Драйвер
Шрифт:
Чем ближе они приближались к городским стенам, тем больше примет упадка замечал Юрий. Это вчера в сумерках и издалека город казался величественным и красивым, а сегодня при свете дня всё очарование развеялось. Примерно так, как бывает с девушкой, которую подцепил в ночном клубе, а после провёл бурную ночь. Утром «штукатурка» сошла и очарование момента прошло. Так и здесь, Юрию было видно, что стены крепости сильно пострадали от самого злого врага – времени, часть кирпичных сооружений была разрушена и местные хозяева даже не пытались их привести в божеский вид.
Впечатление общего упадка только усилилось после того, как они проехали городские ворота. Основной смысл существования большого города — не в
Город по сравнению даже с Херсонесом или строящейся Феодосией оказался небольшим. Всего десяток минут, и они оказались в его центре, месте, где должны были собраться все хоть что-то значащие ханы. Место тоже производило печальное зрелище. Дырки в кирпичной кладке попытались замазать глиной и потом закрасить известью или чем-то подобным, от этого некогда величественное здание смотрелось ещё хуже, примерно так, как сорокалетняя женщина, выдающая себя за школьницу.
У входа в бывший дворец приехавших встречали дядька Юрия хан Кобяк и владелец Белой Вежи хан Алтанай. Смотрелись внешне они очень комично: один -кряжистый, широкий в плечах воин, второй - типичный торговец с большим брюхом и масляными глубоко посажёными глазками, которые смотрят на мир с одной целью: купить что-то подешевле, а продать подороже. Словом, даже дуэт «Кролики» смотрелся бы более гармонично, чем эта пара.
Накануне Шаркан ещё раз объяснял Юрию и Ирине политическую ситуацию в Дешт-и-Кипчак. На самом деле половцев или кипчаков как единого народа не существовало, это смешение осколков нескольких, некогда великих народов, которых постигла одна и та же участь, они были разбиты своими врагами и вынуждены были бежать. В западной части половецкой степи кочевали одиннадцать половецких родов, числивших у себя в предках: сиров, куманов, ясов или кайев. Было больше, но часть родов полсотни лет назад ушли на запад к ляхам, где успешно подминала под себя славянские племена. Не случайно именно в это время на Руси ляхов стали называть поляками. Фактически половцы пошли по протоптанному маршруту, по которому следовали некоторые их предшественники, в частности, часть булгар, которая со временем превратилась в болгар, сменив язык и веру.
На востоке степи кроме родов сиров кочевали рода, относившие себя к тюркам и кунам (монголам), всего шестнадцать родов. И в отличие от сторонних наблюдателей они отлично помнили, к какому народу они принадлежат, поэтому достаточно часто, но не всегда, распределение сил шло по национальному принципу. Родственники Юрия считали себя сирами, а вот род хан Алтаная стоял во главе племени, чьими предками считались кайи, и поэтому между ханами отношения были не очень тёплыми.
– Юрий, мы хотели до начала
Зал, где планировалось провести совещание, был ещё полупустым, так как большинство ханов расположили свои ставки значительно ближе, чем расположился Юрий, а значит придут впритык или даже чуток опоздают. Что поделать, и здесь понты, - если не всё, то многое. Поэтому они смогли обойтись без заинтересованных взглядов и шёпота в спину.
– У нас возникло недоразумение, - с кошачьей интонацией начал хозяин города свой заход издалека.
– Лично у нас с вами недоразумения не возникало, - решительно пересёк попытку хана говорить в иносказательной манере Юрий. – Мы с вами до сегодняшнего момента даже не встречались.
– Зато вы встречались с моим единственным сыном Шолой, - грустно сказал хан.
– Если честно, то тоже не припомню, - сделал удивлённое лицо Юрий.
– Я имею в виду то утреннее недоразумение, которое имело место сегодня около вашего лагеря.
– А, вы про того странного юнца, который вызвал меня на дуэль, а потом хотел заменить себя одним из своих телохранителей?
– Да, про него, - ответил собеседник, и при этом лицо его перекосило, словно он лимон откусил. Хотя откуда здесь и сейчас лимоны?
– И что вы от меня хотите? – удивился Юрий. – Вызов на поле делал не я, да и не считаю я себя виноватым. Все мои поступки совершены согласно законам, данным народу Тенгри-ханом.
– Но ты же его не почитаешь? – не утерпел и перебил Юрия Алтан.
Несколько мгновений Юрий раздумывал, усугубить конфликт или не стоит, и с отвращением решил не портить дяде дипломатию и не обострять.
– Мы считаем, что Бог или Боги едины для всего мира, то, что каждый понимает Бога по-своему, не значит, что их много разных. Это только значит, что мы все разные. А Бог принимает то обличие, через которое сможет достучатся до нужного ему человека. Точно так же, как смотря на Солнце, нельзя его рассмотреть, людям не дано понять Бога. Мы лишь способны с силу своего воспитания и умственного развития интерпретировать его послания нам, приближаясь к истине, но никогда не достигая её. На сегодня самым спорным вопросом остаётся вопрос: один ли Бог или их несколько, но полагаю, что он так и останется открытым...
Юрий сбился с мысли, увидев, что его собеседники уставились на него, как на диво-дивное, с отвисшими челюстями, при этом дыша через раз.
– Прав ты был, Кобяка-хан, когда говорил, что порой твой племянник бывает слишком мудрым.
– Но он и мечом машет не хуже, - произнес дядька, усмехаясь, после чего его собеседник заметно посмурнел.
– Так вот, - не стал тянуть козу за хвост - произнёс дядька.
– Алтан-хан хочет попросить за своего сына.
– Да я не против, принесёт извинение там же, где нахамил, и будем считать инцидент исчерпанным.
– Инцидент?
– Я же тебе говорил, он у меня умный и начитанный, иногда такое завернёт -стоишь и обтекаешь месею по древу, - хохотнул Кобяка.
– Недоразумение, - пояснил Юрий.
– Всё дело в том, что этот сын упрямей ослицы, весь в мать, и не хочет извиняться.
– Тогда ничем помочь не могу, - сухо произнёс Юрий.
– А если вместо сына мы выставим замену - одного из его свиты? – спросил раздосадованный отец.
– Согласно уложению, «бой должен был быть равный, женщина с женщиной, воин с воином, князь с князем», – процитировал Юрий «Русскую правду», которая имела широкое хождение и в степи.