Дурман любви
Шрифт:
Клари так и подмывало спросить капитана, возьмет ли он ее до Балтимора. Как было бы хорошо просто удрать от всех проблем и никогда не возвращаться на Эфон-Фрам.
«Ты больше так не поступишь, – сурово приказала она себе. – В прошлом ты часто это делала и совсем недавно едва не поплатилась жизнью, оказавшись на дне канала. На сей раз ты останешься и будешь добиваться своего. Не имеет значения, что именно натворил Джек и кто эта женщина, с которой ты его видела. Ты его любишь, и это самое главное».
Клари направилась прямо к дому мадам Розы. Люк следовал за ней. Когда они вошли в
– Уже вернулись? – сказал Дэнси, заметив их первым. – Мозес говорил, что вы собираетесь задержаться в Уилмингтоне.
– Мисс Клари все уже сделала, – пояснил Люк и, взглянув на девушек, отвел глаза, словно ему стало неловко.
– Не надо заходить сюда так часто, – сказал Дэнси Клари. – Порядочным леди нельзя бывать в таких заведениях. Могут подумать, будто вы из этих девушек. Каллиопа, найди мадам Розу. Думаю, мисс Клари хочет с ней поговорить.
– Спасибо, Дэнси.
Клари опустилась на стул и положила голову на руки.
– Люк, если хочешь есть, сходи на кухню к Эмми, она тебя покормит, – сказал Дэнси. – Захвати эту корзину. У вас нет багажа?
– Нет, сэр.
Когда Люк скрылся в коридоре, ведущем на кухню, Клари подняла голову.
– Хотите выпить? – спросил Дэнси, протягивая ей бутылку виски и стакан.
– Я предпочитаю кофе.
Дэнси кивнул, и вскоре перед ней появилась большая чашка. Клари еще допивала свой кофе, когда вошла мадам Роза и молча села рядом с Клари. Дэнси подал чашку и ей, а потом занял свое место за стойкой.
– Похоже, как только у меня возникают неприятности, я тут же бегу к вам.
– Многие молодые женщины обращались ко мне в подобный момент. Вы ждете ребенка от Джека Мартина?
– Откуда вам это известно?
– У меня богатый опыт. У вас темные круги под глазами, бледное лицо, и вы сильно располнели. Правда, я не думаю, что вы пришли ко мне за тем же, за чем обращаются другие в вашем положении.
Мадам Роза умолкла в ожидании ответа Клари, и та вдруг поняла, о чем идет речь.
– Конечно нет! Я хочу ребенка, – сказала она. – Я люблю его отца, но кажется, у него есть другие обязательства.
Она вдруг вспомнила Уилмингтон и все, что они с Люком там видели.
– Вы как обычно погорячились, не подумав о последствиях, – заметила мадам Роза, – но в данных обстоятельствах это понятно. Чем я могу помочь вам?
– Я хотела бы переночевать здесь, – сказала Клари, – и Люку тоже некуда деваться. Завтра дождь кончится, и мы вернемся на ферму.
– Джеку Мартину может не понравиться, что мать его ребенка проведет ночь в публичном доме, – напрямик заявила мадам Роза.
– Это его совершенно не касается, – возразила Клари. – Денег у меня немного, но я отдам вам все, что есть.
Она открыла кошелек, высыпала из него оставшиеся монеты и пододвинула их к мадам Розе.
– Вы неглупая женщина, но понятия не имеете, сколько стоит содержать такое заведение.
С этими словами мадам Роза отодвинула от себя монеты кончиками пальцев. Клари не сводила с нее глаз, гадая, что за этим последует.
– Знаете, –
– Спасибо, – прошептала Клари и протянула руку, чтобы взять монеты со стола.
Мадам Роза остановила ее.
– Я возьму с вас за чистое белье двадцать пять центов.
Впервые за все эти дни Клари искренне рассмеялась.
– Вы самая замечательная женщина из всех, кого я знаю, – сказала она.
Мадам Роза дружелюбно улыбнулась ей в ответ. Из-за окна донеслись какие-то заунывные звуки.
– Что там такое? – вскинулась Клари.
– Церковные гимны, – ответила мадам Роза. – Здесь есть люди, которым не терпится закрыть мое заведение по соображениям морали. Они поют тут псалмы и молятся каждый вечер, надеясь отпугнуть моих клиентов. Не обращайте на них внимания. Они вполне миролюбивы и скоро разойдутся. – Мадам Роза поднялась. – Уже поздно, и вы сильно устали. Я провожу вас в комнату.
Обе женщины направились к лестнице. Вдруг вместо фальшивого пения из-за окна послышался громкий голос. Казалось, кто-то выступает с речью перед собравшимися, хотя слов разобрать было нельзя. Мадам Роза подошла к лестнице, ведущей на второй этаж, а в это время оконное стекло разбилось, и на стол, за которым они только что сидели, упал камень. Зазвенели осколки.
– Боже мой! – Клари в изумлении смотрела на усыпанный битым стеклом стол. – Эти люди взбесились.
Второй камень влетел в комнату через другое окно и попал в голову одной из девушек.
– Синопа, – закричала мадам Роза, бросаясь к окровавленной девушке. – Дэнси, неси скорее полотенце!
Мадам Роза склонилась над раненой, и тут молодой человек, обнимавший Гермиону, вскочил, чуть не уронив девушку на пол, и быстрым шагом двинулся к двери.
– Куда же ты, трус? – презрительно бросила ему Клари. – Получил удовольствие, а когда запахло жареным, сматываешься?
– Я здесь оставаться не намерен, – огрызнулся юнец и пулей выскочил на улицу.
Его появление встретили громкими криками.
– Мисс Каммингс, немедленно отойдите от двери, – крикнула мадам Роза, подбегая к ней. – Я не хочу, чтобы вас ранили. Джек Мартин мне этого вовек не простит.
– Не беспокойтесь, я не выйду на улицу. Просто хотелось удостовериться. Голос на улице показался мне знакомым, и я не ошиблась.
Клари вернулась в залу. Каллиопа, Синопа и Гермиона пугливо жались друг к другу. Мрачный Дэнси возился с чем-то за стойкой бара, но рук его не было видно.
– Иезекия Бартрем вернулся. Именно он натравил на вас этих безобидных певцов, и они стали швырять в окна камни.