Драконья целительница
Шрифт:
Глава 5
Грандмастер Магеран прошипел что-то очень злое и смахнул с халата невидимую пылинку. Потом перевел взгляд на меня и с язвительной улыбкой произнес:
– Штраф два дуката.
– За что это? – ответила я, тоже улыбаясь и чувствуя, как это его бесит. – Я не обращалась к вам на “ты”.
– За нерасторопность и неаккуратность, – процедил Магеран. – Ты чуть меня не сбила.
– Или за то, что на мне королевская защита, и вы не можете меня убить?
Минна поднялась
– Я обращусь в попечительский совет по поводу этичности ваших действий. Не думаю, что там одобрят эти штрафы. В моем трудовом договоре они вообще не прописаны… кстати, где он?
Известно, где. Нигде. Магеран не имеет права взять на работу дипломированную целительницу и поставить ее санитаркой. Конечно, бывают тяжелые времена, когда целители сами разносят лекарства и моют полы, но сейчас явно не тот случай.
Договор он, конечно, составит. Придумает, как извернуться. Но штрафы точно не пропишет.
– И еще один вопрос, – не отставала я. – Почему ваши пациенты в вашей больнице курят чар-траву? В отделении сердечных болезней она просто тихий убийца. Но кто-то его сюда проносит, кто? Ваши целители или вы сами, возможно?
А вот теперь Магеран изменился в лице. Все, что я видела в нем до этого, просто бледнело перед этой смертоносной яростью.
– Чар-трава? – уточнил он, и мы с Минной синхронно кивнули.
– У господина Глиссона, – уточнила сестра-помощница.
Магеран кивнул и быстрой походкой направился в сторону палаты рыжего. Хлопнула дверь и полетел такой поток брани, что мы с Минной так и замерли.
За языком в больнице не следят. Ясно-понятно. Так и запишем.
– Глиссон здесь лежит, чтобы избежать призыва в армию, – сообщила Минна. – Нет у него никаких проблем с сердцем, здоров как бык.
– Похоже, кончилось его безделье, – сказала я. – Вон как грандмастер раскричался.
Минна вздохнула.
– Идите кормить Юргенса.
На ужин Юргенсу полагались особые питательные смеси и витамины. Войдя в палату, я снова поздоровалась, и Юргенс едва слышно откликнулся:
– Спасибо вам…
– Это моя работа, – сказала я, аккуратно усаживая его под нужным углом. На какое-то мгновение мне сделалось страшно: Ирина Кузнецова никогда не кормила больных через зонд. Что, если я как-то пораню несчастного, поврежу? Смесь пойдет не туда, куда надо?
Но руки Шейл действовали сами, будто никак не зависели от воли. Обработали трубки для питания, установили умело и ловко, начали подачу еды. Юргенс устало прикрыл глаза. Надо будет спросить у Минны или ее сестер, кем он был раньше. Конечно, это ужасно: вот ты молод, здоров и полон сил, а вот лежишь в больнице и вынужден есть и пить через трубочку.
Но жалеть его не надо. Жалость унижает,
– Любое лечение занимает время, – сказала я. – Надо терпеть. Терпеть и ждать. Однажды все обязательно будет хорошо, вы выйдете из больницы и будете жить дальше.
Юргенс посмотрел на меня так, словно искренне в этом сомневался. Когда ужин закончился, я осторожно почистила ему зубы, смазала губы и лицо особым кремом, и Юргенс улыбнулся.
– Вы очень добрая, – выдохнул он. – И я… соболезную вашей потере. Это огромное горе, вот так лишиться всей семьи.
Я кивнула. Что тут еще скажешь? Хотя… стоп.
Как он вообще говорит, если у него тяжелые травмы гортани? Внутренние ожоги?
– Я не говорю, – откликнулся Юргенс, и только теперь я поняла, что все это время слышала его голос не снаружи, а в своей голове. – Я направляю вам мысль. Это тяжелое боевое заклинание, не каждому под силу.
Вот оно что.
– Вы военный?
– Дослужился до генерала. Но не спрашивайте, как со мной случилось это горе, я не имею права рассказывать.
Я понимающе кивнула.
– Даже не думайте меня стыдиться, договорились? Я целительница.
– Договорились. Вернее… я очень постараюсь. Вы живете в подвале, верно?
– Верно. Мне больше некуда пойти.
– Будьте осторожны. Там печи, из них иногда выходят саламандры.
– Вы и в подвал умудрились заглянуть? – удивилась я.
– Конечно. Я сразу бросил оценивающие заклинания. Надо ведь понимать, где находишься.
Наверно, Юргенс очень хороший военный. Опытный. Его привезли сюда беспомощным, умирающим, а он все равно сделал то, что считал нужным.
– Вы чего-то боитесь? – предположила я. – Иначе зачем вам бросать оценивающие заклинания в хорошей больнице?
Лицо Юргенса осталось неподвижным, но я почувствовала его улыбку. Усталую печальную улыбку человека, который привык исполнять свой долг.
– С этой больницей что-то не так, – признался он, – но я пока так и не понял, что именно. Будьте очень осторожны, Шейл. Особенно в подвале.
Я поблагодарила генерала за доброту и покинула его палату в смешанных чувствах. Может, Магеран знает, что именно не так с его больницей – потому-то и согласился меня оставить, и решил законопатить в подвал?
Глава 6
Потом я поменяла белье на всех кроватях и переодела генерала, который закрыл глаза и больше не говорил. Я чувствовала его стыд. Когда-то он пользовался успехом у барышень, как и все драконы, а теперь на него надевают подгузник.
Будешь тут стыдиться.
Потом надо было разносить лекарства, а потом наступило тихое время. Пациенты негромко переговаривались в палатах, Минна заполняла отчеты за день, а я сидела на белом топчане рядом с постом, вытянув ноги, и все тело гудело от усталости.