Древняя душа
Шрифт:
Они называли это «тесты». Бесконечные вопросы, просьбы сделать то одно, то другое, укладывание в какое-то приспособление, похожее на прозрачный гроб, даже кровь мою умудрились как-то извлечь из пальца, прижав к нему красный щелкающий колпачок. Благодаря Гаяну, который пытался разъяснить мне каждую их манипуляцию, я большую часть времени морщила лоб, стараясь постичь смысл непонятных слов, а не переживала.
Практически после каждого действия красные бежали к Аяне, молча наблюдавшей за процессом со стороны,
Когда не осталось места, к которому не приложили бы какие-то прозрачные квадраты, что назывались «экраны», женщина о чем-то пошепталась с самым высоким из красных, и он, подойдя ко мне, попросил пройти за перегородку и приготовиться к гинекологическому приему. Изогнув бровь, я посмотрела на Гаяна в ожидании пояснений.
– Это… — мужчина вдруг покраснел и отвел взгляд, — осмотр ваших, э-э, женских прелестей, то есть, нет, не прелестей, а… За что мне это все?! — он закатил глаза и стиснул зубы. — Проверка способности к деторождению! — охранник облегченно выдохнул.
— То есть меня посмотрит повитуха? — уточнила я.
— Да. У нас это называется гинеколог.
— Поняла, — я прошла за белую перегородку и легла на кушетку.
А потом вошел красный и, прежде, чем до меня дошло, что это мужчина, начал задирать мое платье.
Наверное, сказалось нервное перенапряжение, не знаю. Тело отреагировало само. Пнув этого, чтоб его, гинеколога в челюсть, я перехватила руку наглеца, крутанула до хруста в плечевом суставе, ударила в спину и уложила на кушетку.
— Ты понимаешь, что осматривать должны были тебя, а не его? — изогнув бровь, спросил Гаян, прибежав на шум. — Чем он не угодил принцессе?
— Он в трусы ко мне полез!
— Это его работа, вообще-то. — В глазах охранника летали смешинки. Мне кажется, или он прекрасно все понимал, когда отправлял госпожу за перегородку? Хотел проучить? Да не может быть!
— У вас мужчины сморят на… — теперь я покраснела, — на женские прелести без трусов?
— Нет, мужчины в этот момент полностью одеты. — С невинным видом ответил Гаян, явно с трудом сдерживая хохот.
— Ни один мужчина, кроме супруга, не увидит… — я стиснула кулаки, вновь заливаясь краской и пытаясь подобрать слова, — мои… мою… мое сокровенное!
— А женщинам можно? — осведомилась Аяна, глядя на меня как на деревенщину.
— Да. — Процедила я.
— Хоть так. — Она рассмеялась. — А то я уж сомневаться начала, что ты девственница, как заявляешь.
За перегородку вошла девушка и, с опаской косясь на меня, встала в сторонке, ожидая, пока унесут гинеколога — он еще был без сознания.
— За мной должок. — Прошипела я, вплотную подойдя к Гаяну, который все еще веселился. — А теперь пошел вон!
— Конечно,
Когда его смешки стихли, я легла на кушетку, и дрожащая девушка произвела нужные манипуляции. Затем она, поклонившись — видимо, решив из-за Гаяна, что так положено, ушла.
— Девственность подтверждена. — Донесся до меня ее голос.
— Теперь убедились, что мать ваших будущих внуков не шлюха? — не отказала я себе в удовольствии, выйдя из-за перегородки.
— А кто-то сомневался? — раздался голос Деметрия.
Аяна вздрогнула, всего на мгновение в прекрасных голубых глазах промелькнул страх. Но лицом к сыну она повернулась, уже улыбаясь.
— Никто не сомневался, сын. Но девушку должны были полностью обследовать, чтобы исключить болезни. Это обычная процедура.
— Обычная? — он склонил голову набок. — Поэтому ты дождалась момента, когда я покинул «Резолют»?
— На что ты намекаешь?
— О намеках мы с тобой наедине поговорим.
— Как пожелаешь.
— А теперь оставьте нас. — Покоритель миров дождался, когда все вышли и притянул меня к себе. — Все хорошо? Они не обидели тебя?
— Все хорошо, Деметрий. Это я обидела одного из них. — Последовал короткий рассказ о непонимании с гинекологом.
Жених хохотал так, что вздрагивала гора прозрачных экранов, что лежали рядом на столике. Воспринимая это уже как забавную историю, посмеялась и я.
— А откуда ты, кстати, взялся? — мысль о том, что мужчины не было на корабле, пришла с опозданием.
— Из того места, которое у вас могут осматривать только повитухи и мужья! — он вновь рассмеялся. — А если серьезно, это заслуга Латы.
— В смысле?
— Эта маленькая девочка так запугала моих людей, что они связались со мной и сообщили, что Аяна убивает Касикандриэру.
— Прости, она просто очень испугалась.
— Она уже один раз спасла тебе жизнь. — Покоритель миров прижал меня к себе еще крепче. — Да, Гаян рассказал о платье. Так что я в долгу перед ней. Эта девочка не дала умереть самому важному для меня человеку.
— Самому важному? — тихо переспросила я, погладив его по щеке.
— Да, — выдохнул он и завладел моими губами.
Теперь мне не хотелось отталкивать его. Страсть Деметрия больше не пугала, наоборот, в самой глубине моего тела рождалось эхом ответное влечение, заставляющее прижиматься к нему, не сдерживая стонов, желать большего, хотеть отдаться ему и взять его взамен.
— Риэра! — тяжело дыша, мужчина оторвался от моих губ. — Остановись. Ты так искренне пылаешь, что мне стоит огромного труда не поддаться твоему зову — приходится напоминать себе, что ты не осознаешь, что делаешь.