Друзья мои, приятели
Шрифт:
В комнате дяди Семёна окна не было, зато на балкон вела большая стеклянная дверь. Прямо против неё стоял чертёжный стол с наклонной доской. Пить чай на таком столе нельзя, зато рисовать и чертить удобно.
На столе кнопками был приколот лист бумаги.
Как увидел Павлик этот лист, так и остался стоять с раскрытым ртом.
На листе бумаги разноцветными красками были нарисованы знакомый крутой берег, высокие сосны. Но вместо деревянных дач стояли каменные, со множеством окон.
Вместо деревянной лестницы вверх
— Такими будут Нижние Петухи через несколько лет, — объяснил дядя Семён. — Я по профессии мечтатель.
— Мечтатель? — удивился Павлик. — Разве есть такая профессия?
— Самая главная профессия. Кто не умеет мечтать, тот неважный работник. Я мечтаю с карандашом в руках. Я превращаю свою мечту в здания, дороги и города. Мне поручено превратить Нижние Петухи из дачного посёлка в город отдыха. Домов отдыха уже не хватает, надо строить города. Но прежде чем начать строить, надо нарисовать. Я учусь профессии архитектора.
«Хорошо им, взрослым, — подумал Павлик, — сколько у них в жизни интересного! А у нас?»
Мурашкин Владимир Иванович
Павлик вышел за калитку. На скамейке у забора стоял мальчик. Утро было жаркое, а он застегнул коричневый пиджак на все пуговицы и чёрную кепку надвинул на самые брови.
— Как тебя зовут? — спросил Павлик.
— Мурашкин, — гордо ответил мальчик, — Владимир Иванович.
— Какой же ты Владимир Иванович? Когда ты всего-навсего Володька. А может быть, и Вовка.
— Если здорово поесть, — задумчиво произнёс Мурашкин, не обращая внимания на слова Павлика, — то получится…
Тогда Павлик рассердился и спросил:
— Ты что здесь делаешь?
— Смотрю на реку. Решил переплыть.
— Врёшь!
— Я никогда не вру. У кого хочешь спроси. А уж если я решил что-нибудь сделать, то будьте спокойны — не обману. У меня секретов, знаешь, сколько?
Павлик подумал и сказал:
— Давай слезай со скамейки и расскажи мне, кто ты такой, а то я ничего не понимаю.
Мальчик спрыгнул на землю.
— Ой, какой ты маленький! — удивлённо воскликнул Павлик. — Нет, ты совсем не Владимир Иванович. Ты Вовка или Володька.
— Я Мурашкин, — гордо сказал мальчик. — А то, что я маленький, — не беда. Вырасту.
— Когда же ты вырастешь?
— Успею. Чего мне торопиться? У меня порода такая. Не то что у тебя. Ты будешь до десяти лет расти, а потом перестанешь. А я буду с десяти лет расти, до самой смерти.
Сообщение это настолько расстроило Павлика, что он присел и долго молчал. Потом спросил:
— А ты не врёшь?
— Вру, — таинственным шёпотом отозвался Мурашкин. — Только ты меня не выдавай. Меня все боятся. Думают, что я вырасту и драться начну. А я никогда не вырасту! Вот в чём беда. Мне врач справку выдал.
— Какую справку?!
— Я опять соврал, —
Павлик щёлкнул Мурашкина по лбу. Тот потёр ушибленное место и неуверенно произнёс:
— Помогает.
Секреты Мурашкина
Мурашкин оглянулся по сторонам и прошептал:
— Скажи мне свой секрет, я тебе потом свой скажу.
— Нет у меня никаких секретов.
— У каждого человека есть секреты, — уверенно заявил Мурашкин. — Может сто секретов быть.
— Откуда ты всё знаешь? Может, стукнуть тебя по лбу?
— Стукни, — согласился Мурашкин, — но не очень больно. Я ведь ещё не соврал. Собирался… Ну, слушай, — продолжал он, потерев после щелчка лоб. — Слушай мои секреты. Вот отгадай, какие у меня волосы: чёрные или белые?
— Чёрные, — наугад ответил Павлик.
— Хорошо бы, — Мурашкин мечтательно вздохнул, — я даже на белые согласен. А у меня средние.
— Средние? Не понимаю.
— Чудак человек, не понимает. Бывают волосы чёрные, бывают белые, а у меня средние. Вот… — Мурашкин снял кепку. Волосы у него были огненно-рыжие. — Я в маму уродился. И ничего с ними не сделаешь! Я их под машинку остриг, ждал-ждал, смотрю: опять рыжие! Но я почернею! — грозно заверил Мурашкин. — Честное слово, почернею! Я средство знаю. Надо каждое утро на голодный желудок есть чёрный хлеб… Ещё у меня секрет есть — пиджак. Ношу его, чтоб фигуры не было видно.
— Какой фигуры?
— Ну, плечи, грудь, спина и прочее. Я слабый, а в пиджаке — сильный! Видишь, плечи какие богатырские!
— Они у тебя висят! — Павлик рассмеялся.
— Пусть висят. Лишь бы были.
— А Каму тебе всё равно не переплыть. Даже в пиджаке. Скажешь, переплыть?
— Стукни меня по лбу, тогда отвечу.
Схватившись после щелчка за лоб, Мурашкин ответил:
— Конечно, не переплыть.
…Это было на третий день жизни Павлика Меркушева в Нижних Петухах.
ДЕНЬ ЧЕТВЁРТЫЙ
«В наших лесах появился тигр!»
Вода была тёплая. Ребята вылезли из реки только потому, что устали, и улеглись на песок.
Откуда ни возьмись рядом оказался Мурашкин.
— В наших лесах появился тигр! Надо его словить! — прошептал он. — Я сам, своими собственными глазами видел тигра!
— А бегемота ты не видел? — спросил Вилька Чудиков. — А зебру полосатую ты не видел?
— Тигры только в Африке водятся да в зоопарках, — сказал Павлик. — Да ещё в Уссурийской тайге.