Драконий день
Шрифт:
– Из меня магию вытянули…
– И вы молчите? – возмутилась Айриэ очередной глупостью юнца. – Вы же завтра идти не сможете. Давайте немного пополню резерв.
– Не надо!.. – шарахнулся он, когда магесса потянулась к его губам.
– Пожеманьтесь мне ещё! – рявкнула она, потеряв терпение, и дёрнула его за волосы, притянув к себе.
От злости влила в него чуть ли не треть собственного запаса сил и только тогда догадалась проверить ауру Мирниаса.
– Корррявое Равновесие!.. – Айриэ ошеломлённо увидела, что аура как была бледной, еле видимой, так и осталась. –
– В смысле? – захлопал он ресницами и поморщился, машинально пощупав фингал.
– Всё, что я вам передала, бесследно исчезло. Ну-ка, посмотрим… Ах, вот оно что… - зловеще протянула она, обнаружив тоненький, едва заметный канал, по которому уходила энергия.
– Моей силы насосаться решил, тварь!.. Ну, жри, не подавись только!..
Ухватив чужую нить, послала по ней простой, но эффективный импульс. Магу прилетит по ушам, в буквальном смысле. Не оглохнет, разве что на время, но брать силу без спросу долго не сможет.
– Украденное у меня впрок не пойдёт! – злорадно сверкнула глазами Айриэ. – Не люблю воров.
– Вы о ком?.. – испугался долговязый маг.
– Не о вас, успокойтесь.
Айриэннис выждала некоторое время и, натянув чужую нить, оборвала её, только гул пошёл. Не в реальном мире, а здесь, среди силовых нитей, где магия посверкивала цветными вспышками, рождая на небе всполохи, подобные полярному сиянию. Мирниас что-то почувствовал и попытался понять суть происходящего, не умея видеть и ориентироваться здесь, но силёнок ему не хватило.
– Что это, мэора Айнура?
– На вас ''маг-враг'' нить повесил, чтобы силу тянуть. Мало сволочи убийства Юминны, не насосался ещё!..
– Меня в убийстве мэори Юминны обвинили…- сознался Мирниас тихо, с опаской, будто ждал, что Айриэ тоже поддержит эти обвинения.
– Файханас своего мага покрывает. Я же предупреждала, что из вас будут делать козлика. Но ничего, не переживайте я не позволю увеличить ''узел'' вашей гибелью… Я имею в виду, не позволю вас замучить, прихоть у меня такая!..
Мирниас покосился на неё и уточнять не рискнул, просто выдавил из себя ''спасибо''.
– Давайте, я вас снова подпитаю. Теперь уж сила точно вам достанется.
– А вы, мэора?
– Мой резерв к утру восстановится полностью.
Раньше, только незачем об этом распространяться. Она опять прижалась ко рту Мирниаса, потихоньку вливая в него энергию. Он застыл – напряжённый, каменный, шевельнуться боялся. И покраснел, вот же трепетное создание!..
– Всё, свободны, - наконец сообщила магесса, и он с облегчением в глазах отодвинулся.
– Если хотите поесть, вон там хлеб и копчёное мясо. В углу – дыра в полу, это здесь туалет такой. В другом углу – труп, не наступите спросонья.
– Там - что?.. – его голос сорвался, изобразив некий взвизг.
– Ой, и кто ж меня за язык тянул!.. – досадливо возвела глаза к потолку Айриэ. – Труп. Юминны. Меня сюда осмотреть место преступления пригласили, так я и попалась.
– И вы так спокойно об этом говорите? – с ужасом воззрился он на магессу. – Там лежит убитая девушка, а вы…
– Убитой девушке вы уже ничем помочь не сможете. А я смогу заставить
– Вы циничны. – Его передёрнуло.
– Практична всего лишь.
– Неужели вы, мэора, настолько бесчувственны?.. – тихо спросил он.
– Думайте что хотите, - безразлично ответила она.
Не настолько. Но вопли и стенания не помогут. Там, глубоко внутри, саднит и ноет, стоит только вспомнить жизнерадостную девочку, мечтавшую переплыть океан – и жить, и дышать горько-солоноватым воздухом свободы от навязанных правил. И легче не станет, даже когда её убийца сдохнет в муках, разве что чувство вины уползёт, поджав хвост, в самую глубокую нору памяти.
Айриэ сняла с себя куртку, решив, что простуженный спутник ей нужен ещё меньше побитого. Нашла пару мешков помягче, вместо подушек, и улеглась рядом с мрачно сопящим Мирниасом, щедро выделив тому краешек куртки – укрыться.
– Спасибо, мэора… и простите, я…
– Да спите вы уже! – с досадой оборвала его Айриэ. – И не отъезжайте от меня, прижмитесь боком, теплее же будет. Думаете, мне ночью мёрзнуть приятно?
Она немного лукавила, согреться можно было и магией, но зачем зря тратить резерв, когда рядом сопит живая грелка?
''Грелка'', к слову, оказалась слегка бракованной. Мирниас, пока не заснул, кажется, даже дышать старался через раз, но лучше бы не засыпал вовсе! Не успела магесса уплыть в мягкие, ласковые, пуховые объятия сна, как сотоварищ по заключению (если не сказать хуже – сокамерник) громко застонал во сне, потом и вовсе закричал, потому что ему снился кошмар, а проснуться не получалось. Айриэ потрясла его за плечо, но, видно, задела воспалившийся рубец, потому что Мирниас заорал, уже проснувшись. Правда, придя в себя, извинился и попытался отодвинуться, но был схвачен за драную рубаху и водворён на место.
Подобное повторялось ещё несколько раз за ночь: очевидно, бедняге артефактору снилось его пребывание в пыточной и вспоминалась испытанная боль, усугубляемая общим скверным самочувствием. Его трясло, он то и дело прикладывался к кранику, смачивая губы водой, и ёрзал, пытаясь устроиться поудобнее. Лежать на спине он не мог, а жёсткий, холодный каменный пол был плохой заменой тюфяку. Ну а когда он засыпал, повторялись кошмары и громкие стоны, а то и крики.
Айриэ умела уплывать в сон быстро и на любом ложе, но толку, если тебя будят, едва ты успеешь заснуть? Она стойко боролась с нечестивым желанием придушить Мирниаса, он даже слова упрёка от неё не услышал. Оба промучились большую часть ночи и уснули только под утро, а там и внутренние часы магессы сработали, дав понять, что времени примерно шесть утра. Айриэ, морщась и растирая нывшие бока и спину, поднялась на ноги, чувствуя себя не на полтора века, а на полтора тысячелетия. Мирниас спал, хрипло и редко дыша, уткнувшись носом в согнутую в локте руку. Кажется, ему за ночь стало хуже, и Айриэ всерьёз задумалась, сможет ли молодой маг идти. Впрочем, если не сможет, она его потащит на себе, но как же магессе не хотелось пробовать себя в роли Шоко!..