Два пути

Коншин Данила Владимирович

Поговорить бы с ним откровенно. Признаться, объяснить, что со мной происходит, сделать всё для того, чтобы переключить его внимание на себя. Попросту соблазнить, да. Не любит сейчас - полюбит в будущем. В конце концов, я и знаю его лучше, чем Рё, знаю, за что надо дёргать и куда тыкать.

Попрошу Рё пригласить его сюда сегодня вечером. Даже повод не нужен - больная девушка хочет увидеться с другом, живо подайте его сюда. Поговорить, забросить пару удочек, посмотреть на реакцию. Можно даже в присутствии Рё, так будет даже интереснее.

Возвращайтесь

уже скорее.

Рё зашла ко мне сразу, как вернулась - и без Томои.

– До семи подработка, говоришь?
– я взглянула на часы. Ох, ну блин, чего ж так долго-то.

– Да уж, придётся теперь так.
– вздохнула Рё, садясь на кровать и едва не придавив мне ноги.
– Вот, держи домашнее задание, Кавасари-сан поделилась. И Сакагами-сан сказала, что всё в порядке, она сама сходит. Пожелали тебе скорейшего выздоровления.

– Ну это уже как мама посмотрит.
– проворчала я, пролистывая тетрадь с заданиями. Так, похоже, не так много, успею сделать. Но всё равно один учебный день уже в труху, а ведь экзамены впереди, пусть сейчас ещё только начало года.

– Попробую её уговорить, Кё, если ты в самом деле хорошо себя чувствуешь.
– пообещала Рё.
– Но ты уверена, что если завтра в школу пойдёшь, то всё будет в порядке?

– Скорее свихнусь от этого ничегонеделания. По комнате пройтись нельзя, блин.
– я активно зашевелила ногами под одеялом.
– Ела, лежала, даже не бегала, килограмм набрала точно. Даже вместо туалета горшок принесли - кстати, аккуратнее, он как раз где-то у твоих ног стоял.

– Ага, я вижу.
– Рё покосилась вниз.
– Ладно, сейчас принесу тебе чаю и поговорю с мамой.

– Спасибо. Да, Томоя появится - турни его ко мне.

– Зачем?

– Что значит "зачем"? Этот паршивец утром не зашёл проведать и как следует пожалеть. Так и скажи, что я жду его утешений и подарка какого-нибудь. Раз работает, значит, деньги водятся, значит, подарок должен быть готов.

– Кё, ты точно нездорова.
– заключила попытавшаяся в ехидство сестрёнка.
– Скажу ему, как придёт. Но ты хотя бы оденься, а то он сразу и уйдёт.
– она скользнула взглядом по полуголой мне. А ведь да, с него станется. Да и спокойнее будет.

– В семь и оденусь .
– я откинулась на подушку.
– А так лишь вспотею под этим одеялом. Давай, неси мне еду, верная слуга.

– Слушаюсь, капитан.
– она вышла из комнаты, улыбаясь.

Когда Томоя наконец соизволил прийти и заглянуть ко мне, то заодно принёс и суп в качестве ужина.

– Считай это подарком.
– сказал он, опуская поднос на кровать. Я недовольно заворчала - горячо даже сквозь одеяло, блин.

– А я считал, что у тебя будет какая-то другая комната.
– Томоя стал осматриваться.
– Тут даже вещи так же расположены.

– Когда родители нам комнаты обделывали, они рассудили, что раз близняшки,

то и нечего думать над планировкой, как у одной, так и у другой.
– я медленно стала хлебать суп.
– А нам без разницы. Потом уже более-менее разнообразились - я себе кровать двуспальную вытребовала, Рё зеркало, всё такое.

– А почему двуспальную?
– недоумённо спросил Томоя.

– На будущее.
– папа, когда услышал этот ответ, заржал и больше вопросов не задавал. Томоя же уставился на кровать и что-то прошептал про себя.

– Как работа?
– несколько разочарованно спросила я.

– Больше стоял и смотрел, чем что-то делал.
– ответил он.
– И получил кучу книжек изучать, Рё на них уже растерянно смотрит. Кстати, встретил Томоё, она просила передать, что там в булочную продавец нужен, и без него никак.

– Ха?
– в смысле, продавец нужен?
– Ты имеешь в виду, кто работать будет в школьной точке?

– Может.
– равнодушно сказал Томоя. Если так, то это и впрямь интересный вопрос, обдумаю до конца дня.

– Притащи мне часть своих книжек, хоть развлекусь.
– добавила я.
– Кем работаешь-то?

– Электриком.

– Да ладно?

– А что, ты ожидала дворника?
– усмехнулся Томоя.

– Нет, но...
– как-то не успела погадать, кем именно он мог устроиться.
– Минутку, когда ты маме сказал, что хочешь электриком быть, то уже знал?

– Я рассчитывал на это.
– ответил он. Ох... неужели Рё права, и те деньги он действительно сам заработал? Думала ведь, что отложил или реально у отца взял. Стыдно-то как.

– Ну, молодец, что ещё сказать.
– я указала на него ложкой.
– Давай так дальше, и Рё вообще на тебя молиться будет.

– Кё.
– тихо сказал он.
– Ты сейчас в порядке?

– Да, а что?
– встревожилась я.

– Просто...
– Томоя что-то совсем не свой. Он взял от стола стул, вытащил его на середину комнаты, сел лицом ко мне, опёрся на спинку и лишь тогда сказал:

– Кё, ты ведь влюблена в меня?

Ложка булькнулась в суп. Всё это время я старалась не смотреть на него напрямую, но сейчас мне пришлось - и ответ был очевиден.

– Да.

– Как давно?
– он опустил глаза.

– Не знаю. Может, с самого начала, просто осознала не сразу.

– И почему тогда уступала Рё?

– Были причины.
– только и ответила я, и мы оба замолчали.

– Томоя...
– наконец мне пришлось нарушить тишину.
– я... намерена сражаться за тебя с Рё.

Он вздрогнул и недоверчиво уставился на меня, так что тут же отвела глаза.

– У меня просто не выходит забыть тебя.
– я подобрала ложку и окунула её в суп.
– Сколько бы ты не сближался с Рё, это словно заводило меня ещё сильнее. А после... того, что случилось в понедельник, окончательно поняла, что не смогу перестать любить тебя. А раз так, то буду сражаться за свою любовь.