Дримеон
Шрифт:
— На Кудыкину гору. Тебя не учили не кудакать?
Лицо Алесандера покраснело, но парень промолчал. В тишине Эдик собрался, захватил нож и вышел в темную зимнюю ночь. Он пожалел, что выбросил телефон. Сейчас можно было бы позвонить домой Артему, узнать, что там у него. Эдик боялся признаться самому себе, что Артем мог умереть. Он старался не думать на эту тему.
Замена Фырка плелась за ним. Назаров неодобрительно оглянулся на зверька, но тот выглядел таким жалким, что Эдику пришлось взять его на руки.
— Только не ной! — приказал парень. — И веди себя тише воды,
Дрим понимающе замолк. Надо было придумать ему имя.
— Будешь Фенькой, — решил Эдик. — Понял? Фенька — это ты.
Дрим не возражал. Он прижался к парню и затих. Эдик еще не совсем решил, что будет делать, но одна задумка у него определенно была. Если удастся воплотить её в жизнь, тогда… Тогда у них будет один маленький шанс привести Ларета в сознание. Как там говорил во сне Денис? «Найди его слабое место». А ведь Артемий Ларет когда-то был человеком. У людей так много слабых мест…
Глава 24
Сандр остался один. Он ненавидел минуты одиночества. Парню чудилось, что никто никогда не вернется, что про него просто забыли, и скоро он перестанет существовать.
Старая печка, которую приходилось топить углем, давала не так много тепла. Алесандер натянул два свитера и сжался под пледом на диване. Казалось, что даже мысли в голове превращались в ледышки. Сандр подул на закоченевшие ладони. Он мечтал дождаться того дня, когда можно будет вернуться в город, в родительскую квартиру. Пустующие комнаты до сих пор числились за ним. Но там, наверное, уже побывали ищейки. Раймин утверждал, что его будут искать. Вот только зачем новому королю и его слугам потомок того, кого много лет назад отправили на Землю? Он, пожалуй, и думать забыл о правителе Дримеле. Но Раймин говорил, а Сандру оставалось повиноваться. Алесандер ненавидел себя. Ненавидел собственную слабость и бессилие. Если бы он только решился, если бы смог противостоять врагам, а не прятаться в заброшенном доме, тогда…
Что тогда? Раймин говорил, что они обязаны вернуться в Дримеон и отвоевать его у Ларета. Но Сандр не хотел воевать. Он любил людей. И дримов. Всех. Так к чему воевать? К чему проливать кровь?
Алесандер так хотел обычной жизни. Размеренной и тихой. Ему ни к чему власть над Дримеоном. Парень просто желал, чтобы его оставили в покое. Но дядя Раймин говорил, что он обязан… ради отца…
— Привет, Алесандер, — распахнулась дверь, и в комнату протопал Брик. Его одежду присыпало снегом, и гном походил на маленького снеговичка.
Сандр улыбнулся. Не смотря на то, что пареньку скоро должно было стукнуть семнадцать, он оставался сущим ребенком. Его доброты не сломала ни смерть родителей, ни интернат. Только вот характер слегка изменился, стал более подозрительным и пугливым. Но гном не вызывал у парнишки опасений. Наоборот, развлекал. Ему нельзя было не верить.
— Одевайся, — неожиданно сказал Брик. — Мы решили перебраться домой к Кириллу. Раймин послал меня за тобой. А сами они пока сбивают со следа дримов.
— Надо собрать вещи, — поднялся парень с дивана и поежился от пронизывающего холода.
— Раймин сам потом заберет, — остановил его Брик. —
Сандра приучили не сопротивляться. Он покорно натянул тоненькую куртенку и обул ботинки.
— Скорее, скорее, — подгонял его Брик. — Такси ждет.
— Такси? А это безопасно? — спросил паренек.
— Вполне. Давай, пошевеливайся.
На улице действительно ожидал автомобиль. Обычный, невзрачный, серого цвета. Сандр разместился на заднем сидении. Брик забрался на переднее, рядом с водителем. Щелкнула блокировка дверей, но Алесандер не напрягся. Правильно, надо заботиться о безопасности пассажиров.
Автомобиль двинулся вдоль темной улицы и исчез за поворотом. Почти одновременно с этим к дому подошли Кирилл, Николя и Раймин. Они тоже приехали на такси, но автомобиль пришлось остановить неподалеку, чтобы никто не заподозрил, что в старом доме теплится жизнь.
Раймин распахнул двери. В лицо пахнуло слабым теплом.
— Дай погреться, — подвинул его Николя. — Ну и морозища! И это в начале декабря. С ума сойти. А я, как назло, теплыми вещами не запасся. Пришлось домой сгонять по светлому. А иначе отморозил бы… гм… всё, что можно.
— Где Сандр? — сразу же заметил Раймин отсутствие племянника. — И огонь в печи потушен. Алесандер!
— Куда он подевался? — подошел к Раймину Кирилл. — Бывало, что он куда-то уходил?
— Нет, что ты, — распахнул мужчина двери в соседнюю комнату. — Он тихий очень, забитый. Сандр без предупреждения никуда не пойдет.
— Ну, может, к друзьям каким подался, — предположил Николя.
— Да какие друзья? Нет у него приятелей, — обхватил Раймин голову руками. Он выбежал на улицу. На снегу кое-где виднелись отчетливые отпечатки ботинок парнишки. И вели они в сторону от дома, а затем упирались в отчетливый отпечаток шин автомобиля. Почти все дома окраин пустовали, поэтому снег никто не чистил, и следы просматривались без труда.
Получается, Сандр уехал с кем-то. Его не тащили, не заставляли уйти — иначе следы имели бы другую форму. Уж в этом Раймин понимал. Парень сам покинул дом. Но с кем и для чего? Мужчина вернулся и еще раз изучил отпечатки ног. Рядом со следами Сандра тянулась еще одна цепочка оттисков — маленьких, как у ребенка.
— Он ушел с Бриком, — поднял голову мужчина.
— Зачем? — остановился рядом Кирилл. — Неужели…
— Брик всегда был предан Ларету. Боюсь, мы доверились не тому дриму. Это моя вина, — опустил голову Раймин. — Но что он собирается делать с мальчиком? Неужели убить?
— Или выманить нас, — вздохнул Рыжий. — Если так, скоро мы получим зацепку, где именно его искать. И там нас будет ожидать далеко не теплый прием.
— Интересно, где в такой момент носит Назарова? — шумно выдохнул Николя, и вокруг его носа поплыли клубы пара. — Его ведь тоже нет.
Парни переглянулись. Вариант, что Эдик находится вместе с Бриком и Алесандером, они отмели сразу. Отпечатки ботинок Эдика успело занести снегом. Значит, он ушел намного раньше. Николя попытался позвонить ему, но никто не отвечал. Тогда Коля набрал домашний номер.