Два маленьких обмана
Шрифт:
– Да, я сломала его, – призналась она. – Выглядит безобразно, правда?
– О нет, мисс! – возразила Люси. – Я думаю, он придает вам...
– Не говори этого! – Вивиана подняла руку. – Прошу тебя!
– Не говорить чего, мисс?
– Что это придает мне характер, – добавила Вивиана. – Per amor di Dio! Я сейчас накричу на тебя, если ты скажешь это.
– Ну ладно. – Люси улыбнулась. – Я не скажу.
– Но ты так думаешь.
Женщины вдруг рассмеялись. Вивиана почувствовала, как нервное
– Что это было, Люси? Просто отвратительно.
Люси только усмехнулась и налила вина еще Вивиане в кружку.
– Я говорила вам, это вино тети Эффи из одуванчиков.
– Одуванчики? Как, эти... мелкие цветочки? И никаких фруктов?
Люси покачала головой и пояснила:
– Только цветочные головки с водой, дрожжами и сахаром. И еще апельсиновый и лимонный сок.
Вивиана сочла это ужасающим, но в то же время удивительно смешным. Она понюхала вино и отодвинула кружку в сторону.
– Нет, больше не могу. Люси снова улыбнулась:
– По крайней мере ваш нос все еще чувствует, мисс. Ничего серьезнее не случилось?
– Нет, – тихо ответила Вивиана. – Не случилось.
Но это было неправдой. Случившееся принесло ей страдания.
Люси по-прежнему пристально смотрела Вивиане в лицо.
– Что же случилось с вашим носом, мисс? Это был несчастный случай?
Вероятно, Вивиана выпила немного больше этого странного одуванчикового вина, чем следовало бы. А ей так надоело притворяться, что это был счастливый брак.
– Это зависит от того, что ты считаешь несчастным случаем, – ответила она.
По выражению лица Люси Вивиана поняла, что сказала лишнее. Она не желала и не заслуживала чьего-либо сочувствия. Даже Люси.
– Это был ваш муж, мисс? – осторожно спросила Люси. – Джианпьеро? Если он, то я рада слышать, что он умер.
Вивиана ничего не ответила, а только пододвинула стул ближе к столу.
– Люси, я хочу кое-что рассказать тебе о моем муже. И после этого не желаю когда-либо еще снова говорить об этом.
– Как пожелаете, мисс, – ответила Люси. – Я не из тех, кто лезет не в свое дело, надеюсь, вы это знаете.
Но Вивиана была не права, оставляя это дело на долгие годы без объяснений. Люси была хорошей и достойной доверия служанкой... другом. Если бы она была болтлива, то она давным-давно рассказала бы все, что знала.
– Джианпьеро был патроном моего отца, Люси, – начала Вивиана. – Ты знаешь, что это значит?
Люси согласно кивнула.
– Он деньгами поддерживал осуществление творческих планов моего отца, – продолжала Вивиана. – Он имел огромное влияние в Венеции, как и во всей Европе. В мире оперы Джианпьеро решал, кому есть, а кому голодать. Ты понимаешь?
– Это как управляющий или дворецкий? –
– Что-то в этом роде. Мы жили на вилле на краю его имения. Со временем Джианпьеро начал оказывать мне особое внимание. Он... он дал понять, что желает сделать меня своей любовницей. Я была в ужасе, как и мой отец. Это создало трещину в отношениях Джианпьеро и отца.
– О, похоже, он был тухлым яйцом, мисс, – сердито заметила Люси.
– Тухлым яйцом? – переспросила Вивиана.
– Это такое выражение, мисс, – пояснила Люси. – Он был отвратительным типом.
– Отвратительным, да. Он мог быть таким. И в то же время он, если бы захотел, мог бы очаровывать даже птиц, и они слетались бы к нему. Но мой отец оберегал меня. Когда Джианпьеро начал требовать, чтобы я ответила на его... его чувства, отец отослал меня и попросил лорда Чесли помочь мне найти место в английской опере.
Люси снова кивнула.
– И вот тогда вы и пришли ко мне, – сказала она. – Я всегда знала, мисс, что вы чем-то угнетены.
– Да, Джианпьеро страшно рассердился. Как только он узнал, что я уехала, он попытался разорить отца, но папа проявил упорство. Наконец, спустя много месяцев, они вроде бы помирились. Джианпьеро предложил брак. Папа предоставил право решать мне.
– Да, и это, кажется, было наилучшим выходом. Не так ли, мисс?
– Это позволило моему отцу вернуться к любимой работе, – ответила Вивиана. – Я вернулась домой и сказала Джианпьеро, что жду ребенка. Я думала, что так или иначе, сказав правду, я покончу с этим.
– Но сказали ли вы ему о лорде Уинвуде, мисс?
– Я лишь сказала, что это был богатый англичанин, – тихо проговорила Вивиана. – Джианпьеро пришел в ярость, однако все же женился на мне. А теперь он мертв, поэтому я не вижу смысла жить прошлым. Или я не права?
– Все же мне жаль ваших детей, мисс, – заметила Люси. – Мои малышки так любят своего отца.
– Мои дочери редко видели Джианпьеро, – равнодушным тоном проговорила Вивиана. – Он не любил детей.
– Но он заботился о ребенке, которого вы носили. Он выполнял условия сделки, по крайней мере таким образом.
Вивиана заколебалась.
– В конце – да. Люси приподняла бровь:
– Что вы имеете в виду, мисс, сказав «в конце»?
Вивиана сглотнула и оглядела чистенькую кладовку, мысленно удивляясь тому, что произнесла вслух. Но Люси была единственным человеком, который знал правду, а Вивиана могла бы сойти с ума, если бы продолжала держать все это в себе.
– Как только мы произнесли наши свадебные обеты, Люси, он отослал меня на виллу на юге Франции. И там он мне сказал, что, если родится мальчик, он откажется от него и оставит на воспитание монахиням.