Дублер Казановы
Шрифт:
Потихоньку все забылось. Дел у них много, день загружен под завязку. Потом убили Костю, стало и подавно не до Марика с Наткой. Скорее всего, как говорит психиатр, ситуация с "Натали" перекочевала в подсознание. Лариса не хотела об этом думать, гнала от себя неприятные мысли и молчала. А надо было бы все рассказать подруге, та бы сразу вмешалась и предупредила нежелательный исход. Теперь Лариса сидит, страдает, мучается виной.
Виталик сразу понял, как она огорчена.
– Не горюй, милая. Может быть, ещё найдется наш любвеобильный альфонс. Вполне возможно, он просто
– Да разве ж Марик бросит свою дойную корову?!
– А может быть, он нашел ещё более дойную? Не переживай, разберемся. Теперь твои новости.
Лариса рассказала о том, что узнала от Лидии Петровны.
– Психиатр уверена, что Наталья совершила преступление?
– Лидия Петровна никогда так категорично не говорит. Считает это возможным, исходя из личности Натки.
– А психиатр может разговорить Наталью?
– Наверное, может, но пока та всех боится.
– Возможно, Лидии Петровне удастся со временем завоевать её доверие. Нам ведь самое главное - определенность.
– Так ведь вся беда в том, что даже если она совершила убийство, все равно нас с Аллой будут допрашивать, а с особенным пристрастием - меня. Я знаю и Натку, и Марика.
– Ларочка, одно дело - проходить в качестве свидетеля и совсем другое - в качестве подозреваемой. Ты ведь на своем горьком опыте поняла разницу.
Еще бы! Даже свидетельницей быть малоприятно, а уж подозреваемой и подавно. Почему-то следователь считает, что ему позволено рыться своими грязными лапами в чужой постели, задавать бестактные вопросы. Следователь Прохоров делал грязные намеки даже когда Лариса пришла на самый первый допрос. Тогда он вообще ничего не знал и допрашивал её не в качестве подозреваемой, а как начальницу убитого подчиненного. И тем не менее, многозначительно улыбался, задавал провокационные вопросы, намекал на служебный роман, на интерес Алки к Кости (а ведь не знал об этом!), на ревность и соперничество подруг за внимание молодого сотрудника. Фу, какая же все это мерзость!
Неужели снова придется испытать это унижение?! Но если в отношении Кости это ещё логично - она же действительно была его любовницей, да и мальчик был хорош, то аналогичные подозрения в адрес Марика сладкоголосого развратника, - просто отвратительны. Неужели кто-то может подумать, что она, красивая, обаятельная женщина, может купиться на дешевые трюки какого-то жалкого альфонса?! А ведь для некоторых людей такой расклад - женщина за тридцать и смазливый молодой человек, - кажется вполне реальным. Есть женщины, которых привлекают только юнцы, да и вообще с определенного возраста некоторые женщины предпочитают партнеров помоложе и прыти в постели побольше, чем у ровесников, и пылкость чувств.
Лариса попыталась успокоить себя, что к ней это не относится - Костя был единственным любовником, значительно моложе её. Но зачем себя обманывать? Кто-то может думать, что она имеет слабость к молодым симпатичным мужчинам. А менты-то точно настроят на это свои мозги и опять будут трясти её постель. Даже если Лару не будут считать подозреваемой и вызовут на допрос как делового партнера Марика, -
– Виталик, мне не хотелось бы выступать даже в качестве свидетельницы. Ненавижу всех этих следователей!
– Милая, придется. Раз они на вас вышли, то не отстанут. Если бы вы были всего лишь бывшими одноклассницами, то раскопать это было бы сложнее, но можно, - ведь вы иногда встречались с Натальей. Однако у тебя совсем недавно были дела с её любовником. Самое печальное, что это зафиксировано в документах, и сей факт может обнаружиться уже завтра или даже сегодня.
– Надо же!
– возмутилась Лариса.
– Столько ходит непойманных убийц, крупных преступников, а бросят силы на какого-то рядового "потеряшку"! Делать, что ли, ментам нечего, других забот нет?
– Когда дело касается сильных мира сего... Ну, что тут говорить! Ты ведь сама не маленькая. Не раз бывало - сбежит любимое чадо какого-нибудь высокопоставленного папаши, руководство всех поставит на уши, и на розыски бросают лучшие силы. А отпрыск валяется где-нибудь в притоне для наркоманов или просто решил вкусить прелесть свободной жизни без надоевшей опеки своих предков.
– А вдруг это банальное похищение?
– Ларочка, похищение - серьезное преступление. Тогда все действия органов оправданы. Жизни похищенного угрожает серьезная опасность. Наверное, ты и сама знаешь, что во многих случаях от похищенного избавляются.
– Если так, то при чем тут мы?
– Пока нет определенности, раскидывают широкий бредень. Ведь похитители не хватают первого попавшегося. Кто-то должен навести, сообщив о перспективной кандидатуре. К примеру, зачем похищать меня? Никто и ломаного гроша не даст. А вот ты - лакомый кусок.
– Виталик!..
– Прости, опять ляпнул глупость. Видимо, подсознательно вырвалось опасение за тебя. Люди твоего материального положения без охраны не ездят, а ты за рулем одна. Ларочка, это очень опасно.
– Ты хочешь, чтобы я обзавелась телохранителями?
– Нам будет труднее встречаться, но твоя безопасность мне дороже.
– Нет, Виталик, пока я к этому не готова. Два месяца назад меня уже пробовали похитить...
– Ты об этом ничего не говорила! Расскажи.
– Не хочу, - отрезала Лариса.
– Лара, я настаиваю!
– на его лице появилось выражение озабоченности.
– Мне не хочется это вспоминать.
– Понимаю, что воспоминания тягостны, но мне обязательно нужно все знать, чтобы предупредить повторение.
– Давай в другой раз, ладно? Мне сейчас и без того тяжело, да ещё бередить душу воспоминаниями... Так вот, в отношении охраны. После неудавшегося похищения Мирон приставил ко мне телохранителей до тех пор, пока все не выяснится. Более тяжелого периода в моей жизни не было. Алка говорит, что я ходила с охранниками, как под конвоем. Они неплохие ребята, мы даже подружились, но когда за тобой неотступно следуют два человека, стоят в двух шагах, где бы ты ни была, - это непереносимо. Я расценивала это как ограничение свободы.