Душа пламени

Сотникова Юлия Олеговна

Глава 13

Сознание возвращалось медленно, урывками. Боль скручивала тело, не давая дышать. Отступала... и снова мучила, заставляя задыхаться от собственных криков. Я находилась во тьме и не могла найти дорогу к свету. Казалось, это продолжается бесконечно, пока, наконец, мне

удалось расслышать ласковый женский голос, уговаривавший бороться и открыть глаза. Странно, но от этого звука становилось почему-то легче. Словно я уже не одна, будто был кто-то, дающий мне силы. Родной и близкий, веривший в меня и готовый в любой момент поддержать. Кем была эта женщина, я не знала, но желание увидеть ее оказалось сильнее окружавшей меня тьмы.

– Ну вот, девочка, все хорошо, - я вновь услышала ее.
– Рик, скажи матери, что она, кажется, очнулась. Быстрее! Как же ты нас напугала, милая, - голос вновь обратился ко мне, и я почувствовала, как кто-то ласково коснулся моих волос.
– Не думала уже, что выкарабкаешься, да, видимо, ошиблась. Такую жажду жизни еще поискать надо.

Кто она такая и о чем вообще говорила? Что за Рик, и почему он должен был кому-то что-то сказать? Я не могла вспомнить ни где находилась, ни кто были эти люди. Проклятье, я даже не могла открыть глаза!

– Кто...
– губы едва шевелились от слабости, а из горла вырвалось еле слышное сипение.
– Кто вы?

– Меня зовут Дора, я жена здешнего старосты, - тут же ответила незнакомка и взяла меня за руку.
– Не разговаривай, девочка, не трать силы понапрасну.

– Как...
– я вновь замолчала, отметив, с каким трудом давалось каждое усилие.
– Я... Где я?

– Ты в моем доме, - голос Доры взволнованно задрожал.
– Тебя прибило к берегу несколько дней назад. Никто тебя раньше не видел, поэтому ни твоего имени, ни того что с тобой произошло нам не известно. Ты что-нибудь помнишь?

Помню? Я устало выдохнула и почувствовала, что вновь погружаюсь в глубины беспамятства.

– Лира...

– Что?
– голос женщины зазвучал приглушенно, словно издалека.

– Меня зовут... Лира...
– все же успела прошептать я.

Еще несколько раз я приходила в сознание на пару минут и все это время слышала возле себя ласковый голос Доры. Казалось, женщина не отходила от меня ни на шаг, хотя, откуда я могла это знать, если все время проводила во тьме. Она словно клубилась вокруг, не давая очнуться. Мешала открыть глаза и вновь вернуться к жизни. А я хотела жить. Мне слишком много нужно было успеть, чтобы я могла позволить себе сдаться и уйти туда, откуда никто не возвращался. Грань порой бывала слишком заманчива.

– Что сказал знахарь?
– раздался рядом голос моей сиделки.

– На ее теле слишком много ран, - тихо ответил какой-то мужчина, - будет чудом, если выживет.

– Но ведь должен же быть способ!
– мне показалось, что Дора... плакала. Странно, неужели она так переживала за меня? Это было приятно.
– А если я...

– Даже думать не смей!
– строго отрезал мужчина.

– Но ведь она совсем молоденькая! Совсем как...
– женщина разрыдалась.

– Прости меня, дейдре, - послышался легкий шорох.
– Прости, - еще раз повторил незнакомец, -

но мы действительно больше ничем не сможем ей помочь.

– Рано же вы меня хороните, - хрипло протянула я и, наконец, с трудом открыла глаза.

Свет на миг ослепил, а когда зрение вернулось, я с любопытством посмотрела на застывшую рядом с кроватью парочку, и отыскала взглядом ту, что не дала мне кануть в забытье. Дора. На сердце потеплело, едва я заглянула в ее зеленые глаза и увидела радостную улыбку на заплаканном лице. Как же она была прекрасна! Невысокая, хрупкая женщина средних лет с поразительно теплым и ласковым взглядом и исходившей от всего ее существа добротой. Я попыталась улыбнуться в ответ.

– Как ты себя чувствуешь?
– она тут же села возле меня и обеспокоено дотронулась до лба.
– Жар, вроде, спал. Что-нибудь болит?

Я на секунду задумалась, попытавшись правильно оценить свое состояние, и только после этого ответила:

– Всё.

– Не удивительно, - хмыкнул мужчина, - да на тебе живого места не осталось. И как угораздило оказаться в открытом море?

Чуть повернув голову, я посмотрела на него. Драйг. Высокий, как любой представитель своего рода, широкоплечий, с копной темно-русых волос, отдававших, при свете льющегося из окна солнца, легкой рыжиной, и пронзительными карими глазами. В нем ощущалась сила, однако что-то подсказало мне, что этот мужчина не был воином. Словно его больше привлекала земля, чем сражения, а домашний очаг был предпочтительнее побед на поле брани.

– Вы староста?
– судя по тому, что я видела, эти двое явно были как-то связаны, мне оставалось лишь сделать логичный вывод.

– Да, - кивнул он и, подойдя к жене, положил руки ей на плечи.
– Мое имя Ольрих, а это Дора, моя жена. Именно она выхаживала тебя все эти дни.

– Знаю, - я благодарно посмотрела на притихшую женщину.
– Спасибо.

– После поблагодаришь, как только на ноги встанешь, - тут же ответила она и, взяв в руки небольшую пиалу, поднесла к моему лицу.
– Выпей, это отвар, он придаст тебе сил.

– Горько, - поморщилась я, выпив все до капли.

– Зато действенно, - наставительно отрезала она.
– А сейчас спи, тебе восстановиться надо, а во сне все заживает куда быстрее.

– Сколько я уже здесь?
– я с тревогой посмотрела сначала на Дору, потом на старосту.
– Сколько?

– Сегодня уже пятый день, - ответил Ольрих, проигнорировав хмурый взгляд жены, которой явно не нравилось, что мне мешали отдыхать.
– У тебя был сильный жар, колотая рана и несколько переломов, так что удивительно, как ты вообще выжила. Видимо боги тебе благоволят, девочка.

– Скорее уж это я упрямо не хочу пересекать Грань, - мрачно усмехнулась я и тут же болезненно выдохнула, когда бок буквально пронзило стрелой.

– Тише, милая, тише, - тут же захлопотала надо мной Дора.
– Рано еще тебе шевелиться, да и разговоры могут подождать. А ты что?
– внезапно накинулась она на мужа.
– Видишь же, что она едва держится, а все туда же! Ну-ка дуй отсюда, - резко поднявшись с постели, она буквально вытолкала его за дверь, - потом все расспросишь.

– Но...
– Он попытался было возмутиться, но быстро сдулся под взглядом подбоченившийся жены.