Дуэт смерти
Шрифт:
— Вывести на первый стенной экран, — приказала Ева. — Илария Скунер, возраст — двадцать пять лет, родилась в Северной Дакоте, родители умерли, братьев и сестер нет.
— Проще крутить аферы, когда никаких родственников нет, — заметил Рорк. — Иначе пришлось бы генерировать их данные.
— Да, да, — нетерпеливо кивнула Ева, — но у нее зарегистрирован ребенок. На этот раз Дэвид Прюитт, и она указывает, что ее муж — Вэл Прюитт. Ближайший родственник и отец ее ребенка. Тут она выглядит иначе, не так, как на удостоверении и на тюремных фото, где она
— Почти всего этого можно добиться электронными подчистками, если субъект не хочет возиться с перманентными лицевыми изменениями. Кто обратит внимание на эти детали? Разве что коп. И большинство этих изменений можно списать на женский каприз. Изменила прическу, вставила контактные линзы — захотела, чтобы глаза стали зеленые, а не голубые.
— Она умерла с этим лицом. Во всяком случае, близко к этому. Умерла в Чикаго, где проживала в то время, в мае 2041 года. Изнасилование и убийство путем удушения. Так, мне этого мало. Мне нужен файл по делу и имя следователя.
— Ева, уже поздно давить на Департамент полиции Чикаго и заставлять их искать дело об убийстве девятнадцатилетней давности. Попробуй лучше завтра с утра пораньше, толку больше будет.
— Я прямо сейчас могу получить кое-какие данные через криминальный архив. И… компьютер, поиск по Дэвиду Прюитту, дата рождения — шестое октября 2037 года, мать — Скунер Илария, отец — Прюитт Вэл. Вторичный поиск по Прюитту Вэлу, те же данные.
Принято… Работаю…
— Их не будет в базе данных, — покачал головой Рорк.
— Знаю, что не будет, но мне нужно подтверждение. Разве им не захочется в какой-то момент прибегнуть к старому удостоверению? Столько времени, столько трудов на него положено, столько затрат… Почему бы и не обновить его? Использовать заново.
— Очень похоже на правду, — согласился Рорк.
— А пока я могу связаться с архивом и оформить официальный запрос на дело Ил арии Скунер.
— Ладно, но это последнее на сегодня. На этом подводим черту.
С кофе она могла бы, наверное, продержаться еще час или даже два. Правда, вряд ли за это время она успела бы сделать больше, чем получить доступ к документам, но это можно было сделать и на автомате, а самой отдохнуть.
— А можно провести поиск по таким небольшим изменениям внешности? Насколько это сложно? — Ева вывела на экран фотографию Инги с удостоверения личности и разделила экран. — С добавлением пяти лет и инициалов.
— Запустить поиск проще простого. А вот результаты… Их будет слишком много. Они всю память забьют. Она — очень привлекательная женщина в возрасте от двадцати до двадцати пяти, с определенными инициалами и чуть-чуть изменяющимися чертами лица. Ты хоть в отдаленной степени можешь себе представить, сколько в мире женщин, подходящих под такое описание?
— Можно ограничиться Соединенными
— И тем не менее.
— С результатами я разберусь. Ты, главное, получи их.
— Ладно, я запущу поиск, но после этого мы идем спать.
— Договорились, — согласилась Ева.
Она проснулась около пяти утра. Разбудил ее благословенный запах кофе. Приоткрыв один глаз, Ева увидела, как Рорк возле автоповара попивает божественный напиток из высокой кружки и наблюдает за ней.
— Я так и знал, что это сработает, — сказал он и принес ей вторую кружку.
— Спасибо. Ты уже начал сегодняшний поход на захват высот мировой экономики?
— Нет, поход начнется только в шесть. Я как раз приурочил его к твоему походу на поиски правды и справедливости.
— Что ж, все правильно. У меня хорошее предчувствие. С тем, что у нас уже есть, с тем, что у нас еще будет, может, сегодня мы его засечем. Я смогу его взять, материала хватит. Если ОЭС добудет мне съемку, как он подходит к дому Макмастерса, я его засажу. Мотив, средства, возможность. Все есть. Доказательства косвенные, но крепкие.
— Люблю копов-оптимистов.
Оптимизм Евы еще больше возрос, когда она приняла душ, оделась и выпила вторую кружку кофе, заедая его вафлей.
У себя в кабинете Ева проверила входящую почту в безумной надежде, что вдруг кто-то в Чикагском департаменте полиции, дежуривший в «кладбищенскую» смену, решил сделать доброе дело. Не повезло, но Ева решила, что уж теперь-то она на них надавит, причем в самом скором времени. Она проверила результаты поиска, начатого Рорком по ее просьбе, и ее оптимизм упал сразу на несколько пунктов.
— Триста тридцать три тысячи возможных вариантов? Вот дерьмо!
Ева заметила, что он провел вторичный поиск с добавлением текущего адреса в Нью-Йорке. Это несколько сузило варианты — до тринадцати с лишним тысяч.
И он сравнил полученные данные со списком людей, купивших охранную систему. Да, этот человек мыслит как коп, решила Ева, хотя он и получил нулевой результат.
Наверняка есть другой ракурс, другой способ сократить число вариантов. Отодвинем на заднюю конфорку, сказала себе Ева. Сначала надо обновить заметки по делу, написать рапорт, подготовиться к брифингу.
Эта работа заняла почти целый час и помогла Еве вернуть прежний оптимизм. Незадолго до семи она позвонила Уитни.
— Командир, я только что послала вам обновленный рапорт.
— Да, вот он проходит. Дайте выжимку.
Ева изложила суть дела вкратце, с трудом удерживаясь от желания вскочить на ноги. Она привыкла давать устные отчеты стоя.
— Мне кажется, — продолжала она, — что мы выстраиваем из блоков прочное дело и сужаем поле поиска подозреваемого. Я уверена, что капитан Макмастерс может дать мне новые детали и по-новому осветить историю с арестом, допросами и приговором Ирен Стольц. Это, в свою очередь, поможет нам задержать Дэррина Паули.