Душа Пандоры

Арнелл Марго

– Кассандра хочет тебя видеть. Не заставляй ее ждать.

Одним своим присутствием Никиас словно высосал из Деми те крохи радости и жизнелюбия, что в ней еще оставались. Или же те, что вселили в нее другие люди, по счастью оказавшиеся рядом. Помрачневшая, она направилась к лестнице, ведущей на самый верх пайдейи, даже не спрашивая у Ариадны или Доркас дорогу. Никиас, судя по едва слышным шагам, шел прямо позади, будто намереваясь пресечь ее побег. От этой его неотступности (а еще от взгляда, что буравил затылок) мурашки бежали по позвоночнику.

Достигнув

нужного этажа и нужного дверного проема, она снова услышала за спиной его голос:

– А ты куда собралась?

Деми обернулась.

– К Кассандре, – пожала плечами Доркас.

– Тебя не звали.

Голос Никиаса, как и прежде, – воплощенный лед.

– А я сама прихожу туда, куда захочу. – Что-то в его лице заставило Доркас утомленно закатить глаза. – Ой, прекрати изображать из себя Цербера [18] . Мне просто нужно кое-что ей сказать. А потом можете сколько угодно шептаться о своих секретах.

18

Цербер – порождение Тифона и Ехидны, огромный трехголовый пес, который охраняет врата Аида, ведущие в царство мертвых.

– Шептаться?.. – Никиас задохнулся от возмущения. – Ты хоть понимаешь, насколько серьезно то, что слышат эти стены?

– Да-да-да, вы ведете очень серьезные дела, – помахивая кистью из стороны в сторону, пропела Доркас. – А у меня один крохотный вопросик.

– Во имя Зевса, Никиас, впусти ее уже, – раздался из комнаты голос Кассандры. Как только все четверо вошли, она обратилась к Доркас: – Что ты хотела?

– Вы, несомненно, очень заняты, а потому я прошу у вас разрешения отвести Деми в Гефестейон и проверить ее на наличие Искр.

Деми усмехнулась. Доркас сейчас – само уважение и хорошие манеры.

– Нет в ней огня, – отрезал Никиас.

– Возможно, и нет, – мягко вклинилась в разговор Ариадна. – Но Деми может обладать способностями Артемиды, Афины или любого другого бога, кто приложил руку к созданию Пандоры.

Кассандра задумчиво смотрела на Деми. Помедлив, сказала:

– Что охотница, что воин, что несущая огонь нам бы сейчас не помешали.

Никиас оттолкнулся от стены.

– Глупая затея.

– Я не спрашивала твоего мнения, – резко бросила пророчица.

Ариадна вжала голову в плечи, как испуганный воробышек. Даже бунтарка Доркас стрельнула глазами в сторону Никиаса. Складывалось ощущение, что все трое – даже сама Кассандра, которая сейчас, судя по нахмуренным бровям, досадовала на себя за вспышку эмоций, – опасались его реакции. Опасались его самого.

Неудивительно, если учесть, что перед ними – молодой парень, завернутый в черное с ног до головы и носящий на лице едва ли не въевшуюся в кожу маску. Что еще он прятал, кроме тела и половины лица? Знали ли Доркас, Кассандра и Ариадна его тайны?

Судя по настороженности в их глазах – еще как знали. Хотела ли знать и она?

В этом

Деми была уже не так уверена.

Никиас лишь резко махнул рукой, будто говоря: делайте что хотите. С губ Ариадны сорвался тихий вздох облегчения, что лишь подтвердило подозрения Деми. Настойчиво игнорируя слова Никиаса, она повернулась к Кассандре. Сказала тихо, но твердо:

– Я бы не отказалась узнать, что у меня есть и другая роль, кроме той, ради которой вы меня искали.

– Но меня в первую очередь волнует именно она.

– Тогда в моих силах сделать так, чтобы они друг другу не противоречили.

Сощурив глаза, Кассандра испытующе смотрела на Деми. Повела плечом, что Доркас поспешила принять за согласие.

– Когда закончите свои таинственные дела, буду ждать тебя в Гефестейоне, – громким шепотом сказала Искра Геи.

– Подожди за две… в коридоре. Много времени это не займет.

Как только она вышла, Кассандра обратила все свое внимание на Деми.

– А теперь к нашим таинственным делам.

Глава девятая. Гефестейон

– Жаль, что Грайи ничем не смогли нам помочь. Возможно, сумеют их сестры. Эвриала меня не слишком жалует, а вот Сфено любопытна… Думаю, она откликнется на мой призыв. Беда в том, что чужой магии она не доверяет и не позволит Харону себя перенести. Потому нам придется только ждать, когда она сюда пожалует. Это одна из причин, по которой я отпускаю тебя в Гефестейон. Но Пандора…

– Деми.

– …Возвращайся за несколько часов до заката. Никиас, проследи, чтобы Пандора…

– Деми.

– …вернулась в пайдейю живой и невредимой.

Тот закатил глаза.

– Замечательно. Нянькой я еще не был.

– Если тебе будет легче, представь, что охраняешь ценный груз, – суховато сказала Кассандра.

Деми стиснула зубы. Груз… Как насчет живого человека? Впрочем, о чем это она? Ей упорно отказывали даже в праве носить данное при рождении имя.

Паника снова впилась в горло удушающими тисками. Элени сейчас с ума сходит, пытаясь отыскать дочь, а Деми, находясь в мире, где магия пронзает все окружающее пространство, не может даже послать ей весточку о том, что жива.

Кассандра повернулась к Ариадне, которая внимательно прислушивалась к разговору.

– Чуть не забыла. Жрица Асклепия просила помощи от плетельщицы зачарованных нитей, – несколько высокопарно произнесла она. – У нее пропал ребенок.

– Найду, – легко отозвалась Ариадна.

Меж ее сложенных ракушкой рук, сплетаясь в клубок, засверкали серебристые нити.

Демонстрация магических сил явно была призвана хоть немного разрядить обстановку. На Деми фокус подействовал и вызвал восторженную улыбку, Никиас, кажется, вообще ничего не заметил, а вот Кассандра нахмурилась.