Дуэт смерти
Шрифт:
«Ты только что помог, — подумала она. — Тем, что спросил».
— Я пытаюсь сложить вместе части головоломки. Одна из них — Джеми.
— Джеми? Каким образом?
— Они дружили.
— Но ты же не думаешь…
— Нет, я не думаю. Я проверю его алиби просто потому, что не хочу оставлять пробелы, но он не подозреваемый. У нее был тайный приятель — похоже, он ее выслеживал с целью убийства. Готовился основательно. Я еду в морг, хочу проверить, совпадают ли части моей головоломки с тем, что найдет медэксперт. Потом
Завидев просвет в движении, Ева устремилась в него, дала по газам, включила вертикальный режим — боже, как она обожала эту тачку! — перелетела через препятствие и свернула на запад.
— Я попросила Уитни вызвать на работу Дики Беренски. Он, конечно, тот еще тип, но в лаборатории он лучше всех. Потом я собираю брифинг в Управлении. Нам надо прокачать похожие преступления, проверить электронику, начать поиск по тем местам, где она с ним бывала.
— Пожалуй, я подъеду и понаблюдаю за твоей работой.
— Послушай…
— Я не буду мешать, если ты об этом. Не буду вмешиваться, если ты не хочешь. Но Джеми ты не удержишь, он ввяжется обязательно. И вот тут я могу помочь. Ты говоришь, ее родители, а ее отец — капитан полиции, вернулись домой и нашли ее убитой. Но ничего не говоришь о дисках с камер наблюдения или системе сигнализации. Можно предположить, что коп, тем более ветеран, примет все мыслимые и немыслимые меры, чтобы обезопасить свою семью. Тут есть над чем поработать электронщику.
— Это сфера Финн.
— Что ж, буду рассчитывать на его благосклонность.
«Я так и знала», — подумала Ева, но вслух спросила:
— Неужели ты не хочешь тихо и мирно провести воскресенье дома?
— Да я бы с удовольствием, если бы жена была со мной. Только вот она проводит время совсем по-другому.
— Ну, как хочешь. Вопрос: почему ты мне не сказал, что приплачиваешь Джеми к стипендии?
Вид у Рорка был как будто слегка растерянный.
— Попался!
— Это не преступление.
— А вот в этом я не вполне уверен. Я думал, ты увидишь тут попытку подкупа с целью заманить его в одну из моих компаний. Разве не так?
— А что, попытки не было? — парировала Ева.
— Ты чертовски права, была. Скажу больше: это была отличная попытка. Но мальчишка вбил себе в голову, что станет копом. Если не передумает к окончанию универа, это будет находкой для тебя и потерей для меня. Мальчишка — гений, черт бы его побрал!
— Лучше тебя?
Синие глаза Рорка блеснули лукавством.
— А вот этого не дождешься. Зато он честнее. Увидимся в управлении.
— Не езди по Пятой. Господи! Хотела бы я, чтобы ты это видел! Какой-то кретин изображает из себя знак мира. Большой желтый круг, а из него торчат голые ноги-руки. Люди такие психи… Увидимся позже.
Ева знала, что он обязательно придет, как знала и то, что чрезвычайно полезно пользоваться услугами преступника — бывшего! — в следствии по делу о взломе
Дина могла сама дать убийце код доступа к контрольной станции. Если знала код. Но раз уж он отключил камеры, стер записи с жесткого диска, забрал сменные диски, значит, у него было нечто большее, чем код доступа. Для этого требуются навыки электронщика.
И вот тут ее преступник — бывший, бывший! — был абсолютным чемпионом.
— Гений, черт бы его побрал! — повторила Ева слова самого Рорка.
В морге дежурила усеченная праздничная бригада, и у всех из-под защитных балахонов виднелись яркие шорты. Из кабинетов и прозекторских лилась веселая музыка.
Что ж, решила Ева, здешним клиентам все равно.
Она остановилась перед торговым автоматом и задумчиво нахмурилась. Ей хотелось получить банку пепси, но не хотелось связываться с проклятой машиной.
— Ты! — Ева ткнула пальцем в проходящего лаборанта, и его лицо стало таким же белым, как и торчащие из шортов костлявые ноги. — Две банки пепси.
Она протянула ему монетки.
— Да, пожалуйста.
Он послушно сунул монеты в автомат, сделал заказ. Как только банки вывалились в лоток, Ева выхватила их, не дожидаясь, пока автомат начнет описывать качества и энергетическую ценность напитка.
— Спасибо.
И она ушла.
Первый глоток оказался как раз таким, как надо: до того холодным, что у нее дух захватило. Ева шла по белому, выложенному кафелем тоннелю, преследуемая эхом собственных шагов, и ощущала просачивающийся в вентиляцию липкий запах смерти. Никакая дезинфекция, никакие освежители с лимонной отдушкой не в состоянии были его заглушить.
Ева остановилась у двойных белых дверей прозекторской, чтобы собраться с духом перед встречей. Не со смертью, а с человеком, который ее изучал. Она набрала в легкие побольше воздуха и толкнула двери.
Ну, вот он. Выглядит как обычно.
Под прозрачным защитным балахоном на Моррисе был костюм цвета океанской синевы. К этому костюму он подобрал рубашку насыщенного золотистого оттенка и узкий галстук, в котором переплетались оба цвета. Ева нахмурилась, увидев серебряный значок с символом мира у него на лацкане, но ей пришлось признать, что на костюме Морриса значок смотрится отлично.
Его волосы, черные, как смоль, были стянуты на затылке и заплетены в косу.
Он стоял над убитой девочкой, которую уже вскрыл своим артистически точным разрезом в форме буквы «игрек». Когда он поднял свои черные глаза на Еву, она почувствовала холодок в груди.
Моррис был, как всегда, подтянут и сдержан, а вот что творится у него на душе, хорошо бы знать!
— Паршивую встречу мы тебе организовали, верно? — Ева подошла к нему и протянула банку колы. — Извини, что вытащила тебя на работу раньше срока да еще в воскресенье.