Драконы Солернии
Шрифт:
Мы миновали пьяцца ди Опера, прошли по виа ди Скуола на пьяцца Питти и оказались на территории маленького государства в государстве, которым несомненно являлся Университет. Он, как и многие главные управления, занимал огромный квартал.
По легенде (не слишком-то расходящейся с фактами) сеньор и маэстро грандо Карло Питти был величайшим волшебником и учёным. Именно он основал одну из знаменитейших философских школ, которую и назвал своим именем. Как и всякий маг он любил поговорить, поэтому его "Диалоги с учениками" уже вторую тысячу лет считаются шедевром классической литературы в целом и риторики в частности. Когда-то в этой
Сейчас Солернийский Классический Университет считался одной из лучших высших школ. Сюда приезжали молодые люди и девушки со всех концов нашей страны, а так же из-за рубежа. Поэтому никого не удивляло, если в одних и тех же аудиториях звучала как солернийская речь, так и язык Аттау или Райнеи. Кое-где даже можно было услышать гортанные словечки Агара, рубленные фразы Содружества Серединных Кантонов или мягкое мурлыканье южных провинций.
Людей на улицах и площадях маленького научного города было столько, сколько не нашлось бы во всей столице. При этом у каждого, на ком была или студенческая мантия с алыми полосами (чем больше полос, тем старше курс; выпускники вообще носили мантию с полностью красным рукавом), или профессорская - алая, вели себя чинно и степенно. На множестве лиц лежала бесспорная печать интеллекта и образования.
– Это пока они вечером в пивнушке не наклюкаются, - хмыкнул мой напарник.
– Ты б видел, какие студенты драки устраивают!
– в его голосе прозвучал оттенок гордости, видимо, молодой эксперт не остался в стороне.
Он мог бы мне об этом не говорить. Я слишком хорошо был лично знаком с биографией господина Евгения и историей его знаменитого бретёрского клинка. Тем более сам факт собрания такого количества молодёжи в одном месте не мог не приводить к подобным ситуациям.
Расписание было уговорено заранее, поэтому ди Ландау сразу прошёл к нужному корпусу. Нам очень повезло, что он учился здесь, поэтому не пришлось плутать среди множества зданий, студий, лекционных залов, трибун на открытом воздухе и уютных маленьких кафе.
У входа в лекторий нас ожидал клерк из деканата Прикладной Магии с ведомостью, к которой мой напарник приложил свою печать, заверяя своё присутствие. Больше никаких формальностей не требовалось, поэтому мы прошли в залу.
Ди Ландау напустил на себя высокомерный и строгий вид (я знал, что он так умеет), прошёл к кафедре, положил папку с лекцией на подставку и оглядел аудиторию, которая ребристой раковиной поднималась вверх. Я, чтобы не мешать, устроился на боковых сиденьях у окна, и тоже посмотрел на студентов.
Стоило молодому преподавателю войти, они оценивающе покосились на него, поняли, что им прислали отнюдь не убелённого сединами благородного и мудрого старца, а юнца, который был чуть старше их самих. Ди Ландау пусть и выглядел элегантно, но не слишком внушительно.
Летом он попытался отпустить усы и бородку, вроде тех, что носил Луиджи. Растительность на лице делала того намного интереснее,
Мой напарник решил не сдаваться и покрасил свои жалкие потуги на бороду в чёрный цвет. Когда его бергентское семейство перестало смеяться, ему (кстати, всё ещё хихикая) помогли побриться и отмыться от приставучей краски. Больше таких экспериментов мой подопечный не ставил.
Он остановился на своих очках в стальной оправе, которые делали его лицо строже и интереснее.
В общем, студенты-маги болтали, сидя на партах и скамьях, и не обращали внимания на преподавателя. Видимо, они решили игнорировать то, что не подходило под их понятия о лекторе. Если у меня под присмотром был один невоспитанный поросёнок, то тут их было целое стадо. Я думал, что мой напарник примется орать и возмущаться, но вместо этого он смотрел на свои часы и ухмылялся своей той-самой-ухмылкой, после которой обычно следовало нечто... гм... не всегда приличное.
Ди Ландау захлопнул крышку своих часов ровно со звуком боя, донёсшегося со стороны Университетской площади. Этот звук означал начало лекции. Само собой, что-либо говорить в таком шуме, который наполнял залу, было невозможно.
Мой напарник даже и не подумал, приветствовать молодёжь. Он предпочёл привлечь их внимание совершенно иным способом. Лёгкое движение рукой и в ладони оказался один из его знаменитых кинжалов. Молодой лектор подошёл к большой грифельной доске и провёл кончиком своего ножа прямо по доске.
Акустика в лектории была изумительная, поэтому звук ножа, прошедшегося по стеклу, долетел даже до самых дальних парт. Надо ли говорить, как скорёжило всех в этой комнате? Даже я почувствовал, как у меня стали дыбом волосы на затылке.
Зато наконец-то настала тишина, что не переминул отметить мой спокойный напарник. Он стоял у кафедры идеально прямой и поигрывал своим кинжалом. Завораживающая серебристая птичка так и порхала в его руках.
– Итак, позвольте представиться, ди Ландау, ведущий специалист Экспертного отдела Министерства Религии и Магии, - представился маг.
На счёт ведущего эксперта это он, конечно, хватил. В зарплатной ведомости он значился просто экспертом, но если учитывать все его заслуги и поощрения от начальства, он не так уж и соврал. Насколько я понял, мой напарник собрался произвести впечатление на студентов, и теперь мне показывали цирк. Не тот цирк, который являлся Ареной в древние времена, а тот, который разъезжал по городам и деревням с яркими шатрами, палатками, зверинцем, акробатами и клоунами.
Я и не знал, что у ди Ландау такой талант пародиста. Итак, за какие-то десять минут мне были продемонстрированы: суровый взгляд матроны Маргариты поверх очков, настоящий столичный акцент Луиджи (тот самый с характерной раскатистой 'р' и мягкой 'ч', почти превратившейся в 'ш'), характерный жест рукой патрона Ливио, когда он обрубал фразы и настаивал на своём и... я даже узнал парочку своих излюбленных словесных оборотов! При этом бессовестный портовый мальчишка, которого нам показывали по десять раз на дню, спрятался куда-то под эту новую маску, слепленную из множества личностей, которые долгое время работали бок о бок с моим подопечным.