Дурная кровь
Шрифт:
Пес выпучил глаза и закашлялся.
– С каких пор тебя вдруг это начало интересовать?
Как только понял, что раньше собственная внешность мне была безразлична? Да и как могло быть иначе? Я росла в окружении фотографий моей матери. И поэтому прекрасно знала, как на самом деле невысока цена моего лица...
– И все-таки?
Парень тяжело вздохнул и пожал плечами.
– Нет,
Мог бы и подсластить пилюлю...
И через несколько секунд, когда я уже успела как следует прочувствовать собственную ничтожность, Кройц вдруг добавил:
– Разве это важно?
Настала моя очередь закашляться.
– А что тогда важно, чистая душа и богатый внутренний мир?
Пес отошел к окну и какое-то время просто молча смотрел в него.
– Самое важное, Дюпон, это предназначения. Когда встречаешь того, кто был задуман только для тебя. И тогда уже безразлично, кто это, как выглядит, богат или беден... Все теряет смысл.
Я улыбнулась.
– Романтично.
Кройц пожал плечами, так и оставшись стоять ко мне спиной.
– Да ни черта подобного. Что может быть романтичного в том, что ты с рождения приговорен к какому-то человеку?.. Поэтому не страдай ерундой, Дюпон. Все уже давно решено... И не надейся, что я позволю тебе вешаться на этого смазливого креольчика.
Что бы там ни говорили про женскую логику, а мужская все-таки куда более странная...
Поехали мы, как и хотел дядя Рене, на такси. Кройц, конечно, не был особо этим доволен, тем более, что деньги на поездку опять же дал дядя, тем самым отдавив псу мужское самолюбие. Но спорить с Рене Арно у пса духу не хватало. В последний момент я сунула за пояс джинсов подаренный кинжал. Под широким свитером его все равно никто бы не заметил... А с оружием мне почему-то стало немного спокойней. Глупо, конечно.
– И никаких глупостей, Дюпон, - в который раз за время пути повторил Кройц.
– Никуда не отходишь. С незнакомцами не разговариваешь.
Недовольно вздохнув, спросила:
– А в туалет мне тоже под твоим присмотром ходить?
Если я ожидала смутить эту занозу, то, как всегда, просчиталась– ответ у него уже был готов:
– Эту почетную миссию я оставлю Смит. Думаю, она справится. И никаких Вампов! Ясно? Мне он не нравится! Он опасен!
Его отношение к Юджину не переставало меня удивлять.
– Но он же человек! Почему он должен быть опасен?
Кройц тихо рыкнул и отвесил мне подзатыльник.
–
Это он так за мою девичью честь переживает, что ли? От такого предположения я вообще потеряла связь с реальностью.
– Юджин — джентльмен!
– искренне возмутилась я.
Водитель такси тихо посмеивался над нашей перебранкой.
В своих словах я была полностью уверена.
– Знаю я этих... джентльменов...
– в ответ протянул Кройц.
– Разговаривать с этим скользким типом будешь только в моем присутствии. Или не будешь разговаривать вообще. Ясно?
Мне оставалось только горько вздохнуть и ответить:
– Ясно.
На стороне этого тирана как минимум грубая физическая сила. Все равно добьется того, чего хочет...
Концерт на этот раз проходил уже в другом клубе. Кройц сказал мне название Cat с таким выражением в голосе, будто это должно было мне что-то объяснить. Но я так ничего и не поняла. И пояснение, что клуб находится в районе Фобург-Мариньи, тоже ничего мне не говорило.
Нового Орлеана я вообще не знала. Да и неудивительно: выбраться в город шансов у меня было не так уж и много.
– Это «Молчание» явно может и прорваться куда-то...
– недовольно проворчал Кройц.
– По крайней мере, не по задрипанным клубам играют. Mapple Leaf. Cat. Ребятки не мелочатся.
Видимо, еще одно знаменитое место города, о котором я ни сном ни духом.
– Нас хотя бы туда пустят?
– внезапно заволновалась я. Все же несовершеннолетние...
Пес пожал плечами.
– А куда они денутся? Нас — везде пустят. А если попробуют помешать... мы же не люди.
Да, возможно в том, что быть не совсем человеком, есть и свои преимущества.
Когда мы приехали на место, выяснилось, что Мари с ребятами уж ждала нас у клуба, из которого доносилась музыка. И пение. Мужское пение. С улицы расслышать толком ничего не удавалось, но казалось, будто я уже слышала раньше этот голос. Или нет?
И Мари, и Лили оделись в честь выступления «Молчания» нарядней обычного. Моя подруга даже предпочла юбку привычным брюкам. Оказалось, что ноги у нее очень даже ничего. Парень Смит, видимо, тоже так считал, потому что взгляд просто не поднимал.
– Дюпон, ты везучая как утопленница!
– недовольно воскликнула подруга, шлепнув меня по плечу.
– Вамп уже допевает последнюю песню! Теперь очередь Джес! Ты бы еще к закрытию приехала...
Как допевает?