Дурацкий кораблик
Шрифт:
Вынимаю пистоль, отстгиваю пояс. Вещь красивая, но неудобная. Подошл дядя Яша. Не глядя ему в глаза, отдаю барахло. Он ещ потоптался, прощаясь со мной, и ушл к Руде. Я уже в боевом режиме. Вылез Маленький Бони с явным намереньем что-то доказать себе и всяким выскочкам. Хаджамэ никто не заорал, но у Бони при интуиции Зака и моей реакции вс равно не было шансов. Получил он для начала ребром ступни под колено, чтобы больше не лягался. И пяткой в фанеру на вдохе, чтоб не сопел. Дальше… Дальше началось издевательство. Нам ведь тоже нужно кой-чего доказать, а в таких делах главное – наглядность.
Бедолага мотает головой, стоя на четвереньках. Гадство, шляпа свалилась! Поднять е с палубы, водрузить на изрезанную лысину, обернуться к пацанам… Открытые рты и выпученные глазнки.
– Ты и ты, помогите ему дойти до гамака, – командую, не сомневаясь в свом праве. Парни тоже не стали сомневаться, подхватили пострадавшего и потихоньку повели.
– Зак, ко мне, получить оружие, – отрывистым лаем дат команду лидер.
– Сэр, слушаюсь, сэр! – ору в ответ и направо, шагом марш. Рублю строевым, шоу маст гоу он, блин. На палубе потряснная тишина. Принимаю у дяди Яши имущество.
– Пока рядом постой, – в полголоса говорит Руда и в полный голос шоумена продолжает накачку. – Итак, это был самый сильный? Такие пираты долго не живут. И хрен бы с вами, но наши жизни и смерти в руках наших товарищей. Не товарищей, братьев. У нас, у всех нас, есть только наши корабли и наша команда. Кто из вас не боится погубить брата своей ленью и тупостью? Мы прокляты миром людей. Чтобы противостоять этому миру, каждый из нас должен стать сильнее десятка солдат любой армии. Стать быстро, нам никто не подарит времени на подготовку. Это невероятно трудно, невыносимо больно и до ужаса страшно. Мы могли бы дожидаться смерти, лжа в гамаках. Но мы выбрали жизнь. Тяжлую, полную лишений, но жизнь. Иной жизни для нас нет. Ведь мы плыли на каторгу, не так ли? Считайте, что уже приплыли. Вожаки ватаг ко мне, остальные разойдись. К Руде подошли старшие отрядов.
– Парни, разбертесь с сэром Джэкобом по вахтам и приступайте к изучению морского дела. Сэр Джэкоб, помогите парням определиться с очердностью вахт. Пошлите шлюпки за шкипером и за Сэнди, дождитесь их и вместе приходите на совет в капитанскую каюту.
– Забыл что ли послать шлюпки заранее? – ворчу на Руду, когда дядя Яша ушл.
– Это ты забыл, что в кап-каюте кое-кто валяется. Деды не институтки, но такое зрелище может их сбить с делового настроя. Пойдм, парни, ещ разок отметелим клиентов и отволочм в такелажку. Блин, самим волочить придтся, пацаны их дальше фальшборта не потащат. А это для пиндосов слишком простой выход, – говорит Руда на ходу.
Лидер клана – прежде всего организатор высокого уровня. Уровень Руды ощущается даже в таких простых делах как отметелить и отволочь. Волокли за ноги, мордами по палубе под гогот пацанов. Для восприятия пикантности момента им оставили немного сознания. Забросили их на канаты, попросили не скучать, пожелали приятного отдыха, у входа поставили матроса с мушкетом, чтоб детки не лишили нас продолжения и отправились в кап-каюту поджидать дедов.
Глава 17
– Хорошо
– Да, Руда, пора обустраиваться отдельно от пацанов. Для них, если жившь наверху, значит начальство. Демократичность нынче не поймут, – со своей стороны взглянул на проблему Пушок.
– Хорошо, пока будем заседать, придумайте им финал поинтересней, – нехотя соглашается Руда.
– Нечего придумывать. Может, о пользе подумаем, а не о развлечениях?
– Ты что, Неждан? Какая с них польза? – отмахнулся командир.
– Мы последние? – я настойчив.
– Угу, последние подонки, – соглашается Своята.
– Не льсти себе. Его грбаное величество загрузит новый корабль дураков, а у нас есть специалист по этому вопросу, – напоминаю кто мы и откуда.
– Кэп? Ну-ка, давай, – заинтересовался Черныш.
– Делаем, как они планировали. Тех пятерых высадим на шлюпке, – излагаю идею.
– Ещ лодку на это говно тратить, – ворчит Стужа.
– Не обеднеем от двух лодок.
– С какого перепугу двух?! – Зуба задавила жаба.
– На второй отпустим Кэпа.
– Неждан, охренел вообще? – удивляется Сыч.
– Ага – с детства. Эта ублюдина притащит нам судно с отморозками.
– Блин, тебе мало выродков? – веселится Руда.
– Мальчишек много не бывает, – решает Черныш.
– Во! Это их сраной родине они не нужны, а нам в самый раз, – Хаски захватило.
Помолчали. Захватило всех.
– Неждан, придумай схему по-изуверски, ты ж умеешь. Если что, консультируйся только с Чернышом. Завтра доложишь.
– Да я, командир, почти вс уже!
– Почти не считается. Завтра, подробно, лично мне! Это твоя тема. Назначаю ответственным.
– Яволь, командир.
– Парни, атас, деды идут, – предупредил Клык. Встам, строимся. Шоу продолжается. Второе, то есть третье, то есть… тьфу, следующее отделение. Закрытый показ, специально для дедов. Как они вошли, почти всей старой командой, Руда приветливо заголосил:
– Добрый день, джентльмены. Присаживайтесь, пожалуйста, будьте любезны, – говорит, указывая им на лучшие места.
– И вам здрассте, – ответил шкипер, усаживаясь в капитанское кресло.
– Здорово, сынки, – сказал дядя Яша, устраиваясь на диване. Руда подождал, пока все степенно поздороваются и с достоинством рассядутся.
– Низкий вам поклон, отцы, за наши молодые жизни, спасенные вами для милой Родины! – с дрожью в голосе возглашает Руда и кланяется. Мы тоже синхронно выполнили наклон вперд. Блин, только б не заржать! Дедов проняло – это называется задать настрой. Руда развивает успех.
– В бунте вашей вины нет. Вся вина на адмиралтейских прощелыгах. Это им вы не нужны, но вы нужны Родине и нам. Родине нужны хорошие моряки – только вы сможете воспитать из малолетних каторжан хороших моряков, таких, как вы. Просим поделиться наукой, – вещает Руда и снова кланяется. Мы тоже синхронно поклонились. Ха! Какой мятеж-разбой?!!! Детям помочь – святое дело, ещ и для милой Родины.