Два маленьких обмана
Шрифт:
– Нам, привыкшим к средиземноморскому теплу, кажется, что смертельный холод стоит уже несколько недель, – поежилась Вивиана. – А куда уехал мистер Херндон?
– С Куином в Лондон, – ответила Элис. – За специальным разрешением и купить у Хетарда рождественские подарки. Между прочим, я попросила Куина привезти вещи и для ваших детей.
– Вам не следовало этого делать, Элис, – укоризненно произнесла Вивиана. – Вы вмешиваетесь в дела, которых не понимаете.
Элис швырнула свое шитье в плетеную корзинку.
– О, думаю, я прекрасно
– А что это за вылазка?
– Наша вылазка в лес за рождественской зеленью, если, конечно, Генри вернется, – ответила Элис. – Мы будем полдня бродить по лесу с деревенскими ребятишками. Надеюсь, что дождя не будет. До Рождества осталось всего три дня.
– Скорее всего пойдет снег, – предположила Вивиана, поежившись от этой мысли. – Или дождь со снегом.
– Ну, снег еще ничего, может быть, даже приятно. А вот дождь – нет. К сожалению, небо уже хмурится, а нога Бэшема никогда не ошибается.
На следующее утро Вивиана, встав после еще одной бессонной ночи, увидела, что снега нет, хотя небо оставалось свинцовым и стояла странная тяжелая тишина, словно в ожидании чего-то. Почему-то вдруг возникло ощущение, что над ее головой висит дамоклов меч, готовый вот-вот упасть.
Стало еще хуже, когда во время завтрака пришло сообщение от Элис о том, что джентльмены задержались в Лондоне еще на один день и поход в лес с детьми откладывается. Вивиана едва сумела скрыть свое разочарование. Ей хотелось увидеться с Элис и узнать еще хоть что-нибудь о Куине. Но она отправилась в музыкальную комнату, где провела большую часть дня, наигрывая меланхолические мелодии на арфе.
Мысли о предложении, сделанном Куином, преследовали Вивиану днем и ночью. Было ли это ее наказанием? Просыпаться каждую ночь отзвучавших в ее голове слов своего возлюбленного, с таким волнением произнесенных им? Знать, что если бы она не была лгуньей и обманщицей, то имела бы единственный последний шанс обрести счастье с человеком, которого никогда не переставала любить?
На следующий день Вивиана, выглянув в окно классной комнаты, увидела прибывших на двуколке Элис и Генри Херндона. С ними были еще два больших фургона, в одном из которых сидели деревенские дети. Но радость Вивианы оказалась недолгой. Она вдруг заметила другую гостью, прибывшую вместе с Элис и Генри.
Леди Уинвуд величественно восседала, закутанная во что-то похожее на тяжелое шерстяное одеяло. Ее голову венчала шляпа, украшенная лентами, более подходящая для званого вечера.
Николо и Фелис, собираясь на прогулку, поссорились из-за пары красных варежек, а Серилия долго натягивала на себя пальто. Наконец все трое оделись, и Вивиана, взяв шерстяной шарф, последовала за детьми.
– Вы уверены, миледи, что не хотите, чтобы я поехала? – спросила мисс Хевнер.
Вивиана покачала
– Нет необходимости нам обеим замерзнуть до смерти. Кроме того, я хочу побыть с детьми. Почему бы вам не насладиться несколькими часами одиночества?
Мисс Хевнер довольно улыбнулась.
У дома дети носились вокруг фургонов, стараясь выбрать, с кем и с какой стороны им сесть. Старшие мальчики сидели, свесив ноги, на открытом конце фургона. Серилия с завистью посмотрела на них, а затем протиснулась между ними и устроилась рядом с Лотти, сидевшей в передней части фургона.
– Не желаете присоединиться ко мне, графиня Бергонци? – позвала Вивиану со своей двуколки леди Уинвуд.
Было невозможно вежливо отказаться. Элис уже сидела с мистером Херндоном, управлявшим первым фургоном.
– С удовольствием, – ответила Вивиана, подходя к дверце, которая уже была опущена.
Леди Уинвуд протянула ей руку, помогая сесть. Кучер щелкнул вожжами, и все тронулись вперед.
– Какой приятный сюрприз увидеть вас здесь, мадам, – проговорила Вивиана. – Должно быть, это очень важная деревенская традиция.
– О! – презрительно фыркнула леди Уинвуд. – Я никогда не езжу. Но в этом году моя дочь лишила меня выбора.
Легкий ветерок, набирая силу, приподнимал поля шляпы леди Уинвуд. Вивиана туже затянула шарф, стараясь уберечься от холода.
– Вы... вы здесь ради соблюдения приличий?
– О Господи, конечно, нет! – ответила леди Уинвуд, придерживая рукой шляпу. – Не такая уж я приверженка приличий. Я здесь для того, чтобы показать свое одобрение этого брака. Не хочу, чтобы кто-то думал, будто в нашей семье есть разногласия. Не доставлю никому такого удовольствия.
Вивиана постаралась улыбнуться:
– Уверена, вы поступаете правильно.
Леди Уинвуд свысока посмотрела на Вивиану и усмехнулась:
– Я всегда поступаю правильно. Хочу я этого или нет.
Вдруг, словно вызванный ее ледяными словами, закружился снег. В фургоне, в котором ехали дети, раздались радостные крики.
– Мама! Мама! – тоненьким голоском прокричала Фе-лис. – Neve umida! Снег! Настоящий снег!
Снег был действительно настоящим – тяжелым и мокрым. На дороге он превращался в жидкую грязь, налипал на ветки деревьев и кустарников. Через какое-то время показался домик Уотсонов, и Вивиана увидела, как Люси мечется по двору, сдергивая с кустов и заборов замерзшее белье. При виде повозок она радостно замахала.
Вскоре все подъехали к большому лесу. Мистер Херндон замедлил ход фургона и резко повернул на холм. Ехать пришлось очень медленно, потому что дорога была узкой и скользкой. Над головой не скрипели голые ветви деревьев. В лесу стояла мертвая тишина, нарушаемая лишь дыханием ветра.
– Похоже на заколдованный лес! – воскликнула Сери-лия, вылезая из фургона. – Посмотрите, как снег плавно спускается на землю!
– Разве у вас в Венеции нет снега? – спросила Лотти.