Дуэль

Пиринчи Акиф

— К сожалению, я должен попрощаться с тобой, Фабулус, — сказал я и спрыгнул с подоконника на пол. — Хотя мне очень понравился здешний корм, я должен вернуться к своему толстяку. Мне его очень жаль, он сейчас, наверное, сам не свой от тревоги.

— Я провожу тебя до двери.

Фабулус тоже спрыгнула, и мы двинулись к выходу. Когда мы проходили мимо клеток, Фабулус заметила мой удивленный взгляд и тряхнула головой.

— Не бойся, Френсис, клетки заготовлены для питомцев Агаты. Они пробудут здесь недолго, а потом их передадут в хорошие руки, не запятнанные кровью. А вон там, — Фабулус кивнула в сторону операционной, совмещенной вместе с

лабораторией, — находится амбулаторный медицинский центр, в котором работают эти ребята. Они тщательно осматривают каждое вновь прибывшее животное и оказывают ему необходимую помощь. Поскольку мы имеем дело со злодеями, то не можем быть уверены, что они не издеваются над животными, прежде чем убить их.

— Прими мои извинения по поводу намеков на неправильное использование пожертвований. Должен признать, ваш босс использует их весьма эффективно.

Я с улыбкой кивнул на огромную клетку с золотой табличкой. Фабулус усмехнулась.

— У этой клетки действительно внушительные размеры. Отгадай, кто, по-твоему, мог бы добровольно запереться в ней?

— На табличке выгравировано слово «Макс». Вероятно, эта клетка предназначена для человека с таким именем.

— Ты снова попал в точку! Максимилиан не только считает своим долгом заботиться о благе животных, но и хочет на собственном опыте испытать все их страдания. Поэтому порой он просит запереть себя в этой специально для него изготовленной клетке и проводит в ней несколько дней. Так что он хорошо знает, что чувствуют, например, звери в зоопарке.

— Прекрати! — воскликнул я. — Не забывай, что у меня с собой нет ни гроша для пожертвований вашей организации. Но я обязуюсь завтра соорудить святилище и поклоняться в нем твоему Максимилиану, отбивая поклоны раз восемь на дню.

Мы подошли к выходу и остановились у стены, вдоль которой пролегали трубы коммуникаций. Поодаль, словно парус, висел плакат «Энимал фарм».

— Благодарю тебя за гостеприимство и расширение моего кругозора, Фабулус, — сказал я на прощание. — Теперь и я призадумаюсь о том, как нам вырвать сородичей из рук злодеев. Можешь полностью рассчитывать на мою поддержку!

— Спасибо, Френсис! Прости за неприятности, которые тебе доставили наши парни!

Возникла неловкая пауза. Я ждал, что Фабулус сейчас покажет мне на дверь, но она медлила в нерешительности. Стальные дверные створки были снабжены надежными замками и могли, наверное, выдержать штурм целой армии мучителей животных. Они не распахнулись при моем приближении, и я не знал, как открыть их. Фабулус наконец пришла в себя и смущенно улыбнулась. В золотистых глазах загорелись лукавые искорки.

— О Боже, я совсем забыла о том, что двери закрыты! — воскликнула она и, подняв голову, взглянула вверх.

Я тоже поднял голову и увидел проходившие по потолку трубы. Некоторые из них прерывались и были повреждены. Должно быть, из трубопроводов вырезали те части, которые проржавели, но не стали заменять новыми, чтобы сохранить атмосферу старомодного стиля.

— Иди по одной из труб, Френсис. Она куда-нибудь приведет тебя. Правда, куда именно, я не знаю. Но в любом случае ты окажешься на улице.

— Надеюсь, мы скоро увидимся.

Я прыгнул в одну из обрезанных труб, однако тут же вернулся на паркет.

— Еще один вопрос, — торопливо сказал я. Фабулус с недоумением посмотрела на меня.

— На плакате изображены очертания животного, но я не пойму, какого именно, — продолжал я.

Фабулус сначала удивленно вытаращила на

меня глаза, а потом взглянула на плакат. Она смотрела на него так долго и внимательно, как будто видела впервые.

— Я точно не знаю, — проговорила она после длительного молчания. — Думаю, это один из представителей семейства кошачьих.

— Ты не знаешь точно, хотя это плакат организации, за которую ты готова взойти на костер? — удивился я.

Фабулус сделала нетерпеливое движение лапкой.

— Помилуй Бог, Френсис, это всего лишь какой-то глупый плакат, выпущенный тупым рекламным агентством. Художник придумал какой-то нелепый, но бросающийся в глаза, а значит, запоминающийся образ и не долго думая изобразил его здесь. А почему ты спросил?

— Очертания этой фигуры напоминают мне… — начал было я, но вдруг замолчал, решив не договаривать фразу до конца.

Да, действительно, изображенное на рекламном плакате существо напоминало призрак, который я видел в заснеженном саду, а также приснившееся мне в странном сне чудовище. Быстро простившись с Фабулус, я снова прыгнул в трубу и в полной темноте двинулся по ней. Этот туннель был сделан как будто специально для меня. Здесь я чувствовал себя в безопасности. Мои шаги и дыхание отдавались легким эхом. Здесь было сухо и чисто.

Внезапно начался крутой спуск и, скользя лапами, по внутренней поверхности трубы, я подумал о том, что забыл задать Фабулус еще два вопроса. Во-первых, меня интересовало, что означали слова на плакате «СКОРО/10.1.2003»? Что должно произойти в этот день, до которого оставалось меньше месяца? Может быть, речь идет о какой-то грандиозной акции по сбору пожертвований или массовой демонстрации в защиту прав животных, устраиваемой в каком-то мегаполисе? Или имеется в виду акция протеста против японских и норвежских промысловиков в духе «Гринпис»? Мне захотелось вернуться и спросить Фабулус, у которой на все был готов ответ, но пора было возвращаться домой.

Кроме того, болела рана на заднице. И вовсе не след от иглы, погрузившей меня в длительный обморок. Я был уверен в этом, как, впрочем, и в том, что я не получил это ранение в драке с Адрианом. Внезапно я вспомнил операционную на бывшей фарфоровой фабрике…

Все произошедшее со мной необходимо тщательно проанализировать. Но сейчас у меня не было на это времени. Скат становился все круче, и впереди в трубе забрезжил свет. Я услышал шум и громкие голоса!

ГЛАВА 6

Дальше труба пошла вертикально вниз, и я стал падать. У меня перехватило дыхание. К счастью, падение длилось несколько секунд, и я приземлился на что-то мягкое. Первое, что я увидел, было узкое оконце, сквозь которое пробивался тусклый свет от звезд и блестящего снега. Я оказался в затхлом помещении, где пахло плесенью. Где-то в углу, судя по звукам, стоял отопительный котел. Мне стало ясно, что я попал в подвал фабрики. Это было огромное помещение с кирпичными стенами.

Всюду лежали большие упаковки с каким-то товаром. Они образовали целые груды, по которым можно было бы бродить, как по горам, взбираясь на вершины и спускаясь в пропасти. Внимательно осмотрев одну из упаковок, я увидел надпись на фольге и понял, что это корм для кошек. Банки, коробочки, пакеты… Чего здесь только не было! Мне бы этого корма хватило на тысячу лет! На упаковках был изображен один из моих собратьев и напечатано название марки товара «Денди кэт», а также указан состав корма и сведения о его качестве.