Думать как Я
Шрифт:
Моему расстройству не было предела. Я вышел из магазина, там меня поджидал мой одноклассник, и я стал жаловаться ему, что продавец попалась «тупая» и не поняла моей просьбы.
Придя домой, я стал жаловаться маме, поведав о своей затее и о том, что продавец меня не поняла. А я-то ведь с благой целью пришел к ней, а она мне дала не то, что я хотел.
Мама посмеялась и разъяснила мне, что такое размен и как эта система работает.
Так я и понял, что на этом мне не заработать, и мне пришлось думать в другом направлении.
Долго думать не пришлось, ответ пришел через пару недель, когда я играл с игрушками из «Киндер-сюрприза».
Так как в летний период к нам приезжали тети из Москвы, они привозили «Киндер-сюрпризы», и игрушек, оригинальных и обычных, было очень много. Я понял, что они мне не нужны, «надоели», а хайп еще есть и все за ними гоняются.
Моя стратегия была следующей.
Первым делом я могу разменять оригинальные игрушки на менее оригинальные и тем самым преумножить их количество, предлагая всем однокашникам и детям из параллельных классов обмен: одна оригинальная на две-три обычные игрушки – в зависимости от оригинальности моей. В течение месяца количество моих игрушек с 47 штук превратилось в 73.
Следующий шаг – это продать 73 игрушки всё тем же, у кого и разменивал, или просто однокашникам. Я к каждому подходил и предлагал «ЛЮБУЮ» игрушку за один лей.
Через месяц у меня под книгой на печи (там я копил свои деньги) было уже 63 лея. И больше продать игрушек мне не удалось.
Тут я понял, в восемь лет, что есть много рабочих систем для увеличения денежных средств. Вопрос в том, видим ли мы эти системы. И я также осознал, что если бы я просто продал свои 47 игрушек по одному лею, то у меня было бы всего 47 леев. А так у меня и игрушки остались, и денег я подзаработал. Причем не работая физически, а просто применяя коммуникативные навыки.
Честно говоря, почему-то у меня было ощущение, что я всех обманываю. Хотя обмана-то никакого и не было.
Следующий мой опыт, когда я также стал что-то продавать, был примерно через год.
Я очень любил рыбалку, и это не удивительно: в Молдавии каждый второй занимается рыболовством. Но в большинстве случаев – браконьерством. Зарплаты в колхозе крайне маленькие, и люди вынуждены это делать. Одним огородом порой не прокормишь семью. И вот, собственно, в чем смысл моей следующей стратегии.
Зная, что очень многие из моих одноклассников ходят на рыбалку, я понимал, что им нужны снасти. А в деревне хорошие крючки и леска – редкость. В качестве поплавка все использовали перья, а вот леска и крючки должны быть хорошими, но вручную это никак не сделать – приходилось их покупать. Для покупки хороших снастей приходится ездить в город на другом берегу реки Днепра – в Кишинев. Мама в те времена раз в неделю уезжала в Кишинев на рынок для продажи кур.
Немного математики и смекалки – так родилась идея, и появился новый источник дохода.
Паром стоит один лей в одну сторону. Туда и обратно – это уже два лея.
Один крючок в обычной палатке в Кишиневе стоит один лей. Упаковка из 10 крючков – пять леев.
Одна катушка хорошей лески стоит 2,5 лея. Упаковка из пяти катушек – 20 леев.
Я немного прикинул, и высчитал следующее: покупая товар упаковками и продавая его штучно по обычной розничной цене, я буду в плюсе. С одной упаковки крючков я буду в плюсе на 5 леев. А с продажи одной упаковки катушек лески я буду в плюсе на 7,5 леев. И – не менее важный для меня фактор! –
А мне и тратить не надо денег на дорогу: я просил купить леску и крючки маму, она ведь всё равно едет в город. Признаюсь, я иногда просил маму еще и за свои деньги купить – якобы это для меня.
Конечно, я стал действовать, как и с игрушками: предлагать всем своим однокашникам и ребятам из параллельных классов крючки и катушки с леской.
Примерно месяц у меня ушел на то, чтобы все были проинформированы о том, что, в случае необходимости, у меня всегда есть крючки и леска, а цены у меня – как и в магазине в Кишиневе.
После чего люди сами стали обращаться ко мне; и когда стали обращаться уже те, кого я не знаю, я был удивлен тому, как хорошо работает на тот момент не известный мне термин «сарафанное радио». Моя ежемесячная прибыль была от 20 до 30 леев. Это очень и очень хорошие деньги для девятилетнего ребенка на тот момент.
Мое детство было богато на предприимчивость. И, повторюсь, наверное, именно поэтому мое мышление сейчас такое, какое оно есть. Жизнь заставляла думать о приумножении всего, что только можно. Будь то деньги, табак, орехи, виноград, яблоки и т. д. Ведь всё это мы продавали, а для продажи в большем количестве, чем есть, нужна была смекалка.
Приведу еще один пример из десятков, которые мы предпринимали для увеличения урожая.
Как я уже перечислил выше, мы продавали орехи. И вот способ увеличения урожая орехов. И это всё без воровства или обмана, как многие могли подумать.
В Молдавии в каждом огороде, на каждом участке у всех по несколько деревьев грецкого ореха. И растут они, как правило, вдоль забора; сам ствол дерева во дворе, а часть дерева растет над дорогой. В сезон созревания орехов они осыпаются. В этот сезон все ходят по улицам, давят, пинают и не замечают те самые орехи, потому как их слишком много, всем они давно приелись, продажей практически никто не занимается.
Я первый, кто стал их собирать по пути со школы домой: набивал их полный портфель и нес. В мой портфель помещалось примерно 7 кг орехов. Так как там были еще тетради и книги, их я обертывал в пакет. Осыпались орехи примерно в течение месяца, и я просто подсчитал, что если я каждый день буду носить не по 7 кг, а по 6 кг, то за месяц я, таким образом, натаскаю около 180 кг грецких орехов.
Долго не думая, я рассказал об этом своему брату Валере, и он поддержал меня: мы стали ежедневно таскать домой набитые грецким орехом портфели. У нас проснулся азарт – кто больше насобирает. Таким образом, мы насобирали за месяц около 550–600 кг грецких орехов плюсом к тому, что мы собрали у себя на огороде и на своих земельных участках. У нас было три земельных участка, предназначенные для разных целей. Ими мы, кстати, занимались после школы. Копали, сеяли, пололи и собирали урожай. А после сборки урожая некоторые овощи и зелень я сеял заново и собирал порой по два урожая с одной и той же грядки. А отчим, помню, всё ходил и удивлялся моей «смекалке». Я и не понимал, чему он удивляется, ведь я просто повторно посеял, а потом просто повторно собрал чуть больше. Я не понимал, что такого особенного я делаю. Для меня это было как-то слишком просто.