Дурная кровь
Шрифт:
И с этим нужно было что-то делать.
Мой предок откладывал решение проблемы столько, сколько это вообще было возможно. Но однажды он понял: еще немного — и им с братом-упырем придет конец.
С брезгливостью в голосе Кройц прочел мне свой вариант перевода:
– «Дальше тянуть нельзя. Они что-то знают. Когда я сказал ему об опасности, он сказал, что решать мне.
Я предложил уехать в Новый свет, туда, где нас никто не знает. Он согласился.
Что ж, вот она и причина для молодого состоятельного человека бросить все в Старом свете и перебраться в Новый.
Франсуа Дюпону просто нужно было спрятать вампира.
ГЛАВА 6
На темной стороне
Кройц посмотрел на меня как-то странно.
– Дюпон...
– Что?
– нервно переспросила я.
Пес казался растерянным.
– Кажется, у брата твоего легендарного предка были все шансы стать первым вампиром в Новом свете...
Мне потребовалось никак не меньше минуты, чтобы осознать то, что мне сказали.
– Ты хочешь сказать... Ты хочешь сказать, что, возможно, он?..
Парень отложил дневник в сторону. Казалось, что старинные страницы жгли ему руки.
– Я теперь практически уверен, что Франсуа Дюпон привез сюда того, кого мы теперь зовем Гранд-мастером. Хорошее родство для тебя, ничего не скажешь...
Гранд-мастер...
Дюпоны ни в чем не мелочились, в особенности в том, что касалось скелетов в шкафах. Но как так вышло тогда, что в Ковене не подозревали о вампирах? Ведь кровососы не просто набежали откуда-то как крысы, первого вампира привез в Луизиану тот, кто стал родоначальником сильнейшего колдовского рода...
И тут мне стало ясно еще кое-что.
– Мама решила искать Гранд-мастера, уже зная, что он тоже Дюпон, - произнесла я, глядя в глаза Кройцу.
– Значит, она была совершенно уверена в том, что он все еще и жив... И что он ее выслушает.
Парень хрипло рассмеялся и потрепал меня по голове. Я отшатнулась от него, плохо понимая, что с этим странным типом происходит. Раньше он ко мне вообще не прикасался... А в последние день-два внезапно начал это делать. То со злостью, то вот так, практически дружелюбно. Я не понимала, что с Кройцем происходит. Или так должно было проявляться то самое собственничество, о котором рассказывал дядя Рене?
– Дюпон... В том, что Гранд-мастер все еще жив и где-то в городе, свято
На последней фразе я поморщилась. Какой бы ни была моя покойная мать, все равно после каждой грубости в ее адрес казалось, будто мне в сердце иголку вгоняли.
Я взяла дневник и убрала его в стол. Уже давно стемнело. Нужно было хотя бы ради разнообразия приготовиться к занятиям. Да и я чувствовала, что сегодня с меня хватит. И прошлого Франсуа Дюпона и комментариев Кройца.
– Ладно, извини, что так отзываюсь о твоей матери, - внезапно огорошил меня Кройц.
Он не сдвинулся с места. И я чувствовала его взгляд каждую секунду.
Пес попросил у меня прощения. Наверное, начался конец света? Или он решил послушаться
– Крис, - начала я, повернувшись к нему лицом, - я знаю, какой была мама и что она делала... Господи, мама даже меня собиралась убить, когда поняла, мне не удалось оправдать ее надежд... Но мне все равно больно слышать, как в ее адрес говорят грубости.
Ждала от него насмешки. Я уже привыкла к тому, что на каждое мое слово Кройц отвечает издевкой. Но в его взгляде неожиданно было понимание.
– Прости. Не хотел делать тебе больно.
Пес вышел из комнаты раньше, чем я успела переварить сказанное. И в итоге я осталась один на один с моим удивлением. Они извинился. Сам. Так просто не бывает...
Но тут телефон пискнул, сообщая о новом сообщении, и я мигом выбросила все из головы. Ведь мне мог писать Юджин. От одной мысли о музыканте захотелось танцевать, а в животе появились те самые пресловутые бабочки, о которых все так любят говорит и писать
Писал действительно Юджин.
«Как у тебя дела? Не очень скучно сидеть дома?»
Наверняка я ему нравлюсь... Стал бы он столько писать тому, кто ему безразличен?
«Вовсе нет. Изучала историю моей семьи. Это даже увлекательно», - поспешно ответила я.
А потом с паникой подумала о том, что зря я это написала... Вдруг Юджин посчитает меня занудой?
«Ну и что? Ведьм в твоей родословной не завалялось?» - спросил меня Вамп.
И я едва не уронила телефон от удивления. Только через пару минут дошло, что парень попросту шутит. И это просто я отучилась воспринимать такие вещи невсерьез. Когда ведьмы, вампиры и вуду стали реальностью, шутить на эту тему быстро перестаешь.
«Разумеется, завалялось. И я из них самая страшная», - ответила я, улыбаясь. Хорошо, когда-то хоть кто-то оказывается нормальным. А то мне уже начало казаться, что я попала в какое-то странное зазеркалье, где все не так, как обычной жизни.