Драконьи тропы
Шрифт:
Древние слова ясно и звучно произносились вслух, потом воплощались в светящуюся извилистую полосу, которая живым ручьем змеилась по рукам магов и останавливалась, замкнувшись в кольцо. Читалась следующая фраза, и добавлялось новое причудливое кольцо. Наступала торжественная пауза
– - Да пребудет земля в пределах этого круга священной для каждого, кто ищет чудесной силы.
– - Каждый, кто назовет себя магом, да заботится о красоте этой земли, сколько он может.
– - Каждый, кто назовет себя магом, да хранит эту землю от напрасного беспокойства, насколько хватит его сил.
– - Каждый, кто назовет себя магом, да дарует этой земле сердечный жар, насколько им богата его душа.
– - Да уважает каждый, кто ступает на эту землю, свободную природу магии.
– - Да даруется сила этого источника тому, кого привела сюда любознательность.
– - Да даруется сила этого источника тому, кого привело сюда милосердие.
– - Да даруется сила этого источника тому, кого привела сюда красота.
– - И да не будет открыта чудесная сила более ни для кого до скончания веков.
Медленно и торжественно склонились маги до
Сияющим ожерельем переливалось на черной влажной земле кольцо, сплетенное из заклинаний. Медленно-медленно уходили в вечность волнующие мгновения.
В центр круга вошла самая старшая из волшебников. Лерайна, никуда не спеша, посмотрела на ясное небо над головой, потом оглядела стоящих вокруг магов и стоящих вокруг них учеников и совсем тихо, так что слышали только самые ближние, произнесла последние важные слова.
Сияющее кольцо налилось еще светом, озарило все и всех вокруг и начало расти вширь. Оно все увеличивалось и увеличивалось и бежало по земле, охватывая все большую и большую площадь. Сначало оно заняло собою всю ширину луговины, потом стало подниматься на склоны, начало бледнеть и вскоре растаяло.
Земля приняла священные слова, которые впервые прозвучали сотни лет назад. Договор состоялся. В Изнорье появилось еще одно заповедное место.
Дариан наклонился к ней и спросил вполголоса:
– - А ты помнишь слова, которые она сказала?
Лиска посмотрела в его очень серьезные сейчас глаза и кивнула.
Конечно, она помнила эти слова из принципа Гедеониуса Кантора. А теперь они значили для нее еще больше, чем раньше:
И да будет до конца мира ценой любви жизнь, а ценой жизни -- любовь.