Дублер Казановы
Шрифт:
Алла слегка расслабилась. Ясно, что это обычные формальности. Следователь ничего не выяснил у Натки и на всякий случай предупредил врача, чтоб тот сообщил о её знакомых, - вдруг они что-то знают. Для проформы заполнит бумажки, вот и все.
– Нам Ната тоже сказала, что потеряла память, - поделилась она.
– Возможно, Наталия просто не захотела разговаривать со следователем. В её состоянии общение с правоохранительными органами не обогащает положительными эмоциями.
– Да и в обычном состоянии
– Приходилось общаться?
– улыбнулся Виктор Павлович, проигнорировав её нелюбезный тон.
– К сожалению, приходилось, - кивнула та, а Лариса лишь вздохнула. Честно признаюсь, что это был самый безрадостный период в моей жизни. Отрицательных эмоций хватит на всю оставшуюся жизнь.
– Надеюсь, в данном случае у вас не будет неприятностей. Как я понял, следователю нужны хоть какие-то сведения, поскольку от Пантелеевой он ничего не добился. Очевидно, вас будут спрашивать о её взаимоотношениях с приятелем.
– А какое это имеет значение?
– удивилась Алла.
Врач пожал плечами.
– По-моему, правоохранительные органы всегда с этого начинают.
– Ищут мотив?
– Наверное, так, - кивнул тот.
– То есть, Нату подозревают, что она помогла исчезнуть своему любовнику?
– уже более миролюбивым тоном произнесла Алла.
Виктор Павлович снова пожал плечами.
– Напрямую следователь об этом не говорил, но, думаю, он этого не исключает.
– А может быть, они просто поссорились, Ната его выгнала, и он преспокойно уехал?
– Вполне возможно. Но в таком случае её приятель должен был вернуться домой.
– Но он мог заехать к другой любовнице, - губы Аллы скривились в презрительной гримасе. Марика, любовника Наты, она не жаловала.
– Не сомневаюсь, что у него ещё с десяток пассий.
– Прошу меня извинить, Алла Дмитриевна, но не люблю строить всевозможные догадки о личной жизни моих пациентов. Я врач, у меня другие задачи.
– Почему же следователь имеет наглость что-то вам приказывать? бесцеремонно поинтересовалась Алла.
Ларисе стало неловко за подругу, и она незаметно пихнула её ногой, но врач лишь усмехнулся.
– Он не имеет никакого права мне приказывать. Поставлять свидетелей не входит в мои обязанности. Просто по-человечески попросил. Нам приходится постоянно контактировать с правоохранительными органами, как правило, в одностороннем порядке. Они изрядно мешают и нам, и нашим пациентам, приходят в любое время, порой бывают чересчур настойчивы, требуя разрешить допрос тяжелого больного.
– Но почему вы их не выставите вон? У вас же есть на это право.
Ну до чего Алка настырная! Ей-то какое дело? Ведь и так все ясно обычные формальности. Менты делают вид, что работают, а на самом деле уговаривают потерпевшего
Лариса посмотрела на подругу с легким раздражением. Чего тут сидеть и пытать хирурга, когда времени и так мало! Она демонстративно посмотрела на свои часики, намекая Алле, что пора закругляться, но та и бровью не повела, а Виктор Павлович терпеливо пояснил:
– В каждом случае врачи исходят из интересов пациента. Если его состояние не позволяет, органы ни за что не получат разрешения на допрос, какими бы соображениями они ни руководствовались. Но ведь у нас особый контингент больных. Бывают ножевые и огнестрельные ранения, тяжелые черепно-мозговые травмы и тяжкие телесные повреждения. Если пациент пострадавший, то срочность допроса мотивирована - необходимо обнаружить преступника по свежим следам. Согласитесь, надо же выяснить, кто совершил преступление. Это не только в интересах следствия, но и в интересах пациента.
– Но у Наты же другой случай!
– возразила Алла.
– Согласен. Именно поэтому я разрешил допрашивать её всего пять минут. Если бы Наталия знала, где находится её приятель, она бы ответила, и вопрос был бы закрыт.
– Следовательно, она не знает...
– предположила Алла.
– Или не хочет говорить.
Алла внимательно посмотрела на врача. Она легко схватывала недосказанное и понимала подтекст.
– Виктор Павлович, вы в чем-то её подозреваете?
– Это не в моей компетенции. Ежедневно проходит столько больных, что играть в детективов просто некогда. Да мне это и неинтересно.
– И все же...
Она продолжала гнуть свою линию, надеясь получить от врача побольше информации. Лариса решила не торопить её и не вмешиваться, хотя пока не понимала, зачем подруге это нужно.
Обычно Алка мало интересовалась чьими-то любовными интрижками. Видимо, здесь что-то другое. Подруга ничего не делает просто так. Значит, у неё есть какая-то цель. Быть может, решила помочь бывшей однокласснице, попавшей в сложную ситуацию? Хоть подруга недолюбливает Натку, но та так беспомощна и одинока, а Алка хоть и внешне резкая, циничная, но добрая баба.
– Я свои соображения уже высказал, - сухо отозвался Виктор Павлович.
Видимо, расспросы стали его раздражать. Он всего лишь хотел передать посетительницам, что с ними поговорит следователь, а его самого подвергли пристрастному допросу.
Алла сразу поняла причину его недовольства. Но отступать не привыкла. Эта хитрая лиса тут же поменяла тактику. Тон её стал почти просительным.
– Виктор Павлович, пожалуйста, смените гнев на милость. Поймите, это не праздное любопытство, для нас это очень важно.