Духи школы

Хокинс Рейчел

Удивившись, мама подняла глаза.

– Я… я, честно говоря, не знаю. Она никогда ни о ком не упоминала.

Если мы найдем Финли… когда мы ее найдем… я у нее спрошу.

На столе лежало несколько ручек, я взяла одну и ткнула в мамину книгу.

– Это твое исследование. О чем оно?

Мама едва заметно придвинула книгу к себе.

– Ничего особенного, не тревожься. Так, ищу кое-что для Майи.

Она резко втянула воздух через нос, в точности как делала Фин, солгав. Сердце у меня сжалось, и я с трудом удержалась от того, чтобы

выхватить у мамы книгу и посмотреть, чем она так интересуется. Наверняка это касается Финли. Но если так, почему она не скажет мне, не позволит помочь ей?

Потому что она боится, что ты все испортишь, прошептал внутренний голос. Потому что если бы ты в ту ночь пошла в дом вместе с Финли, она могла бы сейчас сидеть здесь.

Сморгнув подступающие слезы, я только кивнула.

– Понятно.

Повисшее над столом молчание грозило сделаться неловким, поэтому я прочистила горло и проговорила:

– Знаешь, единственная часть в истории Мэри Эванс, которая кажется мне бессмысленной, – это лягушка и Барби.

Мама облокотилась на лежавшую перед ней книгу.

– Ты права. Есть много историй о привидениях, нападающих на людей, но такой уровень физических манипуляций… потребовал бы много энергии. Это не просто использование какого-то предмета в качестве оружия, это – планирование.

Я кивнула, барабаня пальцами по столу.

– Какой-то уж очень продвинутый призрак, тебе не кажется?

– Продвинутый, да, но такие случаи известны.

Мы с мамой так и подпрыгнули при звуке голоса Торина, разнесшегося по кухне. Я огляделась, гадая, где он может находиться, и мой взгляд остановился на часах над плитой. Они были заключены в наборную зеркальную рамку, и хотя различить Торина во всех этих маленьких кусочках было непросто, я его разглядела.

– Торин, ты же знаешь, что должен находиться в своем зеркале, – строго сказала мама, поднимаясь и направляясь к часам.

Она сняла их со стены, и Торин издал обиженный возглас. Я встала из-за стола, опершись на него рукой.

– Ты видел нечто подобное раньше?

Мама остановилась, прижимая часы к себе. Лица Торина я не видела, но ясно услышала его ответ:

– Только один раз. Мой шабаш вызвал крайне страшного призрака. Сами по себе духи обычно безобидны, но если вызвать их при помощи магии – это совсем другая история.

Положив часы на стол, мама обдумала его слова.

– Значит, ты думаешь, что ведьма или колдун могли каким-то образом вызвать этот призрак?

– Возможно. – Мама положила часы циферблатом вниз, поэтому голос Торина звучал приглушенно. – Или в крайнем случае наделить его силой. Изольда упомянула, что в течение долгого времени активность привидения в этой школе была незначительной. Тогда почему он разбушевался теперь? Что изменилось за последние несколько месяцев, чтобы обычное привидение превратилось в нечто, способное к таким действиям, как прибить мертвую лягушку к двери или изуродовать куклу?

Я кусала губу. Сколько уже Декс живет в Идеале? Не может быть совпадением, что, как только появился этот парень, явно кто-то

из тех, Мэри Эванс превратилась в сверхпризрака.

Но мама лишь пожала плечами:

– Ну, это не так уж важно. Сильные они или нет, от призраков легко избавиться. И у нас всего несколько дней до полнолуния. Иззи с ней разделается, и все закончится.

Только вот я не была уверена, что закончится. Если кто-то вызывает призраков, что помешает ему вызвать нового, когда Мэри Эванс уйдет? Всего секунду меня так и подмывало рассказать маме о Дексе. Но если я это сделаю, вдруг она посчитает, что данное дело слишком трудное для меня, и решит заняться им сама?

Я посмотрела на стопку книг на столе – мамино суперсекретное «исследование», о котором она мне не говорила.

Если она хранит свои тайны, то и я сохраню свои.

Глава 17

– Вот. – Роми добавила свитер к груде одежды у меня на руках. – Рыжим идет зеленое.

Я с сомнением посмотрела на него.

– Он… не похож на зеленый.

Данный оттенок следовало бы называть «радиоактивный» или, может, «ядовитый». Это слово присутствовало сегодня утром в нашем словарном диктанте.

Нахмурившись, Роми вытащила из висевшей на кронштейне одежды черную юбку.

– Вот, леди Ниндзя, – сказала она, бросая ее поверх вещей. – Можешь носить его с черным.

Мы ходили по магазинам больше часа, и Роми уже уговорила меня купить розовую блузку, две пары не черных джинсов, три футболки разных оттенков фиолетового и даже желтый сарафан.

– Если в первый день весны я не увижу тебя в нем, буду очень разочарована, – проговорила подружка, сунув его мне в руки.

– Идет, – ответила я, хотя внутренний голос напомнил, что весной меня уже не будет в Идеале.

А пока я деликатно вернула на место и зеленый свитер, и черную юбку.

– Думаю, достаточно, Роми. Кредитной карточке моей мамы по силам только это.

Тяжко вздохнув, она с тоской провела пальцами по зеленому свитеру.

– А давай, я его куплю, а ты будешь иногда брать поносить?

Я засмеялась.

– Вы с этим свитером, безусловно, созданы друг для друга.

Когда мы вышли из магазина, у нас еще оставалось почти полчаса до приезда за нами мамы Роми. В Идеале имелся только один торгово-развлекательный центр, среднего уровня, конечно, там было несколько милых магазинчиков, и, должна признать, ароматы, доносившиеся со стороны ресторанного дворика, казались очень соблазнительными. Но подружка направилась отнюдь не туда, а в какой-то совсем уж жалкий магазин игрушек.

– Знаешь, «моих маленьких пони» у меня уже под завязку, – сказала я ей, когда она втащила меня в магазин. Роми закатила глаза.

– Во-первых, для девчонки «моих маленьких пони» никогда мало не бывает. Это просто наука. Во-вторых, мы здесь не ради них. Мне нужна новая доска Уиджа. Наша вся поцарапана и воняет школой.

Ну да, конечно. Приближается спиритический сеанс. Я пообещала маме, что помешаю его проведению, а что делаю вместо этого? Посещаю баскетбольные матчи. Покупаю одежду.