Дух волков
Шрифт:
– Далеко ли отсюда до Лаана? – спросила я Тлитоо.
– Эта деревня стоит за полем, на котором Стражи убили недоволков, – и глаза его вспыхнули.
– Идем туда, – сказала я.
Через час неутомимого бега мы миновали обгорелые деревья и обожженные до полной неузнаваемости трупы каких-то зверей и достигли границы пожара. Здесь я нашла ручей и от души напилась. Потом погрузила голову в воду, чтобы промыть глаза и нос, восстановив чувствительность к запахам. Повсюду я теперь чуяла признаки жизни. Я учуяла куропатку, бегущую к воде; уловила запах матери. Она побывала здесь не больше часа назад. Вокруг начали шевелиться все, кого не спалил
Поев, я ощутила прилив сил и пустилась в дальнейший путь. Деревню Лаан я обнаружила за полем, где погибли недоволки. Эта деревня располагалась на большой поляне в вязовом лесу. Она была меньше Каара, но больше стойбища в Широкой Долине, где жила Тали. Я спряталась в лесу и, скрываясь за кустами можжевельника, стала наблюдать за деревней и ее жителями. Их вождем был коренастый темноволосый мужчина. Он стоял один возле своей хижины, и я медленно поползла к нему.
Я не успела сдвинуться с места, как услышала голоса Давриана и Инимина. Выкрикивая приветствия, они вошли в деревню. Я съежилась. Рухнули мои надежды добраться до Лаана раньше, чем туда придет Давриан.
Инимин привел в Лаан группу уставших, измотанных людей. Их было человек двадцать, и все они пришли из Каара. По тому, как его слушались все остальные, как они внимали его словам, было понятно, что после смерти Хесми их вождем стал Инимин. Давриан, гордо вскинув голову, стоял по правую руку от Инимина.
Жители Лаана выступили вперед, и коренастый вождь приветствовал пришельцев.
– Мне очень жаль, что ваше стойбище сгорело. Это большое горе. Вы – все, кто остался в живых?
– Да, насколько мы можем судить, – ответил Инимин.
Коренастый человек прищурил глаза.
– Каким образом загорелся лес вокруг стойбища? – резко и требовательно спросил он.
Инимин кивнул Давриану, и тот выступил вперед.
– Все это случилось из-за волков, – заявил он.
Мне пришлось слушать все их лживые измышления о нас. Они говорили, что мы отравили жителей деревни и лишь немногим удалось спастись, что они были вынуждены поджечь место, где мы прятались, дабы уцелеть и не быть убитыми. Давриан сказал, что поджег лишь одно место, но мы разнесли горящие ветви по всему лесу и в отместку спалили его дотла. Еще он объявил, что это Тали и Ралзун подговорили нас сделать это, так как сами мы никогда бы не додумались, что крианы, любившие волков, сами опасны. Якобы они испортили нас, а мы испортили их. Жители Лаана в страхе тихо переговаривались друг с другом.
– Они ему верят, – прошептала я ворону.
– Тебе следовало бы понимать, что они сейчас поверят всему, что питает их страх, – ответил Тлитоо.
Сзади раздался шорох листьев, и я уловила родной запах цветущего шалфея.
– У людей страх всегда пересиливает разум.
Я не смогла сдержать радостный визг, когда подошедшая к нам Нееса улеглась рядом. Отпечаток ее лапы на берегу ручья и ее свежий запах уже сообщили мне, что она жива, но это отнюдь не то же самое, что увидеть ее целой и невредимой. Я потеряла Праннана и Амму и потерпела поражение в Кааре, но моя мать была жива. Шесть лун назад я не могла даже мечтать о том, что наступит день, когда я буду лежать рядом с ней. Я прижалась к ней, вдыхая запах гари и тревоги. Нееса положила голову мне на спину
– Я учуяла твой запах, – сказала она, – но мне надо было удостовериться, что ты жива.
– Пока жива, – не удержалась я. – Стражи убьют меня, как только найдут.
– Да, это так. Навдру и Йилдра живы, но Лаллне спастись не удалось. Навдру приказал всем своим волкам убить тебя и членов твоей стаи при первой же возможности. Он объявил это своей стае, как только прекратился пожар.
– Люди не примут Тали как своего криана. Давриан сказал им, что она так же опасна для них, как и волки. – Сделав над собой усилие, я отогнала образ Лаллны, ее мужество перед лицом носорога и верховных волков. Я буду оплакивать ее потом.
– Иди к своим людям, Каала. Я постараюсь уговорить верховных отпустить вас. Не ходи за мной, – велела она мне. – Я найду тебя, когда поговорю с ними.
Прежде чем я успела ответить, прежде чем я успела предостеречь ее от риска, она быстро встала и бросилась в лес. В тот миг я боялась, что никогда больше ее не увижу.
Еще некоторое время я наблюдала за людьми. Давриан и Инимин присели на корточки рядом с вождем Лаана и принялись что-то шептать ему. Остальные уцелевшие жители Каара разговаривали с местными людьми. Они заражали Лаан своей ложью, и я ничего не могла с этим поделать.
– Идем отсюда, волчица, – сказал Тлитоо.
Я отползла назад, вскочила на лапы и побежала к пещере.
Если жители Лаана поверят Давриану, то они не пойдут путем истинных крианов. Верховные волки ищут нас, чтобы убить. Возможно, правда, Неесе удастся переубедить их и сохранить жизнь моему роду в Широкой Долине. Если же Нееса потерпит неудачу, мне придется искать способ защитить себя и свою стаю. Тлитоо летел у меня над головой.
– Что дальше, волчонок? – проворковал он.
Я не знала, что делать дальше, но сдаваться не собиралась. Я постаралась мыслить как вожак стаи. Я не могу изменить то, что уже произошло, но это не означает, что у меня нет выбора. Если мы и наши люди не сможем жить в безопасности в стране Стражей, нам придется найти укрытие, где мы обдумали бы положение и решили, что делать. Мы сможем послать весть Рууко и Риссе, позвать их к нам до того, как их настигнут Стражи. Порадовавшись, что у меня есть хоть какое-то подобие плана, я побежала к невысокому холму среди равнины, чтобы осмотреть местность.
– Осторожно, волчица! Эти камни лежат очень неплотно.
Услышав предостережение, я посмотрела на россыпь камней под лапами. Как я могла забраться так высоко, не заметив этого?
Я осторожно, чтобы не пошевелить камень, поставила на него переднюю лапу, но он скользнул вниз, уйдя из-под лапы. Я покатилась вниз. Я изо всех сил старалась поджать под себя лапы, а Тлитоо беспомощно метался у меня над головой. Я забралась не так высоко, чтобы падение меня убило или серьезно ранило, но боялась, что грохот падающих камней может привлечь людей или верховных волков.
Я приземлилась у подножия холма. От падения перехватило дыхание. Несколько мгновений я лежала на земле, приходя в себя.
– Беги, волчица! – пронзительно крикнул Тлитоо. Я попыталась встать, уверенная в том, что он увидел людей или верховных волков, но в этот момент один камень ударил меня в бок, а другой угодил в лапу. Я взглянула вверх, и показалось, что на меня обрушивается весь склон холма. Сверху катились камни. Одни попадали в меня, другие пролетали мимо. Я попыталась отскочить в сторону, но не успела. Когда показалось, что поток иссяк, один большой камень, лежавший у самого подножия холма, вдруг перевернулся и накрыл мне правую заднюю лапу.