Два дурака на чемодан алмазов

Вообще, эта длинная-предлинная история началась в один из осенних вечеров. Обычных, холодных, ветреных. Облупленные дома, с кое-где обвалившейся штукатуркой, подставляли свои, ещё советские, бока порывистому ветру. Краска на стенах где просто уже давно слиняла, где откровенно отставала целыми пластами, медленно но верно обнажая голый бетон панелей.

Поднявшийся ветер гонял по улицам пыль и забытый мусор, который здесь просто некому было убирать. То ли в бюджете города просто кончились

деньги, то ли их элементарно украли, но дворников на весь город очень сильно не хватало. Подметались только центральная улица, и площади, прилегающие к мэрии.

С серого, низкого неба начинала сыпаться, обычная в это время года, холодная водяная пыль. Эдакое подобие дождичка. Впрочем, это подобие уже мылилось перерасти в нормальный унылый осенний дождь.

Капли оседали на опавших листьях, на сером бетоне домов, на людях, спешащих по своим делам, делая всё вокруг ещё более мрачным и грустным.

Словом, обычная такая картина города, экономически депрессивного района страны. Впрочем, где сейчас не «депрессивный район»? Доведённая до ручки экономика страны то агонизировала, загнанная непосильным бременем налогов, то бросалась в горячку, подстёгиваемая грозными окриками начальства. Но все эти судороги тонули в ставшей уже обычным явлением для страны, тотальной коррупции и имитации кипучей деятельности со стороны бюрократии.

Вот такая «картина маслом». Так сказать, интерьер, в котором и разыгралась трагикомедия, которую я собираюсь рассказать.

«А что собственно, за герои есть в наличии?» — спросит дотошный читатель, уставший от длинного перечисления привычных бед…

А вот один из них. Первый.

Спешит домой согнувшись под мелким дождичком, под сырым ветром задувшим с моря. Тот, который в чёрной шапочке натянутой по самые глаза, пятнистой куртке и сумке через плечо. Серые брюки, заправленные в берцы, сильно заляпаны грязью, но он ничего не замечает, так как уже давно смирился с этим обстоятельством. Грязь, грязь, грязь вокруг… И если вообще по городу пока сухо, то… Ну вы сами понимаете, что в наших временах грязь везде найдётся. В немереных количествах. Даже там, где её вообще быть не должно.

Зовут этого героя Василий. Впрочем, то, что он герой, Василий даже не подозревает. Тем более, что сейчас он страшно зол. На коллег.

С одной стороны, чего на них злиться? Ну, не согласны они с очередной «завиральной» теорией «нашего ботана», и что?

Но Васе обидно. Ведь как всё чётко получалось в уравнениях. Р-р-раз! И вывод! Шикарная система уравнений. И с какими же ещё последствиями!

Но всё это потонуло в беззлобном, снисходительном подтрунивании, и придирках к несущественному.

Ах да! Забыл сказать где наш герой работает. А работает он в филиале Университета.

Ога. Именно университета.

Готовит тот «универ» всяких манагеров, учителей, ну и слегка программистов. А раз так, то при этом филиале есть целая кафедра математики. На которой, естественно, обретается наш герой. Конечно, о конторе, в которой он работает, слова доброго сказать не стоит, но Василий пока что работает и получает свои гроши. Да ещё и пытается

«что-то эдакое» сбацать. Чтобы написать что-то поболее кандидатской.

К слову. Кандидатскую наш герой защитил пару лет назад. И выложил за это «удовольствие» целых сорок тысяч рублей. Работа была стоящая. Но как сказали коллеги, заставшие ещё Советский Союз — «Работа для Страны, но не для России».

«Это в те времена, за такие работы платили деньги, и ценили их. — цинично замечали они. — Теперь же, для того, чтобы что-то полезное и доброе сделать для страны, нужно ей основательно за это заплатить».

Одно хорошо, что после кандидатской, он получил возможность работать в этом «филиале». Всё одно лучше, чем торговать носками на лотке у барыги.

Как он слышал, там обманывали и грабили работников-реализаторов, нещадно. А тут — хоть какая-то респектабельность. Да и ценят его здесь. Немного платят, так хоть не обманывают.

Но, похоже, с дальнейшим ростом тут наметился изрядный затык. Его работы ни стране, ни ещё кому-то и нафиг не нужны. А просто так копить публикации, оно как-то «не комильфо»…

Вот с такими грустными мыслями, Василий спешил домой посыпаемый сверху дождём, а в спину матом бомжа алкоголика, которому он ничего не дал «на хлеб». Да просто он его даже не заметил. И мата вслед — тоже.

Впереди замаячил родной подъезд дома. Оставалось только пройти и открыть дверь… как тут она с грохотом открылась сама и из неё пулей вылетел некий балбес сопровождаемый отборнейшим матом… Причём, что было хорошо видно, вылетел балбес не по своей воле, а по причине заранее и очень хорошо приданного ускорения. Плюхнувшись пузом на асфальт, приложившись, вдобавок ещё и мордой, «летун» с трудом поднялся на четвереньки. Но тут его догнали.

Точнее догнал.

Из дверей выскользнул мужик. Не среднего роста. И, что характерно, по комплекции сильно похожий на нашего ПЕРВОГО героя. Впрочем и лицом тоже.

Кстати, знакомьтесь! Это брат нашего героя. Как бы герой-два. Зовут Григорий. Бывший десантник, и бывший же член «элитного» подразделения. Разогнанного. Почему разогнали, Григорий не любил распространяться. Но по тому, что он иногда говорил — какая-то фигня была с начальством. Оно что-то накосячило, а отвечать пришлось рядовым.

Двигался Григорий, как-то по кошачьи. Мягко. Но очень быстро. Подбежал к упавшему, рывком поднял балбеса за воротник крепкой кожаной куртки, в которую был одет «пострадавший», поставил его на ноги. И дальше, без лишних слов врезал ему в подбородок.

После такого «предъявления», балбес лежал долго. Но когда прочухался, тут же изъявил живейшее желание убраться подальше.

— А если ещё раз к нам сцуко, придёшь, ссать в подъезде — глаза на ж. у натяну! Свинтус… — кинул Григорий вслед улепётывающему.

Григорий проследил как «свинтус», нетвёрдой походкой удирает со двора и обернулся к Василию.

— Ты представляешь! — возмущённо начал он выговаривать брату. — Захожу в подъезд а он тут сцыт!

Может лучше было в ментярню сдать? — неуверенно спросил Василий. На что Григорий отмахнулся.