Душа терний
Шрифт:
Зачем держать меня в плену?
— Почему просто не убьёшь меня?
— Твоя смерть когда-то была выгодна нам, да. Но, к несчастью для тебя, мой маленький питомец, я нашла тебе применение получше.
Лезвие прижимается к моей спине, прорезая кожаную одежду и разрывая мою кожу. Я мычу от боли и извиваюсь, но всё тщетно. Лезвие оставляет неглубокий порез.
Силуэт движется в темноте. Моё дыхание прерывается. Что она такое?
— Мне нравится наблюдать за чужой болью. Но продление твоих страданий — это ещё
Я кривлю губы.
— Твоя суженая только что прошла Болото.
Кейлин жива? В моём сердце вспыхивает надежда, но тут же угасает. Я здесь, и это лишь вопрос времени, когда они доберутся и до неё тоже. Она сама говорила, что если меня схватит, она тут же прибежит за мной.
Дерево завибрировало за мной, мурча, как довольный котёнок.
Мы должны были сражаться вместе. Мы могли…
— Думаешь, у вас был шанс выстоять против меня, глупое дитя? Наивный щеночек. Даже вместе вам не одолеть меня. В этой битве вы не смогли бы победить.
Голос уходит в сторону, и поток прохладного воздуха касается моей щеки.
Я выдыхаю, лёгкие горят. Кейлин ещё жива, но может погибнуть в любой момент. И если она умрёт, чудовища проиграют. Скорбь вновь накрывает меня. Как же глупо было надеяться, что я смогу спасти её. Упрямый дурак.
— Действительно дурак, — от этого мощного голоса меня накрывает волна ужаса. — А ты думал, победить будет легко? Смерть твоей пары станет только началом, мой питомец.
Громадная согнутая фигура передвигается на другую сторону.
— Насколько ты верен, щенок? — выдыхает она напротив моей шеи. — Мне интересно. Ты поклялся защитить мир. Что ты выберешь: поставить жизнь своей истинной превыше долга? Или позволишь ей пережить худший кошмар в попытке спасти тебя в очередной раз? Что ты сделаешь, щеночек, когда мои когти войдут в её тело, как нож в масло?
Агония терзает меня, по мышцам проходит судорога, стоит мне представить, как больно будет Кейлин.
— Сможешь слушать её вопли, чтобы сохранить свою честь? Или сделаешь всё, что я скажу, чтобы спасти её?
— Где она? — рычу я, дёргая жёсткие корни, сковавшие мой торс.
— Хочешь посмотреть? Это довольно печальное зрелище, предупреждаю сразу. Но я могла бы оказать тебе эту маленькую услугу.
Перед глазами появился пейзаж. Болото. Я высоко над слегка поблескивающей водой.
Тени появляются и исчезают, постепенно переходя от одного края болота к другому. Раз, второй, третий…
Она прыгает через тени?
— Я всегда восхищалась этой способностью. Конечно, она так может только благодаря моему истинному. Он дал ей силу. И скоро эта сила станет нашей.
Кейлин падает на берегу на ладони и колени, кровь брызжет во все стороны. У меня сжимается сердце. Я не знаю, настоящее ли это видение, но моя душа разрывается в тревоге за неё. Держись,
— Ты видишь это, мой питомец?
Я вздрагиваю, когда острый коготь касается моей щеки. Я всё ещё вижу перед собой болото — видение, которое Вселяющая Ужас послала мне. Я даже не уверен, правда ли это…
— Твоя суженая умирает. Будешь и дальше смотреть, как силы постепенно покидают её? Это так мучительно медленно… — протягивает существо, проводя когтем вниз, к моей груди, делая лёгкий надрез. Я чувствую, как тёплая кровь начинает стекать по моей коже, но не вижу ничего, кроме Кейлин.
Картинка меняется, вращаясь вокруг Кейлин, проползшей пару сотен метров через отрубленные конечности.
— Результат моих трудов, — хвастается Вселяющая Ужас. — На дне болота много их — мёртвых тел, нетронутых временем. Идеальная среда для моего искусства.
Тела были разрублены и разбросаны хаотично, в этом нет ни символизма, ни эстетики. Ей просто нравится убивать. Я бы скорее назвал это наукой, чем искусством.
Кейлин отчаянно ползёт дальше, её тело на грани обморока. Она падает в груду тел. «Не сдавайся, — мысленно прошу я. — Борись до конца».
Над ней летит призрак. Я сжимаю руки в кулаки. Он помогает ей или мешает? Не могу понять, переживает ли он за неё или просто преследует свои цели, как считает сама Кейлин.
Она продолжает двигаться вперёд и наконец падает лицом в грязь сразу за чертой, где заканчиваются трупы.
— Она на грани, — ласково шепчет чудовище, в моей груди нарастает отчаяние.
— Если она умрёт, — мой голос звучит хрипло, раздавленно, но в то же время зло. Мстительно. — Вы проиграете.
Взрыв рокочущего хохота в ответ поразил меня. Дерево довольно завибрировало.
— Если бы ты знал, как сильно ты ошибаешься, питомец.
— Что это значит? — выдыхаю я. Не уверен, что с этим существом вообще стоило вести разговоры. Видение могло быть ложным. Слова могли быть уловкой. Но я ничего не могу с собой поделать. Моя израненная душа отчаянно нуждается в ответах.
— Смерть Кейлин действительно помешает снять проклятие. Это так. Но, — ветки сжимают меня так сильно, что я не могу дышать, — есть разница между смертью тела и смертью души.
Ветки ослабляют охватку, и воздух возвращается в мои лёгкие.
— Если она сдастся и решит умереть, сначала погибнет её душа. И моему истинному не составит труда поддерживать жизнь в её теле достаточно долго, чтобы его магия воскресила её. Есть два пути достижения наших целей. Один из них заключается в том, чтобы дать Кейлин мотивацию сделать всё, что мы скажешь. Для этого нужен ты, мой питомец. Она влюблена в тебя. Каким бы жалким ты ни был. Она не раз доказывала, что готова пойти на всё ради тебя. Но это лишь запасной вариант. У меня есть план попроще.