Дурман любви
Шрифт:
– Значит, увещевания Джозайи Грея на него не подействовали? – Мадам Роза покачала головой. – Очень жаль. Мое заведение всегда приводило его в ярость. Думаю, вы правы. Он может сделать какую-нибудь пакость сам или подбить на это других.
– Сейчас я им прочищу мозги! – воскликнул Дэнси, потрясая хорошо знакомым Клари револьвером, которой только что зарядил за стойкой бара.
– Выстрел в воздух, возможно, заставит их разойтись, – одобрительно кивнула мадам Роза. – Но прежде чем перейти к военным действиям, я должна переговорить с ними.
– Вы сошли с ума, как Иезекия Бартрем? –
– Все равно, нужно попытаться.
С этими словами мадам Роза направилась к двери.
– Я не могу оставить вас одну, – воскликнула Клари, бросаясь за ней.
– Мисс Каммингс, вас это совершенно не касается, – сказала мадам Роза.
– Напротив, – решительно заявила Клари. – Иезекия Бартрем был вашим клиентом. Вы говорили мне, что ему нравится Гермиона, но она боялась его, и он угрожал ей расправой. В очередной раз мужчина пытался показать свою власть над женщиной, а потом ополчился на нее же. Все они одинаковы: бросают женщину на произвол судьбы, чтобы она расплачивалась за их грехи. Это случилось и с Гермионой, и с вами в юности, а сейчас это происходит со мной – уже второй раз в жизни. Мы выступим против них единым фронтом, Роза.
– Клари!
Глаза мадам Розы вдруг вспыхнули.
– Мое настоящее имя Астрид, только не говори им.
Она показала кивком сначала на девушек в зале, а затем на окна, откуда доносились голоса с улицы.
– Обещаю никогда этого не делать, – ответила Клари и улыбнулась.
Когда они вышли на веранду, толпа встретила их негодующим ревом. Их было человек пятнадцать – двадцать, все они промокли до нитки и озлобились чрезвычайно. Клари была рада, что за ее спиной стоит Дэнси с заряженным револьвером. Пусть мадам Роза поговорит с толпой, – но Дэнси рядом и придет на помощь в случае необходимости.
– Вот она, эта тварь! – закричал Иезекия Бартрем.
В свете факелов его лицо пылало диким исступлением.
– Вот она, эта порочная женщина и ее бесстыжие друзья. Гоните их прочь. Пусть убираются из города.
Только тут Клари заметила, что у Иезекии Бартрема в руках топор. Размахнувшись, он с воплем бросил его. Топор задел правое плечо мадам Розы и, пролетев дальше, воткнулся в притолоку двери. Мадам Роза пошатнулась от удара, но сразу же пришла в себя, выпрямилась и гордо взглянула на негодяя – кровь струилась у нее по руке. Клари бросилась к ней, но мадам Роза лишь покачала головой. Спорить было некогда. Толпа на мгновение подалась назад, испугавшись двух женщин, одна из которых истекала кровью. Иезекия Бартрем, сознавая, что боевой дух соратников несколько поколеблен, приступил к решительным действиям.
– За мной, – крикнул он, ринувшись вперед. – Уничтожим шлюх и гнездо разврата.
Клари, следившая только за Иезекией Бартремом, не заметила, как кто-то бросил факел в дом. Бросок оказался точным. Пылающий ярким светом в ночной темноте факел, слегка зашипев под дождем, влетел в разбитое окно и упал на полу в зале. Клари услышала чей-то испуганный возглас. В этот момент Дэнси шагнул вперед, загородив собой мадам Розу, и выстрелил. Но было уже поздно, озверевшую толпу нельзя
– Я спешил, как мог, – сказал Джозайя Грей.
– Что-то не верится, – огрызнулась Клари. – Почему вы не заперли этого безумца?
– Мы обсудим позже условия его содержания, – ответил Джозайя Грей. – А сейчас позвольте мне направить усилия на то, чтобы прекратить эту недостойную сцену.
– Поторопитесь, – сказала Клари, – ибо в доме осталось еще шестеро человек. Нужно вызволить их, иначе толпа растерзает всех.
– Выслушайте меня, добрые люди! Джозайя Грей поднял руки и сделал шаг вперед.
Толпа замерла в ожидании.
– Не позволяйте несчастному безумцу лишить и вас здравого смысла. Лишь мирным убеждением и собственным примером, а не бессмысленной жестокостью можно изменить то, что творится в этом доме. Иезекия Бартрем лишился рассудка, но вы-то в здравом уме! Прошу вас, разойдитесь, не посягая на жизнь и имущество этих людей. В противном случае вы до конца жизни будете терзаться угрызениями совести.
– Не слушайте его, – завопил Иезекия Бартрем. – Вы все знаете, что творится за стенами этого дома. Нужно спалить его дотла!
– Он уже горит, – бросила Клари, и тут до нее донесся мальчишеский голос из дома. – О Боже, Люк! Почему ты не убежал через кухню? Я иду к тебе, Люк!
Не помышляя об опасности, Клари бросилась в дом. Дым разъедал глаза, бар был охвачен огнем, кругом стоял оглушительный треск. От жары одна из стеклянных бутылок лопнула и заполыхала голубым пламенем. Сквозь рокот пожара Клари расслышала бас Дэнси и поняла, он идет следом. Затем вновь раздался голос Люка.
– Мисс Клари, где вы?
– Я здесь, Люк, со мной все в порядке. Разглядев, наконец, мальчика, она ободряюще похлопала его по плечу.
Следующие несколько мгновений запомнились ей как безумный ночной кошмар в завесе дыма. У Синопы загорелись волосы. Люк сбивал пламя полотенцем и кричал, чтобы Клари уходила из дома. Эмми и Люси, выскочив из кухни, с визгом носились в дыму и огне, пока Клари не поймала их и не направила к двери. Дэнси орал на Люка, требуя, чтобы тот отправился на улицу. Мадам Роза оттащила Гермиону и Каллиопу в безопасное место. Дэнси, подняв Синопу на плечо, схватил Люка за руку и поволок сначала на веранду, а затем на улицу.
Клари еще раз обошла залу, заглянула в коридор, ведущий на кухню, задержалась у лестницы, выкликая тех, кто мог броситься на помощь, а потом заблудиться в дыму. Она сама едва не погибла. У нее щипало в горле, во рту был горький вкус дыма, глаза слезились, и она никак не могла найти дорогу к двери. Выручил ее появившийся очень кстати капитан Шайлер.
– Мисс Каммингс, что вы делаете в подобном месте? – строго осведомился он, стуча ее по спине, чтобы легкие освободились от дыма.
– Я пыталась помочь, – ответила она, сильно кашляя. А затем добавила, глядя на горящий дом: