупости, и самые дикие мои глупости еще впереди.